Давно это было. Мне тогда было лет 14 или 15, хотя сейчас мне 84 года...
Жили мы тогда в глухой деревне. Кругом тайга, болота, ни конца ни края не видно. Единственное, что нас связывало с "большой землей", небольшая, полузаросшая тропа, среди лесов. Бывало возьмешь с собой запас сухарей, воду и картошку, и топаешь три дня до полустанка, где можно купить или обменять ценные вещи. Чаще всего мы с моей небольшой семье, мама, отец, брат и бабушка, меняли соболиные шкурки на деньги и покупали на базаре необходимые вещи. Обычно это были спички, соль, порох, мука, да ткань для шитья вещей. Все остальное для житья в этом глухом краю было.
Вся наша жизнь проходила по одному и тому же сценарию: летом запасы на зиму, зимой, ожидание лета. Отец мой зимой добывал соболя, мать, обрабатывала шкурки для продажи, и иногда шила нам теплые вещи. Бабушка занималась хозяйством, воду набрать, куриц накормить, перестирать белье, приготовить еду. Брату, который был младше меня на два года, легла на плечи заготовка дров. Ну а мне, добыча запасов на долгие месяцы зимы.
Я любил ходить в одиночестве по лесу, собирать грибы и ягоды, иногда уходя за ними на несколько дней. Родители не переживали, потому что знали, что я знаю тайгу. Тем более отец часто, когда брал меня с собой, оставлял в охотничьей избушке, а сам уходил на путики ( тропинки на которых ставились капканы или ловушки для зверей). И я сидел в одинокой избушке, изучая пейзажи леса и постепенно привыкал оставаться один.
То лето выдалось очень жарким. Ягод было мало. Чтобы хоть как то спасти ситуацию, я собрался в поход на дальние болота, где даже в сезон засухи земля была пропитана влагой и там, вероятнее всего будут ягоды и грибы. Собрав сумку и взяв с собой запасы я отправился в дорогу. Солнце несчадно пекло и хотелось постоянно пить. Однако в лесу было много ручьев, которые не давали мне сжариться на такой жаре.
К вечеру поднялся небольшой ветерок и я остановился на ночлег на опушке леса. Поужинав, я лег на траву и уставился в небо, на котором постепенно начали появляться первые звезды. Ночь прошла спокойно. Под стрекотание и шум ночной природы, спалось очень хорошо. Умывшись и позавтракав, я с первыми лучами солнца тронулся в путь.
С самого утра стояла жара. Пройдя пару часов, я сел отдохнуть под ветвистой сосной, которая хоть как то смогла укрыть от палящего солнца. Впереди меня был широкий луг, через который мне предстояло пройти, и до болот от него остается еще час пути по березовой роще. Попивая воду из фляжки, я заметил невдалеке какое то движение. Почти по середине луга кто то шел. Я подумал, что мне это привиделось, но умыв лицо и протерев глаза, я снова посмотрел в сторону луга. В дрожащем от полуденного солнца мареве шла женщина. И шла так спокойно, как будто паря над землей. Не видно было тех движений, которые у людей непроизвольно появляются при ходьбе. Я замер и пригнулся, стараясь спрятаться в траве и стал наблюдать.
Женщина шла медленно, в левой руке держа толи букет, толи венок из сухих цветов, а правой касалась верхушек травы, поглаживая их. Она шла и не замечала меня. Я притаился, стараясь даже не дышать, как чувствовал, что не может такого быть. Ведь рядом в радиусе сорока километров ни одной деревни, ни одного хутора нет.
Еще, что странно я заметил, там где эта женщина коснулась травы, она мгновенно засыхала. Я слышал от бабушки рассказы про мифических существ и духов в русских лесах, но не мог представить, что это может быть наяву. Полуденница - подумал я. И в голове всплыл рассказ о ней, который я когда то слушал морозным зимним вечером, укутавшись в теплое одеяло и попивая горячий отвар. Бабушка говорила, что полуденница встречается жарким днем в полях и наказывает тех, кто работает в это время. Так же она считается защитницей урожаев, но отрицательно относится к людям. Если же полуденница застала человека, то нужно с ней начать беседу и говорить не останавливаясь. Считается, что после полудня она теряет свою силу и исчезает.
Мурашки пробежались по коже, когда я вспомнил эти рассказы. Однако очнувшись от мыслей, я не увидел женщины. Она как будто растворилась в воздухе. Подождав немного я тихонько приподнялся на локтях и всмотрелся в даль. Женщины нигде не было. На лугу, средь зеленой травы виднелась пожелтевшая полоса сухой травы.
Пригибаясь я быстрым шагом покинул это место, стараясь как можно скорее оказаться около ручья, в прохладе. Про ягоды я и думать забыл и уже направление мое было в сторону дома.
Ночевать я решил у ручья. Жара потихоньку спала и я сидел, жуя краюху хлеба, проматывал увиденное у себя в голове. Так незаметно для себя я уснул.
Днем я добрался до дому и рассказал все родным. Мама отшутилась, мол напридумывал себе, чтобы не работать. Единственный, кто мне поверил, оказалась бабушка. Она как будто встрепенулась, услышав мой рассказ и посмотрев на меня испуганным взглядом, заняла себя домашними обязанностями. Позже я у нее спросил, почему она мне поверила. Но она так и не рассказала, потрепав меня по голове.