Дело было не в конструкции оружия, а в одной роковой ошибке снабжения.
Немцы использовали летнюю европейскую смазку, которая совершенно не подходила для русской зимы. Стоило температуре упасть ниже −20, как их масло густело и превращалось в липкий клей. Затвор намертво прилипал к корпусу, и нажать на спуск было невозможно.
Представь ужас солдата: наши идут в атаку, а твой «Шмайсер» молчит, словно игрушечный. Чтобы сделать хотя бы один выстрел, немцам приходилось мочиться на затвор, пытаясь теплом разморозить металл.
У советских бойцов такой проблемы не было: наше оружейное масло оставалось жидким даже в лютую стужу. Пока враг в панике пинал заклинивший автомат, ППШ работал безотказно.
Вскоре немецкие командиры отдали негласный приказ — любой ценой добывать трофейное русское масло. Только оно давало шанс пережить зиму и не остаться безоружным перед лицом смерти.
Идеальная немецкая инженерия проиграла не стратегии, а обычному морозу и капле масла.