Дети называли ее не мамой, а мамой Тасей, и было в этом нечто трогательное, ласковое, теплое, домашнее.
Мама Тася неделю из дома не выходила из-за гололеда. Сын заказывал продукты, которые привозили домой. Она чувствовала себя запертой, лишенной свободы.
Не выйдешь из квартиры, не пройдешься по улице, приходится сидеть в четырех стенах и с тоской смотреть в окно.
А когда долго сидишь или лежишь, то сразу появляются незваные гости – дурные мысли.
Сын признался, что собирается забрать к себе тещу. Она рано состарилась и начала болеть. Жена просит. И надо быть добрым, милосердным.
Жалко сыночка, он уже немолодой, покой нужен, а свою сватью мама Тася слишком хорошо знала, чтобы утонуть в иллюзиях. Сварливая сватья, ехидная и злая, превратит жизнь сына в тяжелое испытание: «Его жене хорошо – родную мать приголубит, а ему каково»?
Следом и другая мысль: «Ее заберет, мне места не останется. У меня тоже годочки. Ноги болят, страхи, плохо сплю. Пока одна, а потом? В дом престарелых»?
Мама Тася да мама Тася, а сами не звонят. Дочь неделю молчит. Но самой позвонить страшно: дочь нервная, накричать может. Скажет, что занята, нечего названивать.
Гололед жуткий – наказание нам за грехи, чтобы не расслаблялись. Маме Тасе нормально, она на пенсии, а другим тяжело. В новостях сказали, что много людей на улицах пострадало. Космонавты летают, а с гололедом справиться не могут.
Не дворы и улицы, а каток: «Как же сын с тещей жить будет? Бедный мой мальчик. Съест она его, проглотит и не подавится. И я ничего сделать не могу, даже посоветовать не могу. Там все невестка решает».
Почему-то прошлое вспоминается, причем не хорошее, не светлое, а плохое и тревожное. К чему бы такое? Уж не сигнал ли какой?
Однообразный день закончился, мама Тася легла спать, но половину ночи не спала, сидела на диване и думала о сыночке. Ничего хорошего его не ждет. Навязалась теща проклятая.
Утром потеплело, с крыш потекло, снег стал рыхлым, лед на тротуарах исчез. Сын позвонил: «Иди гулять, мама Тася. Я нормально до работы дошел. Иди-иди, а то засиделась. Теща к нам не поедет, она объединилась с сестрой, вместе жить будут. Так что не переживай».
Почувствовала облегчение, после завтрака вышла во двор, с удовольствием дышала сырым теплым воздухом. Куда бы сходить?
Дочь позвонила: «Мама Тася! Как ты? У нас нормально. На днях загляну. Деньги нужны? Перевести тысяч пять? Тогда нормально, говори, не молчи, всегда поможем».
Солнышко выглянуло, мир радовался: скоро весна.
Мама Тася сидела на солнечной стороне – скамейка удобная, лицо солнечным лучам подставила.
Темная полоса пройдет, обязательно когда-нибудь закончится. И придет светлая, хорошая и добрая. Верьте в это, верьте.
А вам желаю жить на светлой полосе - широкой и длинной! Здоровья!
Подписывайтесь на канал «Георгий Жаркой».