Начало истории читайте здесь
А на шестом этаже на кухне Григорий, Игорь и его родители допивали чай и ухахатывались. Ребята честно, от начала до конца, рассказали всё, что произошло с ними и с их девушкой. Получалось, что Маша нравилась обоим. Они даже спросили совета: как им поступить. На что мудрые родители ответили, что не надо ничего предпринимать. Пусть девушка сама выберет себе любимого. Ещё не факт, что это будет кто-то один из них. И вообще, время само расставит всё по своим местам. А затем папа предложил всю эту авантюру продолжить.
- Это, как это? – хором спросили мальчики
- А вот давайте-ка, когда Маша придет, я, как врач, буду снимать с тебя бинты. Оставим следы ожогов. Подрисуем. Вроде как на поправку пойдешь. И ничего серьёзного.… А вот Грише, прежде чем идти на встречу, надо выяснить, куда это она собралась. И держать нас в курсе.
- Во сколько Маша должна прийти?
Григорий посмотрел на часы:
- Так… вот… должна уже быть.
Вадим Евгеньевич взял всю инициативу на себя. Принес аптечку, намазал сыну лицо какой-то дурно пахнущей мазью. Фломастером нарисовал следы ожогов, и начал профессионально забинтовывать голову. Григория отправили домой.
«Ого…» - удивился тот потоку воды, выйдя из квартиры. Ещё и лифт не работает. Пошел вниз пешком.
В это самое время сверху спускалась Маша. Они разминулись в какие-то доли секунды. И не заметили друг друга.
* * *
Дверь Маше открыла мама. Сильно обрадовалась и ещё в коридоре сообщила, что Гоше снимают бинты. Пригласила девушку в комнату, где проходила процедура. Вадим Евгеньевич, не успев сделать последний штрих – завязку, тут же стал медленно и аккуратно разбинтовывать обратно.
- Здравствуйте! – едва зайдя в комнату, поприветствовала гостья.
Гоша помахал рукой. Казалось, было видно его улыбку через марлевые бинты.
- Здрааа-вствуйте, мадмуазель, - ответил за двоих Вадим Евгеньевич, - так это Вы и есть та самая Маша, про которую мне сейчас сын рассказывает?
- Видимо, да.… Если только ещё какая-нибудь Маша из другой деревни не появилась.
- Ну, что Вы, Маша…. Мы тут все деревенские…. И мама, и я…. Да и Гоша… тоже не в городе родился. Не доехал до Москвы, решил на хуторе на свет появиться. Такой вот исторический факт.
Маша с интересом рассматривала стены в комнате, которые были увешаны грамотами и медалями. А ещё и кубки на полках. Вчера она не успела все это разглядеть.
Вообще ничего не видела, кроме забинтованного друга. А сегодня, среди грамот она не находила награды со школьных олимпиад.
- А Вы, Маша, долго в Москве будете?
- Ещё два дня.… Но я обязательно приеду в следующем году поступать в университет. Есть шанс. Вчера за одним столом с ректором университета сидела. Нас, правда, было человек тридцать. Но он персонально каждому именное приглашение вручил… и руку пожал,… а меня и в щечку поцеловал…
- Здорово, - восхитился Вадим Евгеньевич, - если сам ректор университета… считайте, Маша, что Вы уже поступили…
Между тем процедура подходила к концу.
- Ну, вот и всё, - голова была освобождена от бинтов. Гоша приобрел почти человеческий вид.
Вадим Евгеньевич увел сына в ванну. Смыть мазь, запах от которой разнесся по всей квартире. Маша осталась в комнате одна. Она пыталась найти хоть одну награду с общеобразовательных олимпиад. Безуспешно.
«Странно…»
Вскоре Гоша вернулся. На лице были видны следы ожогов, но почему-то они были ему к лицу. Не зря, видимо говорят, что шрамы украшают мужчин.
- Больно?
- Ни капли! Если только чуть-чуть… Папка у меня врач, вчера вечером, как приехал, какой-то новой мазью намазал. Вонючая, правда…
- Ну да… я заметила.
- Зато зажило, как на кошке.
Гоша улыбался, был рад визиту Маши. Она же была серьезна. Было видно, что её что-то беспокоило.
Но вдруг её будто осенило:
- Гриш, я телефон купила. Помоги мне в нем разобраться.
- А симку купила?
- Купила, мне её там, в салоне поставили. Наговорили столько всякого, что половину не запомнила. Блокировка какая-то…. Как им пользоваться?
- Давай, посмотрим. Ты ни разу не пользовалась?
- У нас покрытия нет, мобильная связь не работает.
- Это дело времени. А пейджером умеешь пользоваться?
- Нет. Он тоже у нас не работает.
- Тогда понятно…
Какое-то время они разбирались с телефоном. Залезли в настройки. Опробовали разные мелодии звонков.
- А вот память, смотри папка адресов. Она пустая. Я тебе забиваю свой номер…,- он проделал несколько манипуляций с кнопками, - … и ты мой телефон можешь не набирать, сюда вот жмешь… и… слушай… мой телефон.
Через пару секунд действительно раздался телефонный звонок из кармана джинсовых брюк.
- Алло… - улыбаясь, вопрошал в трубку юноша.
Маша встала, отошла в угол комнаты.
- Алло, привет… – уже более серьёзно ответила в свою трубку Маша.
Ей на глаза попался кубок золотистого цвета. На прямоугольном основании было выгравировано «За первое место в боях…» - Маша не дочитала, посмотрела на диплом, который стоял рядом, в рамке за кубком. Точнее, даже не на сам диплом, а на то, что в нем было написано от руки. Обычно, всё печатается типографским способом, но имя и фамилию награжденного организаторы вписывают вручную. А написано было… «Корнилов Игорь». Маша стала разглядывать другие дипломы и грамоты. Везде был вписан какой-то Корнилов Игорь.
«Странно… причем тут Игорь?.. А где Григорий?»
- Гриша, ты писал, что у тебя грамоты за школьные олимпиады…
Игорь никак не отреагировал на вопрос. Подошел к ней и решил сменить тему, задал ей свой вопрос:
- Маш, ты завтра никуда не собираешься?
- Собираюсь,… а кто такой Корнилов Игорь?
- Скажи честно, куда? – так и не ответил на её вопрос.
- Да так… ерунда. Одно незаконченное дело надо доделать.… А почему все награды у тебя за какие-то бои?
Игорь опять проигнорировал вопрос:
- Маша, это не ерунда. Мне очень важно знать: куда ты собираешься?
- Ну, во-первых, это тебя не касается. А во-вторых,… ты меня обманывал?… про грамоты?…
- Я тебя не обманывал.… Обманывал другой человек…
- Во как???
Маша на мгновение задумалась. Вспомнила, как во время переписки по интернету Гоша часто спрашивал, почему она пишет «пришедши-ушедши». На что Маша всегда с иронией отвечала, что она «привыкши».
И тут же задала провокационный вопрос:
- А скажи, пожалуйста,… почему некоторые люди… вместо «пришел – ушел»… говорят: «пришедши… и ушедши»?…
Игорь подошел к Маше ближе:
- Откуда я могу знать…
- … Значит, это всё-таки,… не ТЫ???…- девушка сделала ударение на последнем слове. И, продолжая, обратилась к нему по новому имени, опять с ударением - … ИГОРЬ!!?
Игорь стоял совсем близко:
- Нет, не я. Но это ничего не значит…
- Нет, значит, - твердо ответила Маша.
- Нет, не значит, - тихо проговорил Игорь. Он был в нескольких сантиметрах от её губ. Дотянулся до них и… поцеловал. Руками, а точнее ладошками, он успел взять её щечки. Прикосновение было сладким и нежным. Пальцы совершенно случайно задели мочки ушей. Мгновение, кажется, остановилось. Прошло несколько секунд. Игорь сам от себя не ожидал, что может быть таким ласковым.
Маша, опомнившись, вспыхнула и тут же покраснела. Было ощущение, что её ошпарили кипятком. Обманули и теперь ею пользуются. Она отпрянула. Открыла рот, закрыла его руками и округлила глаза. Был испуг.
«Он обманул, да ещё и полез целоваться,… он нарушил все мои устои… мою неприкосновенность…. Наглость…. Какой позор. Как он посмел…. Разве я за этим сюда?… ».
Но тут же, в голове пронеслось обратное: «Какое приятное было ощущение…»
Она не знала, как себя вести. Никогда, ничего подобного Маша не испытывала. Она принципиальный, твердый человек. Всегда решала сама, что можно, чего нельзя. Но тут, без её ведома… обманом…. Лицо пылало. В каком-то бешенстве она сделала несколько движений от стены к стене и… безотчетно, безрассудно… не помня себя,… бросилась прочь из квартиры.
Игорь испугался такой реакции девушки, но… не сделал ни единого шага.
Так, в одно мгновение, бесславно, они расстались.
Не попрощавшись…
Игорь простоял минут пять.
Было тоскливо.
«Пришла и вот,… ушедши». В ушах как будто звучал её вопрос.
В дверь заглянули удивленные родители и только молча покачали головами.
Как-то сложится дальше?
На ум пришла бредовая идея – сходить к гадалке, которая жила этажом выше, прямо над ними.
Тетя Тася, полная женщина, была известная в округе гадалка. Каждый день у её дверей подпирали стены странные люди, ожидая подтверждения своих грез и надежд в своем будущем. Зачем, думал Игорь, знать всё про себя наперед. Ведь неинтересно будет жить.
Но Маша заставила изменить свой взгляд по этому поводу. Его интересовало только одно: бороться ему за эту девушку или отступиться. Друг в неё влюбился. А Игорь, всегда уверенный по жизни, впервые растерялся.
Он взял с собой фотографию Маши, которую давал Григорий, отправляя его на первое свидание, и которую он специально «забыл» вернуть другу. Открыл дверь квартиры.
«Ого…» удивился он потоку воды в подъезде и направился вверх по лестнице.
Впрочем, поток уже ослабевал.
* * *
Коту Гоше было совершенно всё равно: кто были эти люди и что выясняли они между собой возле дверей его квартиры. Но ему было вовсе не безразлично то, что такой животрепещущий водопад прекратил своё существование. У кота потерялся всякий смысл жизни. Он побрёл по квартире, склоняться по углам, в поисках этого самого смысла. Гоша пытался найти хоть что-то мало-мальски достойное его внимания. И вдруг он набрел на балконную дверь, которую хозяйка всегда держала взаперти. Но теперь, по причине «палундры на корабле» и недосмотра хозяйки (а она в это самое время бурно обсуждала на кухне с хозяином свою, якобы, грешную жизнь), теперь… эта заветная дверь была открыта. Что доселе там находилось - для кота было тайной за семью печатями. Вход туда ему был категорически запрещен.
Между тем, за этой дверью хозяйка высаживала рассаду. А поскольку коты обычно не равнодушны ко всему произрастающему из земли, хозяйка ограничивала доступ Гоше на балкон.
Но хозяин, со своим корабельным уставом, этого не знал. И оставил проветривать влажную комнату. Открыл створки на балконе. Он тогда ещё подумал: как это жена дотягивается до шпингалетов через все свои насаждения.
Дорога на балкон была открыта. Кот, не веря своей удаче, медленно и осторожно переводя лапы, как настоящий шпион, просочился на балкон. Постоял несколько минут у порога, оценивая обстановку. Затем, он резко подпрыгнул и очутился на подоконнике.
Ещё немного и он в зеленых джунглях, где было свежо и приятно. Тёплый весенний сквознячок усиливал наслаждение от запахов растений. Это конечно не водопад, но тоже весьма любопытно. Здесь в горшочках была земля, в которой можно было поковыряться когтями. Листки растений сами заигрывали с котом, казалось, от одного только взгляда.
Покачивались и подпрыгивали не только от ветерка, но и от легкого прикосновения кошачьей лапы.
«Ах, дразнилки…».
Кот стоял на трех лапах и, приспустив голову, смотрел снизу вверх на самый наглый лепесток. Высоко поднятой четвертой лапой молотил по нему, быстро-быстро. И кто только учил его этому боксёрскому мастерству. Листок не унимался и ещё больше дразнил кота. Пора было с ним кончать. Гоша не на шутку разозлился на это не унимающееся растение. Он, как молодой котенок, резко и высоко подпрыгнул, прицельно приземлился и обхватил передними лапами горшок снизу. Задними лапами уперся обо что-то и выпустил когти. Затем последовало легкое движение головой вперед. В следующее мгновение растение потеряло равновесие…, покачнулось… и… медленно повалилось в открытое окно…
* * *
Маша в бешенстве, вся на эмоциях неслась вниз по ступенькам. Такого состояния у неё ещё никогда не было. Ни разу в жизни. За кого её тут приняли? За девочку легкого поведения???
Она много раз видела девиц вдоль больших дорог. И осуждала, почём зря. И не могла представить себе, что кто-то может подумать про неё также. Это было для неё ударом. Ничего не видя перед собой, она выскочила из подъезда и в мгновение оказалась по колено в воде. Лужа была прозрачной и чистой, как озеро в Карелии, но ноги всё равно стали мокрыми.
«Не везет, так не везет во всем»- успела подумать Маша
Осталось только, для полноты картины, представить себя маленькой капризной девочкой, которая из вредности забежала в самый центр лужи, и сейчас начнёт топать ножкой. Требовать от мамы конфетку…
Но мамы не было. И Маша вовсе не маленькая девочка, а вполне взрослый человек. Выбираться придется, самостоятельно.… Без конфетки.
Тщательно отряхивая ногу (только зачем?), она делала шаг и снова ступала в воду. Затем ещё. И ещё. До берега озера нужно было пройти пять-шесть шагов. Так далеко, в гневе, пробежалась она по воде, прежде чем успела опомниться. Мокрые ноги вернули ей сознание.
Вернуться к дому оказалось ближе, чем шлёпать к другому берегу. Там, вдоль дома можно было по приступку обойти озеро и выйти на сухую дорогу. У Маши проступали слёзы. Оказавшись возле дома, она уже не могла их сдерживать. Да и мокрые джинсы, казалось, тоже плакали. С них вовсю стекала вода.
Так, с мокрыми глазами и ногами, оставляя за собой влажный след, Маша побрела вдоль стены дома…
СВЕРХУ ЛЕТЕЛ… ГОРШОК… С РАССАДОЙ…
* * *
Удар получился настолько резким и неожиданным, что Мария не успела почувствовать боли. И понять, тоже. Горшок вдребезги разлетелся у неё под ногами. Кувыркаясь в воздухе, в кавитационном полете рассада отделилась от горшка. Маше ещё повезло тем, что горшок упал рядом. Но куст с землей угодил прямо ей в плечо, да так, что от безукоризненно-белой футболки осталось лишь воспоминание, а красивое девичье плечо, обнажившись спустя какое-то время, предстанет огромным бурым синяком. Обида и боль проявились одновременно. Девушка заплакала навзрыд. Ей только и хватило сил, чтобы доплести до ближайшей детской песочницы.
* * *
С гадалкой тетей Тасей Игорь встретился возле её квартиры. Она спускалась сверху и была не в духе, на кого-то злилась. Целый день у неё тухли свечи. Как будто их заливали водой. Они предсказывали беду. И вот она, беда – весь подъезд залила. Вода смыла ей сегодня клиентов. Гадалка осталась без работы. А всё сосед со своими шлангами, утонуть бы ему в море-окиане.
- Тетя Тася, погадай…
- На кого тебе, Игорёк?
- На девушку, тёть Тася, - и достал из нагрудного кармана фото, - Вот.
Тетя Тася обрадовалась. Вот и клиент появился – соседский мальчик.
- Красивая девочка, с косичками…
- Только косичек у неё сейчас нет. Прическа у неё.
- Это не имеет ровным счетом никакого значения. Пойдем.
Она завела его в комнату. Посадила за стол. Окна были плотно зашторены, так, что свету не удавалось пробиться вовнутрь. Зажгла какими-то специальными длинными спичками три свечи. Потушила общий свет. Села за стол напротив Игоря. Поставила фотографию Маши перед собой, уперев её об стакан с водой. И погрузилась мыслями куда-то в неведомое и неизвестное. Через какое-то время Игорь обомлел: тетя Тася исчезла. Её не было. Он видел в комнате всё, но только не гадалку. На столе остался стакан с водой, фотография и три мерцающие свечи. Игорь в каком-то оцепенении привстал, пытаясь увидеть женщину позади стола. Её не было. Он сделал тяжелый шаг, затем ещё. Взглянул на фото. Девушка была в другой одежде и без косичек. Именно с той прической, с которой он её сегодня видел. Но выглядела намного старше. В горле пересохло. Сил и смелости рассматривать дальше, не было. Он медленно, едва передвигаясь, в бессилье дотянулся до стула, подтянул себя к нему и сел. Что было дальше, он помнил смутно. Но когда пришло сознание, голова и тело стали необычайно легкими. Он сидел на стуле так же, как и когда пришел. Тетя Тася напротив него, слегка улыбалась. Она узнала про неё всё, или почти всё.
- Ну, вот…
- Что теть Тася, - свой голос Игорь даже не узнал – такой взрослый и серьезный.
- … Так-то вот, Игорек… Мужчины-то ведь, они себя предлагают, а женщины-то вот, выбирают. Ты намедни к ней на свидание ходил, а она уже знала имя вашего второго ребенка.
- И что это значит, теть Тася?
- А то это значит, что через несколько лет выберет Мария тебя в мужья…
- Не понимаю, тогда. Если знает имя нашего ребенка… тогда почему же она тогда убежала… навсегда?
- Не пытайся, Игорь, понять женщину. А то, не дай Бог, ты её ещё поймешь…
Тетя Тася замолчала. Улыбка сошла с её лица. И через какое-то время продолжила:
- А ещё хочу сказать про завтрашний день.… Видела я, что идет твоя девушка вдоль железной дороги. Странно как-то идет.… То влево, то вправо… вниз спустится, вверх поднимется. Рядом с ней молодой человек… почему-то со скрипкой. За ними джип черный едет, три человека в нем. Преследуют они твою Машу. По дороге у них колесо отвалится. А они все равно за ней бегут. Упорно очень. Не знаю уж, зачем они девушку твою преследуют. Навел, не иначе, кто. А кто – не ведомо мне. Кончится всё благополучно. Но это уже совсем другая история.
Не понравилось Игорю про последнюю историю. Надо было что-то предпринимать, действовать. Он поблагодарил и, уходя, как бы невзначай, обронил в углу комнаты купюру. Так полагалось.
* * *
Маша попыталась отряхнуть черную влажную землю со своего плеча, но та только больше размазывалась по белой футболке. Да теперь еще и на груди, заставляя просвечиваться и обнажаться естественной девичьей красоте. Она отвернулась в глубину двора, так, чтобы проходящий люд не мог её видеть. Надо было успокоиться и оценить обстановку. Что делать дальше?
Недалеко от песочницы играла маленькая девочка. Совком она почему-то ковыряла сухую землю. Зачем? Здесь, под деревянным зонтиком, был совсем свежий желтый песок.
Маша понаблюдала за малышкой. Перестала всхлипывать. Невольное сообщество маленькой и большой девочки стало объединяться.
- А почему ты совочком копаешь там? А не здесь?
- Я хочу достать этот красивый камушек…
Маша подошла поближе, присела на корточки. Действительно, камешек сиял необычной голубизной. Таких здесь больше не было.
Девушка помогла выковырять эту необычную находку. В ладошке камень показался ещё красивее.
- Всё!.. Теперь он будет мой…
- Камешек? Ну конечно, твой.
- Нет… не камушек. Вовка…
- Какой Вовка???
- Вовка, в садике. Мне за него еще предстоит бороться… с моей подружкой. Мы ему обе одинаково нравимся. И он сам выбрать не может,… а потому мы решили, что сами, девочки, выберем, с кем ему быть.… Во-первых, мы решили посостязаться в беге. Потом… по-о-том…
Девочка рассматривала свой красный сандалик, при этом несколько раз перевела носочком вправо-влево. Видимо раздумывала, стоит ли раскрывать свою очень важную тайну
- По-о-том, мы будем соревноваться в том… о том…
Она посмотрела на свою новую взрослую подругу…
«Пожалуй, стОит» - решилась раскрыть эту важную тайну малышка.
- Как нежно, кто из нас целует щечку,… а ещё - у кого, сколько камушков красивых…
«Да… - подумала Маша,- …насчет камушков не знаю.… Но кто лучше целует щечку, пожалуй, уже догадываюсь»
- А ты телефон уронила – обратила внимание девочка, показывая пальчиком на землю.
* * *
Вдоль дома по дорожке шла Лена, сестра Игоря. Она так же, как и вчера была в форме курсанта-милиционера. Её цепкий, натренированный взгляд выхватил необычность происходящего на детской площадке. В испачканной футболке она узнала вчерашнюю посетительницу больного. Служебное положение Лены не позволяло ей пройти мимо, не выяснив причину столь странного внешнего вида её новой знакомой. Ещё более её поразили глаза Маши. Лена без труда поняла, что девушка только что плакала.
Впрочем, Маша не стала скрывать и рассказала, как на неё упал горшок. И ей ещё повезло, что тот упал не на голову.
Лена, как добросовестный страж порядка, сразу приступила к расследованию обстоятельств данного происшествия. В результате оперативно-розыскных мероприятий по горячим следам (а именно, визуальным исследованием окон дома) было установлено: горшок свалился из открытого окна лоджии восьмого этажа, того же подъезда, где жила Лена. В аккурат, двумя этажами выше Лениной квартиры.
Было принято решение подняться в данную квартиру и выяснить, с какой целью из данной квартиры был выброшен цветок, который чуть не нанес увечье гражданке.
Лена мертвой, не терпящей возражений хваткой, потащила Машу обратно в подъезд. Девушка не испытывала никакого желания от посещения квартиры на восьмом этаже. Но и других дальнейших действий она не представляла себе. Возвращаться на базу в таком виде через всю Москву она не осмелилась бы ни за что. Но и обращаться за помощью к Игорю-тире-Григорию, от которого только что ретировалась, тоже бы не решилась. Девушка-милиционер казалась для неё спасением. Поэтому сопротивляться настойчивым требованиям Лены Маша не стала. Послушно следовала за ней.
Девушки ещё не знали, что беспардонный лифт сотворит с ними злую шутку и увезет их на другой этаж.
* * *
Александр Семенович открыл дверь и… отпрянул на шаг:
«О Боже,…похоже, это никогда не кончится…»
На него в немой сцене уставились две пары девчачьих глаз. Одна пара была милицейской, другая – совершенно безразличной ко всему происходящему, но, в непонятном, грязном виде. В гулкой подъездной тишине, после продолжительной паузы, прозвучало леденящим эхом:
- Что же это Вы, молодой человек, себе позволяете???
Семеныч, не найдя слов, молча уставился на гостей.
- Вы знаете, что по вашей вине гражданка Брызгалова чуть не получила тяжелое увечье??? – с напором выговаривало официальное лицо.
- Нет,… не-не… не знаю… - заикаясь, промямлил Александр Семеныч.
- С каких это пор у нас начали с балконов выбрасываться горшки с цветами???
« … Горшки…цветы…балконы» – Семеныч не говорил, это его глаза выдавали мысли вслух. Отсутствие слов не означало отсутствия диалога.
Дальше его мозг уходил глубоко в подсознание – «… лыжные палки…на балконе,… неужели проросли…???»
- Я… мы вынуждены составить на вас протокол. Но прежде, будьте любезны, предоставить первую помощь пострадавшей. Вы видите, в каком она виде...
- Вижу… - мгновенно, но неуклюже вставил своё слово в официальную речь милиционера-девушки.
- Нам нужна ванна, аптечка, халат…
Впрочем, халат, пожалуй, будет не совсем этично – подумала Лена – надо ей посмотреть что-нибудь из своего гардероба. Жаль, что нельзя потерпевшую вести в свою квартиру. По причине недавних событий. Согласно договоренности с Григорием - Елена здесь не живет. И в этом доме нет её квартиры.
Впрочем, можно наплести и соврать, что здесь живет её подруга. Или ещё что-нибудь в этом роде.
- Мы войдем? - не ожидая возражения, по-милицейски спросила Лена
- А…да-да – отступая, пытаясь всячески угодить неожиданным посетителям, Семеныч шире распахнул входную дверь.
Девушки проследовали в ванную комнату. Лена ещё раз пожалела, что не могла привести Машу в свою квартиру, в свою ванную. Вид данного помещения нельзя было назвать благопристойным. Но другого выхода не было. Надо было хотя бы привести Машу в порядок.
- Так, ты для начала, смой грязь,… рука поднимается?.. Хорошо…. Шевелится?... Так…. Я тебя оставлю минут на пять. Здесь в подъезде моя подружка живет. Попробую подобрать тебе что-нибудь, одеть.
- Не оставляй меня здесь!!! – едва не заплакала Маша
- Закройся, и ничего не бойся. Он сам милиции боится. Будет вести себя как пай-мальчик. Откроешь, когда я постучу.
Уверенный голос Лены возымел действие. Маша послушно успокоилась. И юная милиционерша последовала к себе домой. Надо было выбрать самое лучшее из своего шкафа. Не хотелось ударить в грязь лицом. Да и… одолевало желание похвастаться. Пожалуй, футболка, купленная на прошлой неделе, была бы кстати.
Лена одевала её всего лишь раз в магазине, и ещё раз дома, перед зеркалом. Тогда она ещё подумала, как немного надо было ей для счастья.
Именно этой футболкой и хотела похвастаться своей новой знакомой. А заодно и дать ей поносить. На время, конечно.
Как только Лена покинула квартиру Александра Семеныча, и пешком по ступенькам побежала вниз, здесь с новой силой начались недоразумения.
Буквально через секунду из лифта вышла Татьяна, жена Александра Семеновича. Вставила ключ в замок. Оказалось, он не был закрыт. Вошла. В коридоре стоял муж. Озадаченный и немного пришибленный. Увидев жену, вообще, от неожиданности растерялся. Какими словосочетаниями объяснить происходящее в их квартире?
Из ванны доносился шум воды. Девушка принимала душ.
Татьяна, жена Александра Семеновича, не должна была так скоро вернуться. Она хотела собрать вещи в той квартире, где жила последний год. А Александр за ней обещал приехать вечером. И вместе привести вещи. Ситуация для хозяина квартиры развивалась непредсказуемо.
- А чего вода шумит? Замок не закрыт, вода течет? Забыл? Ещё один потоп устроить?
- Танюша, ты только…не волнуйся. Ты, ну… не воспринимай сразу. Всё не… Главное, всё в порядке…
- Да не волнуюсь. А что ещё? Опять что-то стряслось?
- Нет. Ты не так всё понимаешь. Точнее не так сейчас всё поймешь.
- Не так, а что? Что я не так всё пойму – Татьяна направилась в ванную, для начала закрыть воду, затем выслушать мужа. Рука непривычно соскочила с ручки двери. Та была закрыта.
- Танюша, пожалуйста, пойдем в комнату. Я тебе всё объясню.
- Ну, объясни,… - она снова дернула ручку, – да кто там у тебя??? – она ещё не понимала, что объяснения мужа будут по поводу закрытой ванны.
- Танюша, я сам не пойму как всё получилось,… там были лыжные палки. Они долго-долго стояли. И…видимо проросли.
- Палки где? в ванной??? - начала догадываться Татьяна
- Нет. Палки на балконе. Они проросли,… и вот… она тут моется, точнее лечится.
- Саша, кто лечится-то??? Тебе самому не пора лечится? Уже не соображаешь совсем, со своей пьяной головой… да кто там у тебя? – она ещё раз дернула ручку.
- Я не знаю даже, как её зовут
- Кого?
- Её… Девицу эту
- Какую?
- Ну, …ту, которая в ванной…
Татьяна хотела ещё что-то спросить, но… молча уставилась на своего мужа. В такой ситуации ей быть не приходилось. Она не могла даже подумать. И представить. Это что? У мужа любовница???
Татьяна ещё раз, уже с силой дернула дверь
– Да, кто там у тебя???
На этот раз дверь открылась. В ванной комнате стояла молодая особа в мужской пижаме. Полосатая, принадлежавшая Семенычу пижама, была похожа расцветкой на старинный матрац. Впрочем, она не скрадывала, а наоборот, подчеркивала стать и стройность Марии.
Татьяна не сводила с неё глаз. Но при этом смогла произнести, точнее, выплеснуть весь свой гнев в адрес мужа, буквально в следующее мгновение, так и не обернувшись на него:
- Ах ты, кобель ты старый - пень статуеросовый, блудяшка брыдливая, клизма ты тараканья,… - поток брани, казалось, не собирался заканчиваться, – самец пахабный, бабник фуфлыжный. На час всего из дома отошла, и вот он, пенсионер, ханыга несчастный…
Маша с ужасом воспринимала всю эту словесную тираду в свой адрес. Ей стало страшно за себя. Самая естественная, необдуманная, по молодости глупая реакция – закрыться снова на щеколду изнутри. Что она и сделала.
- А я и не думал, что ты столько слов знаешь – произнес Семеныч, взяв себя в руки после услышанного. Восприятие в свой адрес ругательств обычно приводило его в повседневное состояние.
В дверь постучались. И практически сразу, без разрешения хозяев дверь широко распахнулась. И так же, не дожидаясь позволения, в квартиру вбежала Лена.
- Здрасьте – кивнула она Татьяне, и стукнула кулачком в дверь ванны.
- Маша, открой, это я.
- Интересно девки пляшут… по четыре штуки в ряд – вырвалось у Татьяны - Чтоо за Маааша??? – повернулась к мужу, руки в боки.
- Танюша, это цветок упал
- Какой цветок?- наседала жена
- С балкона…
- С какого балкона? У тебя отродясь цветов на балконе не было?
- Не было,…но я же, говорю,…палки лыжные,…ты совсем меня не слушаешь…
- Ты рехнулся? Причем тут твои палки? И голые девки?
- Какие же они голые?.. В форме… и в пижаме
Татьяна повернулась в сторону Лены и только сейчас обратила внимание, что девушка действительно была в милицейской форме. Впрочем, та уже закрывала за собой ванную комнату.
- Ты можешь мне объяснить, что это за маскарад?
- Не могу… всегда мог, а сейчас не могу… Мне бы сто грамм…бы, я бы во всем бы разобрался… и тебе бы спокойно все объяснил… бы…
- Сто бы грамм бы ему…,- Татьяна язвительно мотала головой, затем запнулась, схватилась за сердце. И стоя, облокотилась на стенку.
* * *
Когда девушки вышли из ванной комнаты, хозяева были в зале. Александр Семенович пытался влить своей жене нашатырный спирт. Но вовремя подоспевшие гостьи остановили эту процедуру. Нашли в той же шкатулке, где был нашатырь, бутылочку с валерьянкой.
Впрочем, Татьяна быстро пришла в себя, и больше не вызывала опасений относительно своего здоровья. Но всё же, десяток капель валерьянки накапали в стакан воды, дали выпить. Лена случайно бросила взгляд в окно, разглядела балкон. И тут же поняла свою ошибку. Ошибку юного следователя. На балконе не было ни единого цветка.
- Скажите, а вы на каком этаже живете?
- На девятом, – ответил Семеныч, – …во всяком случае,… до этого момента, если больше ничего не произошло…
Согласно же расчетов Елены, горшок прилетел с восьмого. Получается, что Лена-следователь предъявила обвинения невинному человеку. Да ещё и женщину до такого состояния довела. Она готова была провалиться от стыда. А ведь всего-то и надо было в первую очередь - осмотреть балкон.
* * *
Спустя десять минут они все вчетвером спускались на восьмой этаж. Семеныча и Татьяну пригласили в качестве понятых.
На этот раз следователь Елена не ошиблась. Обследовав предполагаемое место преступления, и задав несколько вопросов хозяевам квартиры, у неё не осталось сомнений - горшок был выброшен именно с этого балкона. Не понятен только был мотив преступления. Выяснение этого вопроса осложнялось поведением хозяйки. Она, как заведенная, громко ругала своего мужа. Только, что не матом. Тридцать три несчастья, и всё в один день. За моряка начали заступаться приглашенные понятые, Татьяна и Семеныч. Его вина оказалась всего лишь в том, что он открыл на балконе окно. То самое, которое хозяйка квартиры предусмотрительно закрывала на неудобную верхнюю защелку. Дабы не забыть и самой случайно не открыть. Кто-то из присутствующих заметил на балконе шевеление среди посадок, а затем и ещё одного хозяина квартиры - кота Гоши. Для него сегодня был праздник, с этими самыми, тридцатью тремя удовольствиями.
«А, вот он и преступник…, - догадалась следователь, – вот вам мотив, и состав преступления».
- Будем оформлять протокол!
- Может не надо? – продолжали заступаться понятые.
- Не надо? А как быть с травмой, с тяжелыми увечьями? У потерпевшей? У вас тут будут горшки вываливаться с рассадой, пешеходов травмировать…. Еще неизвестно, какие увечья она получила. Может инвалидом до конца жизни останется…
- Да никакие я увечья не получила – вставила свой голос Маша.
* * *
Ещё через полчаса Елена с Машей направлялись в травмпункт. Где зафиксировали ушиб мягких тканей. Переломов, тяжких последствий и других признаков нанесения вреда здоровью обнаружено не было. Кроме огромного синяка на плече. Елена проделала все действия с оформлением протокола и документальной фиксацией травмы ради своей институтской курсовой работы. Она неделю, как ломала голову над домашним заданием. А тут такая «удача». Изначально было понятно, что никакого официального уголовного дела или других процессуальных мероприятий проводить не надо. Разве что, в воспитательных целях провести работу с «виновными» жителями своего дома.
Когда девушки вышли из больницы, они встретили всё тех же фигурантов происшествия. В сквере их поджидали две взрослые супружеские пары. Лена, довольная благополучно проведенной воспитательной работой, успокоила их. Они могут расходиться по домам. Всё обошлось. Сами же девушки направились на остановку. Маше надо было на базу.
Соседи долго ещё гуляли по больничному скверу. Все их обиды, промеж себя, были забыты. А летний теплый вечер располагал к такой же теплой душевной прогулке. Впереди шли женщины – вели беседу о своем, высоком, женском. Сзади мужчины, о своем,… о ремонте унитаза.
Лена напоследок решила сделать подарок. Ни на секунду позже об этом не пожалела.
- Маш, ты футболку не возвращай. Оставь её себе. Она тебе, чудненько так…идет.
- Так она же не твоя, подружки…
- Я тебя обманула. Это моя. Я к себе домой бегала. Там живу.
- Обманула??? – удивленно переспросила Маша – Зачем? В чем прикол?
- Я обещала…. А знаешь, в какой квартире я живу?
Маша не понимала ход мысли. Ну какая ей с того разница, в какой именно квартире Лена живет? Маша в этом доме и была-то два раза. Никакой сенсации не предвкушала от следующей информации.
- В той самой, где ты была. С раненым на голову Гошей.
Маша остановилась от изумления.
Вот это оборот…
Девушки бродили по улице возле остановки почти до самых сумерек. Маша выложила всё, как на духу. Она догадалась, как раз сегодня, что её водили за нос. Оказалось, Гриша - совсем не тот мальчик, с которым она переписывалась по интернету.
А еще выяснилось, благодаря Лене, то, что Гоша (он же Игорь) – это брат Лены. И что его можно называть Гошей, но уж точно не Гриша. Любопытно… Гоша-Игорь. В университете она познакомилась ещё с одним Игорем-Гошей. Какое совпадение.
Но кто же, тогда писал ей целый год по интернету? Кто был тем таинственным Гошей-Гришей? Маша так и не видела его в лицо. Вопрос остался открытым. Лена рассказывает про какого-то застенчивого молодого человека. В очках, типичный хорошист. Ужасно щуплый, нестройный и не уверенный в себе молодой человек. Не потому ли он так боится показаться на глаза. У Маши было огромное желание нахамить этому человеку. Во всех несчастьях, которые свалились на неё сегодня, она обвиняла именно его, одного.
Однако подошла очередная маршрутка. И время уже было позднее. Маше давно пора на базу.
* * *
Добравшись до компьютера, Маша открыла свой почтовый ящик. Её новый знакомый из университета ответил положительно на её просьбу сопроводить её завтра. Спрашивал во сколько и куда подъехать. И что за хулиганы, с которыми можно было ненароком встретиться? К чему готовиться?
Она тут же ответила, что ничего особенного, что у неё задание, полученное ещё в своей школе – собрать образцы растений ближнего Подмосковья. Для гербария. Чтобы затем можно было сравнить эти растения с теми, которые произрастают в её области. Если он сможет в двенадцать часов, то она бы с удовольствием встретилась на платформе Выхино, и вместе проехали бы до Детской железной дороги, в Кратово. Одна она боится заблудиться.
Там у неё было ещё одно задание, от младшего брата. Подробно всё разузнать про детскую школу машинистов. Мечтает братик. Заодно там погулять. Собственно, поэтому она и обратилась утром по интернету к своему новому знакомому.
Затем, посидев ещё с полчаса у компьютера, решилась написать своему Грише, с которым переписывалась год и, которого она так и не увидела. Гнев и ярость понемногу улеглись. Осталось любопытство и немного жалости к своему чрезмерно застенчивому другу по переписке. Но как-то не складывались слова в предложения, а мысли не переводились в электронную форму на монитор компьютера. Она писала, и тут же удаляла. Не слова, и предложения, а целые страницы текста.
Закончить заочную дружбу? Вот так сразу. Раз… и навсегда. Из-за такого отношения к ней... Но, может, есть какие-то оправдания у её заочного друга? Может Маша чего-то не знает? Она ведь строила планы на его счет.
Нет, он обманывал её с самого начала. С первого дня переписки. Столько времени. Какие могут быть оправдания?..
Да,… но как интересно было с ним общаться. Не может человек так писать… и вот так себя вести.…
Не вязалось это всё. И не находило ответа. Как минимум надо было дать шанс человеку попробовать объяснить своё поведение. Услышать этого «Гришу». А может вовсе он и не Гриша, а как-то по-другому его зовут?
Маша так и не нашла, что написать. Просто пошла спать.
Продолжение смотрите здесь