А, вот спроси у своей жены! – завопила свекровь. – Она видите ли, квартиру продавать не хочет! Говорит, ей тут хорошо! А на нас ей наплевать.
Раскаленный воздух плавился над городом, словно злая карамель. Шагая по тротуару, Нина Юрьевна чувствовала себя крестоносцем, продирающимся сквозь вражеские земли. В авоське, словно гранаты, позвякивали трехлитровые банки с консервированными помидорами – "витамины для любимого сыночка", как она это называла. Истинная же цель визита была куда прозаичнее – проинспектировать жилище невестки и, если повезет, разжечь в ней чувство вины, чтобы та согласилась на продажу злополучной квартиры.
Дверь открылась, и на пороге возникла Света, закутанная в какой-то немыслимый шелковый халат с драконами. В волосах – творческий беспорядок, на лице – рассеянное выражение, словно ее только что выдернули из другого измерения. В руках – электронная сигарета, от которой в коридоре пахнет, как в дешевом кальяне.
– Нина Юрьевна! – выдохнула Света, в глазах – смесь испуга и раздражения. – Не ждала… Чем обязана?
– Обязана? – процедила Нина Юрьевна, протискиваясь в прихожую, которую она мысленно окрестила "логовом богемы". – Решила проведать вас, молодых. Посмотреть, как тут мой Володенька живет. А тут… – она демонстративно оглядела пространство, заваленное книгами, дисками и какими-то непонятными тряпками – "свобода творчества, мать ее!", – бардак, да и только! Ты вообще когда последний раз пыль вытирала?
Света нахмурилась, но промолчала.
– И чем ты опять занималась целый день? – продолжала наседать Нина Юрьевна. – Все небось в интернете сидела, да кофеек потягивала?
– Я работаю дома, Нина Юрьевна, – сухо ответила Света. – У меня сегодня крайний срок по проекту.
– Работа? – усмехнулась Нина Юрьевна, ставя авоську на пол так, что банки угрожающе звякнули. – Ну и что ты там зарабатываешь? Копейки, небось? Вот если бы у тебя мозги были, как у моей племянницы, она бы уже давно своей фирмой руководила, а не сидела штаны просиживала.
Света, борясь с желанием хлопнуть дверью перед носом свекрови, глубоко вздохнула.
– Нина Юрьевна, у меня есть работа, которая меня устраивает. И деньги свои я зарабатываю честно.
– Честно? – парировала Нина Юрьевна. – Да на эти твои деньги разве что месяц проживешь! А Володенька мой, большой, должен горбатиться на двух работах, чтобы вас прокормить? Он у меня с этой твоей "самореализацией" совсем исхудал!
– Нина Юрьевна, это неправда! – возмутилась Света. – Вова сам решил работать на двух работах. Я просила его этого не делать! И вообще, я больше него зарабатываю!
– Больше? – Нина Юрьевна картинно закатила глаза. – Ну да, конечно! Наверное, миллиарды ворочаешь со своей "работой на дому"! А квартиру свою ты когда продавать собираешься, позволь узнать?
На лице Светы отразилось отчаяние.
– Нина Юрьевна, сколько можно? Мы же сто раз обсуждали этот вопрос! Я не хочу продавать свою квартиру! Она мне дорога!
– Дорога? – передразнила ее Нина Юрьевна. – Чем она тебе дорога? Что тут клоповник какой-то, а не квартира? А Володенька мой, весомый, должен тут мучиться, в этой дыре? Он достоин лучшего! Он достоин жить в просторном доме, с садом, с баней!
– И чей это дом должен быть? – ядовито спросила Света. – Ваш? Или Вовин? А я там кто буду? Приживалкой?
– Почему сразу приживалкой? – возмутилась Нина Юрьевна. – Мы же семья! Мы должны помогать друг другу! Если ты любишь Володеньку, ты должна думать о его благе!
– А мое благо, немалый, никого не интересует? – голос Светы дрогнул.
– Твое благо – это чтобы мой Володенька был счастлив! – отчеканила Нина Юрьевна. – А счастлив он будет только тогда, когда у него будет свой дом! И если ты его любишь, ты должна отдать ему все, что у тебя есть!
– Отдать все? – Света горько усмехнулась. – заметный, я должна отдать ему свою квартиру, свои деньги, свою жизнь? А что я получу взамен? Ничего! Я стану просто тенью вашего сына!
– Да что ты несешь? – взвизгнула Нина Юрьевна. – Я просто хочу, чтобы все было по-честному! Чтобы у моего мальчика было свое жилье! Чтобы его никто не мог выгнать на улицу!
В этот момент в квартиру ворвался Вова, запыхавшийся и злой. На нем была грязная рабочая одежда, и от него пахло потом и бензином.
– Что тут, блин, происходит?! – заорал он, оглядывая разгневанных женщин. – Я, оглохну скоро от ваших воплей?!
– А, вот спроси у своей жены! – завопила свекровь. – Она видите ли, квартиру продавать не хочет! Говорит, ей тут хорошо! А на нас ей наплевать!
– Мама, хватит! – рявкнул Вова. – Я сам решу, где мне жить и что мне делать! И Свету я не трону! Это ее квартира, и она имеет право делать с ней все, что захочет!
– Вот как ты заговорил! – взвилась Нина Юрьевна. – внушительный, ты на ее стороне? Ты готов предать свою мать ради этой… этой… (Нина Юрьевна запнулась, подбирая самое оскорбительное слово.) …этой размалеванной куклы?!
– Мама, не говори так о Свете! – закричал Вова, сжимая кулаки. – Она моя жена! И я люблю ее!
– Любишь? – презрительно хмыкнула Нина Юрьевна. – Любил бы – давно бы ее уговорил продать эту чертову квартиру!
Глаза Светы наполнились слезами. Она посмотрела на Вову с мольбой.
– Вова, скажи ей, что ты меня любишь! Скажи, что тебе не нужна моя квартира! Скажи, что ты хочешь быть со мной!
Вова молчал. Он опустил глаза и смотрел на свои грязные руки.
Нина Юрьевна торжествующе ухмыльнулась.
– Ну что, Володенька? Что ты молчишь? Нечего сказать? А я знала! Я всегда знала, что она тебя не любит! Она просто использует тебя, как кошелек!
Света развернулась и, не говоря ни слова, побежала в комнату. Послышался звук захлопнувшейся двери.
Вова, словно очнувшись от кошмара, попытался броситься к Свете, но Нина Юрьевна преградила ему путь.
– Не смей! – закричала она. – Ты мой сын! И ты должен слушаться меня! Ты должен бросить эту никчемную девку и найти себе нормальную жену, которая будет тебя ценить!
– Ненавижу! – прошипел Вова, глядя на мать с такой ненавистью, что у Нины Юрьевны по спине пробежал холодок. – Ненавижу тебя! Ты сломала мою жизнь! Ты ломаешь нашу семью! Пошла прочь!
С этими словами он оттолкнул мать в сторону и бросился в комнату, где закрылась жена. Нина Юрьевна осталась стоять посреди прихожей, оглушенная, растерянная и полная злобы. Забытые банки с помидорами валялись у ее ног, как осколки разбитой мечты. И в этот момент она поняла, что своими "благими намерениями" ,потеряла своего сына навсегда. А все из-за проклятой квартиры!
Всем самого хорошего дня и отличного настроения