Самая мрачная пьеса Шекспира о честолюбии и коварстве женщин. «Макбет» стал режиссерским дебютом блестящей комедийной актерисы Ив Бэст. Внимательные зрители цикла Globe On Screen отмечают неожиданный выбор на главную женскую роль примадонны «Глобуса». Актриса Саманта Спайро знакома завсегдатаям цикла своей Катариной из «Укрощения строптивой». Она там очень смешная, темпераментная, чертенок в юбке.
Спектакль «Макбет» создан как реконструкция театрального стиля времен Шекспира. Он мрачен, брутален, лишен эстетских наворотов. Стиль площадного театра. Главный посыл донести текст Шекспира, рассказать историю. Архаичный стиль. Поражает минимум нюансов в актерской игре. Лишь к финалу спектакль становится более тонким и полным деталей. И, как ни странно, приближается к понятной сегодня эстетике семейной драмы в кино.
Высокий стиль сменяется бытовухой.
Философские споры, конфликт идей сменяется банальными сценами семейных разборок. В финале Леди с фингалом от мужа.
Поначалу минимум нюансировки мешает эмоционально подключиться к истории. Персонажи кажутся картонными. Не все актеры смогли достучаться до зрительского сердца. Зрители активнее реагировали на вставные комедийные номера в стилистике площадного отвязного юмора.
Зрителям отлично зашел монолог Привратника о связи алкоголя и потенции.
В этой роли блистает легендарный актер, трансвестит и борец за права секс-меньшинств Бетти Борн.
Тема гендерных трансформаций вообще – одна из магистральных в трактовке пьесы.
Вояка Макбет стал марионеткой в руках амбициозной и маниакально одержимой жены. Он ведомый.
В исполнении Спайро отказ Леди Макбет от своей женской природы в пользу маскулинного злодейства озвучен знаменитым монологом «Unsex me here». Вдвойне трагичен ее суицид в финале. И все-таки она сломалась. Против женской природы не попрешь. Актриса Саманта Спайро смогла достучаться до зрителей. Это сгусток энергии. Страсти выкручены до предела. Минимум нюансов. Вулкан.
Трагическая тема активно заявлена в музыке. Шотландский национальный колорит создан в прологе боевыми барабанами и волынками композитора Олли Фокса. А в конце, красиво закольцовывая шотландскую тему, ведьма заиграет на скрипке унылую и протяжную мелодию.
Троица ведьм чудо как хороша. Они мастера вуду, ясновидящие. Образы созданы очень скупыми красками. Чернокожие женщины. В финале они обсыпаны мукой или пудрой. Колдуют, вещают как-то запросто, рутинно, без этой напускной инфернальности.
Цепляют не на шутку.
Некоторый примитивизм этого зрелища вдруг зачаровывает совершенно неожиданно. Хотя поначалу было трудно сдержать зевоту. Казалось, это очень непривычное и даже чуждое по духу зрелище.
