Юлия Меньшова, народная артистка России, актриса и ведущая, выступила с резкой критикой в адрес руководства Школы-студии МХАТ после назначения Константина Богомолова на пост ректора. В своём Telegram-канале, где она регулярно делится мыслями о культурной и общественной жизни, Меньшова назвала это решение не просто спорным, а глубоко противоречащим духу и традициям одного из самых престижных театральных вузов страны.
«Школа-студия МХАТ — это не просто учебное заведение. Это храм. Это святыня для тех, кто связан с театром по крови, по призванию, по судьбе», — написала она. Меньшова подчеркнула, что сама является выпускницей этой школы, как и её родители — легендарный актёр Олег Меньшов и режиссёр Виктория Меньшова. Для неё и её семьи МХАТ — не абстракция, а живая преемственность, построенная на уважении к мастерству, дисциплине и глубокой театральной культуре.
Именно поэтому она с особым трепетом отнеслась к назначению Богомолова — режиссёра, чьё имя ассоциируется с провокационными постановками, политическими заявлениями и медиа-хайпом, а не с академической театральной школой. По её мнению, выбор нового ректора должен был основываться не на популярности или медийности, а на профессиональной глубине, педагогическом опыте и уважении к истории учреждения. «Ректор — это не артист, которого можно поставить на сцену для шоу. Это человек, который будет формировать поколения актёров. Он должен быть носителем традиции, а не её разрушителем», — заявила Меньшова.
Особую боль вызвало у неё и время назначения. Богомолов был утверждён на должность на девятый день после смерти Игоря Золотовицкого — выдающегося актёра, педагога, бессменного руководителя актёрской мастерской в Школе-студии МХАТ, уважаемого коллегами и обожаемого студентами. Золотовицкий ушёл из жизни в атмосфере глубокого траура, и многие восприняли его уход как конец эпохи.
«Школа всё ещё скорбит. Люди не отошли от потери. А на девятый день — резкое, громкое назначение, которое больше похоже на политический жест, чем на педагогическое решение. Это кажется кощунственным», — написала Меньшова. Её слова нашли отклик у многих выпускников и преподавателей, для которых ритуал скорби и уважение к ушедшим — не формальность, а часть театральной этики.
Константин Богомолов, известный постановками в «Современнике» и МХАТе, женатый на Ксении Собчак, действительно вызывает полярные оценки. Его работы часто сочетают театр с перформансом, политику с эстетикой, что делает их востребованными в определённых кругах, но далёкими от классических канонов МХАТ. Многие считают, что его стиль не вяжется с академической атмосферой школы, где веками культивировались метод Станиславского, внутренняя работа актёра, драматическая глубина.
Тем не менее, у Богомолова есть и сторонники. Некоторые считают, что именно сейчас Школе-студии нужен «внешний импульс», свежий взгляд, способный вывести её из застоя. Они указывают на его опыт режиссуры, знание современного театра и способность привлекать внимание к сцене. Однако Меньшова и другие критики настаивают: ректор — это не режиссёр спектакля, а хранитель системы. И заменять традицию харизмой — значит подрывать основу.
Её позиция — не просто протест против одного человека. Это призыв к осознанности: «Мы не можем позволить, чтобы великие школы превращались в площадки для медийных проектов. Театр — это не шоу. Это ремесло. Это душа. И если мы потеряем это, то потеряем всё».
Реакция на высказывание Меньшовой была мгновенной. Часть аудитории поддержала её, назвав слова «голосом совести» театрального сообщества. Другие упрекнули в консерватизме, напомнив, что искусство должно развиваться. Но самое главное — дискуссия вышла за рамки Telegram. Она затронула больную тему: кто имеет право управлять культурным наследием? Кто может быть хранителем традиции в эпоху, когда всё меняется с бешеной скоростью?
Юлия Меньшова не призывает к революции. Она просто напоминает: перед тем как назначать нового ректора, стоит вспомнить, кем были предыдущие. И что за каждым решением — не только политика, но и память.