Компания «Лукойл» обратилась к правительству с просьбой о поддержке на фоне обвала цен на российскую нефть, которая продаётся со скидкой почти 50% к мировым эталонам. Как сообщают «Известия», нефтяной гигант просит Минэнерго изменить систему налогообложения, чтобы получать компенсационные выплаты из бюджета, и предлагает ограничить учитываемый в расчётах налогов дисконт до $10–15 за баррель.
Из-за низких цен нефтяные компании должны заплатить 47 миллиардов рублей по механизму демпфера за декабрь — январь, что серьёзно ударит по их финансовым показателям. «Лукойл» уже потерял половину прибыли в первом полугодии 2025 года, а «Роснефть» сообщила о трёхкратном снижении прибыли за январь — сентябрь.
Поясним, что в рамках демпферного механизма, если экспортная цена нефти выше условной расчётной внутренней цены, компании платят в бюджет дополнительный налог (чтобы ограничить экспорт и сдерживать рост цен внутри страны). Если экспортная цена ниже внутренней — компании, наоборот, получают компенсацию из бюджета.
Нефтяники просят увеличить допустимый дисконт в расчётах демпфера, чтобы компании получали компенсации, а не платили налог.
Нефтяные компании сейчас оказались в ситуации, когда всё вроде бы было просчитано, но реальность всё равно оказалась жёстче, поясняет вице-президент Ассоциации экспортеров и импортеров, управляющий партнёр ЮК «Лекс Альянс» Артур Леер.
Для «Лукойла» санкции стали неприятным, но ожидаемым ударом. Однако проблема в скорости: решения принимаются быстро, а перестройка логистики, маршрутов и рынков сбыта никогда не происходит по щелчку пальцев. В этот промежуток времени компании вынуждены продавать накопленные объёмы нефти практически сразу, зачастую соглашаясь на серьёзные дисконты, просто чтобы не останавливать процессы.
«Отсюда и ощущение резкого обвала цен на российскую нефть. Это не история про “плохую нефть” или потерю спроса как такового, а про необходимость быстро адаптироваться в новых условиях, — подчеркивает эксперт. — Дополнительным фактором становится демпферный механизм, который действует по формальным правилам и в спокойные периоды работает как балансир, но в момент резкого снижения цен начинает ощутимо давить на финансовый результат. В итоге компании платят по демпферу тогда, когда доходы и так заметно просели, и это усиливает общий стресс для отрасли».
Поэтому просьба о поддержке, по его мнению, выглядит вполне рациональной. Речь не о том, чтобы постоянно компенсировать потери из бюджета, а о том, чтобы дать отрасли время на перестройку — перенастроить цепочки поставок, найти новые рынки, выстроить устойчивую схему работы.
«Аккуратная позиция государства и профильных ведомств, включая Минэнерго России, здесь критически важна, — считает Артур Леер. — Иногда несколько временных послаблений и гибкость в правилах могут сыграть куда большую роль, чем жёсткое следование формуле в момент, когда рынок только ищет новое равновесие».