5 января
Незадолго до наступления новогодних праздников отец - господин Бальтазар - сказал мне:
- Сандро, ты не против, если к нам приедет погостить сын моих старых друзей - баронов Ван Тиас? Юноша примерно твоих лет.
- Юноша моих лет, батя? - хмыкнул я, почесывая седеющую шевелюру. - Мне не за горами сорокет.
- Не придирайся к словам. Для меня вы оба молокососы.
- Как зовут гостя?
- Верни Ван Тиас. Он очень одаренный человек, художник.
- Ты пытаешься развеять мою тоску по Элишу, отец?
- Вовсе нет, - захлопал глазами Бальтазар, слегка покраснев, что выдало его с потрохами.
- Никто не заменит мне моего патлатого рыжего беса, батюшка, - с нежностью, но механхолично подытожил я, - но если тебя это развлечет, почему бы и нет. Пусть молодой Ван Тиас поживёт у нас, в конце концов, ты здесь хозяин.
На самом деле наше общение с Элишем возобновилось, хотя и не в такой полной мере, как прежде.
Пару месяцев назад Есенио опубликовал свою масштабную драму «Соперники», в которой два основных действующих лица - карикатурные Сандрис и Элиас - сражаются за любовь Принцессы Никитины. Я, читая эти вирши, ржал до слёз, а Элиш был взбешён, не смог удержаться, чтобы не поделиться со мной, в результате чего мы вступили в переписку.
Элиш написал, что у него всё в порядке, они с Ничетой по-прежнему вместе и готовятся к свадьбе, у них бывают размолвки, но в целом живут они благополучно. С Есенио отношения он порвал окончательно.
Когда в Бальтазар-холл приехал Ван Тиас, он уже был со мной заочно знаком - интеллигентный юноша в курсе всего, что происходит в мире искусства и литературы, и прочитал «Соперников», как только Есенио их опубликовал. Узнав, что прототип рокового соблазнителя и красавца Сандриаса - родной сын любимого с детства дяди Бальтазара, Ван Тиас был, мягко говоря, заинтригован, и с первых фраз высказал свою искреннюю заинтересованность.
Мне пришёлся по душе горячий, немного застенчивый и невероятно талантливый юноша (он выглядит лет на пятнадцать моложе своих тридцати пяти). Мы сразу разговорились, и несколько дней провели, не разлучаясь, даже гуляли втроём - я брал под правую руку Альго, а под левую Верни.
- Мне понравились Элиас и Сандриас, - говорил Ван Тиас. - А вот главный герой, от лица которого ведётся повествование, омерзителен. Интересно, автор специально сделал его таким беспринципным и скользким подонком? Сандро, ты хорошо знаком с этим Есенио?
- Откровенно говоря, Верни, я знаю его очень плохо. Он как-то с первых дней стал нам с Элишем запанибрата, и мы по наивности подпустили его слишком близко. Он так настойчиво предлагал свою помощь, так хотел нас обогреть и накормить, а мы с Элишем так устали от болезней и тягот этого путешествия, что просто не смогли сопротивляться этому напору.
- Я только одного никак не могу понять, - сказал Ван Тиас, когда Альго не было рядом. - Изначальной целью вашего путешествия было спасение Аластрины, верно? Супруги Элиша, которая попала в плен к англичанам?
- Да, ты совершенно прав.
- Так как же Элиш, едва познакомившись с Ничетой, мог так легко забыть о цели своего путешествия?
- Элиш был выжат и измучен до предела, а Ничета смогла его поддержать и укрепить. От неё в самом деле исходит силища, которая никого не оставляет равнодушным. Даже я, едва с ней познакомившись, позабыл обо всём и поддался этому очарованию. Конечно, это чувство нельзя сравнить с моей глубокой любовью к Альго, и всё же оно вспыхнуло. Так что я не осуждаю своего друга за такую же вспышку.
Мы с Верни Ван Тиасом взазлёб проговорили почти в всю ночь напролёт. Наутро я проснулся косой и совершенно неадекватный. Перед завтраком бедный отец полез ко мне со своими не слишком тактичными замечаниями и в результате получил от меня пинка, и мне потом было ужасно стыдно за свою несдержанность. Верни побелел как полотно и поспешил откланяться, не дожидаясь, кому прилетит следующий пинок. Бальтазар в гневе ускакал, но к вечеру вернулся, итак изрядно подобревший, а после моей покаянной речи полностью меня простивший.
…
9 января
Великая радость. Сегодня встретились с Элишем.
Накануне решили сделать это на нейтральной территории - в излюбленном трактире. Заранее заказали столик в отдельной комнате, чтобы нас никто не отвлекал от общения.
Речь быстро зашла о «Соперниках». Элишу не терпелось поделиться со мной своим негодованием:
- Сколько раз я повторял Есенио: «Не надо! Не надо! Не надо помогать Сандро! Сандро вполне в состоянии осмыслять свои действия! Да, он делает криво, косо, как-то по-своему и так далее. Но это его жизнь! Это его право! Пусть косячит! Пусть несёт за это ответственность! Не надо его корректировать! Не надо лезть! Не надо никого спасать! Не надо ничего объяснять! Если человеку будет нужно, он подойдёт и спросит. Если ему не нужно, он не спрашивает. Ему не надо навязывать своё мнение. Не надо лезть в чужой мир! И Сандро сам во всеуслышание это постоянно говорит: «Мне не нужна ваша помощь!» Да кто его просит о помощи????»
Я молча слушал Элиша, прихлёбывая вино из бокала. Звук его голоса звучал как музыка. До чего же я скучал по нему!
Элиш продолжал.
- Патологическое желание помочь - это настоящая болезнь! Я понимаю, что без ощущения своей нужности жизнь Есенио станет пустой и неинтересной, но людям это в тягость! Бывают моменты, когда надо высказывать своё мнение, но это бесконечное спасательство никому не нужно!
Я сделал глоток и кивнул. Элиш тоже принял на грудь и продолжил по второму кругу:
- Сколько раз я повторял ему, что не нужно лезть к Сандро. Не нужно лезть к Сандро! А он всё равно: «Нет, я знаю лучше! Давайте ещё сто пятьдесят писем ему напишем! А то Сандро с первого раза не понял!» В итоге это приводит к тому, что становится ещё хуже! Но этот факт почему-то не останавливает человека. Человек всё равно продолжает, продолжает и продолжает. Ему уже сто раз сказали: «Не надо так делать!» И всё равно человек продолжает. И здесь вопрос, в ком больше тщеславия. С чего Есенио так уверен, что он всё знает лучше всех? Откуда у него это убеждение - что он лучше всех знает, что и кому надо? И с чего Есенио взял, что его мудрое мнение кому-то нужно? Господи!
Элиш судорожно перекрестился, сделал еще один глоток и запустил руки в свои прекрасные рыжие кудри.
- Это какая ж у него нереальная самооценка, Сандро! - простонал Элиш. - Есенио полностью убеждён, что сейчас он придёт, всем всё объяснит, всех рассудит, и все сразу помирятся, обнимутся, и всё станет хорошо. Он что, великий философ - этот Есенио? Он прочитал все книги на свете? Ему открыты все тайны? Он точно знает, что нужно сделать, чтобы решить все проблемы? Я этого не вижу. А ты, Сандро? Ты видишь?
- Нет, я тоже не вижу. Ну ты же читал мой дневник, Элиш. У меня были к Есенио те же вопросы. И я испытывал те же чувства, что и ты.
- Ты до сих пор с ним общаешься?
- Да, немного.
- Есенио подсел на тебя как на наркотик, Сандро. Ты ведь действительно считаешь его интересным, верно?
- Да, в нём есть и талант, и харизма, мне нравится с ним общаться.
- А я не считаю его интересным, Сандро. Он хотел быть моим другом, а я не ответил ему взаимностью. А самая большая ошибка, которую он совершил - то, что он вмешался в мои отношения с тобой, Сандро. Он считает своё мнение авторитетнее всех остальных. Он всё сделал по-своему. Сделал хуже, чем было. Но сделал по-своему. В итоге сам оказался недоволен своим результатом. Все попросту рассорились окончательно. Для чего всё это было, Сандро? Мне не понятно. А тебе?
- Мне тоже, дружище, - заплетающимся языком ответил я, начиная хмелеть, но продолжая глядеть на своего друга с обожанием.
- Беда Есенио в том, - подытожил Элиш, подняв указательный палец кверху, - что он даже не осознаёт, насколько омерзительно его поведение. Он искренне не понимает, в чём неправ. Он не считает нужным даже извиниться! А ведь вся эта заварушка началась по его вине! Чёртов Иуда. Всё, Сандро, я устал. Теперь ты мне чего-нибудь расскажи, а я буду тебя слушать и внимать.
- Знаешь, дружище, - не без труда проговорил я. - У меня в жизни тоже было нечто подобное. Как у тебя с Есенио. Я понимаю, почему тебе так трудно его простить и продолжить общаться.
- Что ты имеешь в виду, Сандро?
- Не далее как в эту среду мы всей семьей были на рождественской службе в соборе Святой Марии. Я стоял рядом с Альго, с нами были старшие дети - Адриано и Марианна. Вдруг я ощутил на себе чей-то взгляд. В собор с противоположной стороны зашёл, изрядно опоздав, госпитальер по имени Паоло Ирелли.
- Что-то я не припомню такого, Сандро.
- Я сам предпочёл бы забыть о нём, но история с Есенио о нём напомнила. Они чем-то похожи. Голубоглазые, белокурые, на вид мягкие и добрые, всё время пытаются всем услужить, всем угодить. Первые годы нашего общения он постоянно увивался вокруг меня, лебезил, поддакивал и нахваливал. В отличие от того же Левания он никогда не шёл со мной на открытый конфликт, и я бы никогда не заподозрил в нём неприязнь.
- А как ты её раскрыл?
- Уже женившись на Альго и вступив в ряды свободных ополченцев, я общался с ребятами, которые тоже покинули орден госпитальеров. Ну они и пролили свет на какие-то вещи. Ирелли все эти годы был шестёркой Левания, но гораздо более пронырливой и хитрой. Он шпионил, доносил, улыбаясь мне в лицо и притворяясь другом, а на деле собирал компромат. Именно от него Леваний узнал и о моих возобновлённых отношениях с Анной, когда я выносил её на руках из-под руин, и о моих поездках в Виаденсвилль, и о том, где скрывается Альго. Когда я сорвался и сжёг поместье Амалии - ты это помнишь - Леваний на следующий же день примчался к моей жене и стал поливать меня грязью, так, что она едва не потеряла ребёнка от горя. А информацию о том, что и с кем я делаю, ему поставлял Ирелли.
- Мерзавец Ирелли!!!! Подонок!!! Его надо убить!!!!
- Да, я подумал то же самое, когда он вошёл в Храм на Рождество. Но мне стало стыдно перед лицом Родившегося Спасителя. Ирелли всячески заглядывал мне в глаза, пытаясь поздороваться, но я сделал вид, что не узнаю его. Тогда он подошёл поближе и кивнул головой. Я сделал рукой жест, что застрелю его, если он приблизится. Он побелел и исчез. Не знаю, Элиш, возможно я был не прав. Надо было улыбнуться и поздороваться. Святая ночь ведь. Но моих сил хватило лишь на то, чтобы не набить ему морду прямо в соборе.
- А как дела у Альго?
- У Альго свои искушения. Она продолжает ревновать меня ко всему и вся. В соборе ко мне подошла пожилая леди Корнелия, которая очень любит нашу семью. Мы расцеловались. Потом Альго в ту же ночь надавала мне за это пощёчин. Я насилу успокоил её.
Элиш сочувственно закивал. Нас обоих клонило в сон. Мы сами не заметили, как уснули прямо за столом.
…
Пробуждение было ужасным. Меня кто-то тащил за волосы и хлестал по щекам:
- Очнись!!!! Очнись, я сказал!!!
Чей это голос?… Кажется знакомым… Это явно не Элиш… Где я?… Кто это???
Это был Есенио. Как мы потом поняли, он по роковому стечению обстоятельств в тот вечер остановился поужинать в том же самом трактире, увидел нас, пристроился за стенкой, слово в слово слышал весь наш разговор, воспылал горьким негодованием, и, дождавшись когда мы напьёмся и уснём, поспешил вмешаться. Он сам был выпивши и соображал туго. С Элишем ему иметь дело не хотелось, а по мне он видимо соскучился, поэтому оттащил за волосы в какой-то тёмный угол, усевшись мне на грудь, поднёс своё лицо вплотную к моему и зашептал:
- О, как ты несправедлив ко мне, негодник! Ты совершенно не понимаешь моей мотивации! Но я тебе всё объясню, и ты всё наконец поймёшь, дубина и тупица!
- Есенио, умоляю, слезь с меня, - прохрипел я. - Ты не даёшь мне дышать!
- Нетужки, мессир! Я буду сидеть на тебе столько, сколько сам сочту нужным! Я неплохой ученик, Сандро! Слушай меня и внимай! Ты с Элишем всё время упрекаешь меня в самомнении. Так вот. Во мне нет и никогда не было никакого самомнения, Сандро. Я всегда всё делаю в ущерб себе, из любви к людям!
- И сидишь на мне тоже? Умоляю, слезь!
- Бесспорно! Ты сомневаешься в моей любви к тебе? Напрасно! Ради тебя я готов на всё, Сандро!
- Если это действительно так, об одном прошу - слезь! Я сейчас задохнусь!
- Ты думаешь, я мягкая тряпка, Сандро? Напрасно!
- Я ничего не думаю! Я сейчас сознание потеряю от нехватки воздуха!
- Я тоже могу быть жестким, Сандро! Я не дам вам окунать себя в грязь! Хватит, довольно! Как вы только могли упрекать меня за моё чистое, доброе, бескорыстное, возвышенное стремление вам обоим помочь? В ваших отношениях с Элишем нет искренности! Вы не умеете любить! А я хотел показать вам, что такое настоящая любовь! Что такое настоящее христианство! Все христиане ломаются об меня! Об мои…
- Есенио!!!! Подлец!!! Чертов мужеложник!!!! - вдруг прогремел голос Элиша. - Чем ты там занимаешься с Сандро, скотина, животное????!!!!???? Защищайся!!!!!!
Элиш рывком стащил с моей груди Есенио и принялся ожесточенно дубасить разгорячённое лицо поэта. Тот только повизгивал:
- Лорд Элиш!!! Не бейте!!! Вы опять всё неправильно поняли!!!
- Элиш, прекрати, ты искалечишь его! - я собрал все свои силы, чтобы оттащить взбешенного друга от Есенио.
- Я не искалечу, а убью его, Сандро!!!
- Не бери грех на душу! Пощади!!!
Изменившись в лице, Элиш отпустил Есенио.
- Ты прав, Сандро, - сказал он изменившимся голосом. - Не судите да не судимы будете. Ты всегда был прав, Сандро. Ему надо креститься.
- Это его личное дело, Элиш. Поехали. Мы припозднились. Тебя ждёт Ничета, а меня Альго. Пора домой.
Поддерживая друг друга, мы покинули трактир. Есенио остался лежать на полу.
…
Письмо Сандро Верни ван Тиасу
Здравствуй, мой дорогой друг.
Мне было приятно получить от тебя письмо и поздравления со Святым Крещением. Ты пишешь о том, как в разрешении казалось бы неразрешимых противоречий снова и снова убеждаешься во всемогуществе Божьем.
Это радостно слышать. Мой опыт свидетельствует о том же, и это помогает преодолевать мрачные периоды сомнений и смут.
Отец - господин Бальтазар - задним числом рассказал мне о том, как ты в свой последний приезд долго ждал меня у ворот, но так и не дождался, а стучать не стучал, потому что боялся вызвать очередную вспышку гнева. Услышав это, я был смущён и обескуражен. Дружище, неужели я настолько страшен и произвожу на тебя столь гнетущее впечатление буйного и неуправляемого психопата? Это весьма огорчительно, ибо в таком случае ты едва ли захочешь вновь переступить порог моего замка. А мне не хотелось бы терять твою дружбу, ибо я вижу в тебе настоящее, подлинное, глубинное понимание. При этом я не могу дать обещание, что внезапно не сорвусь опять на первый взгляд ни с того, ни с сего. Увы, общение со мной - дело действительно подчас рискованное, и всё же думаю, что в самом поганом расположении духа не причиню тебе вреда.
Меня также глубоко печалит то, что Элиш и Есенио рассорились вдрызг. Каждый из них говорит одно и то же: «Я хотел ему лишь добра, а он ничего не понял, ничего не слышит, думает только о себе, ну и пусть катится лесом, он мне не нужен, без него обойдусь, буду делать своё дело сам». Через какое-то время оба начинают скорбеть, унывать, жаловаться на оскудение творческих сил, на скуку, грусть, тоску и одиночество. Простейшего понимания того, что все люди суть грехопадшие себялюбцы, но спастись мы можем лишь вместе, помогая друг другу, нет ни у того, ни у другого. Для меня же общение с друзьями, которые пребывают друг с другом в смертельной вражде, крайне тягостно. Просто нет сил выслушивать, как каждый обвиняет другого в одном и том же. Сам в себе я также вижу и себялюбие, и жестокость, и желание всех прогнуть под себя и сделать всё по-своему. Только искренне раскаиваясь в этом и исповедуя эти страсти, я получаю от Бога временное облегчение и помощь в преодолении этих лютых зол. А Элиша и Есенио силком в Храм не затащишь. Каждый старается справиться своими силами, и от этого погружается всё глубже во мрак. В итоге общение моё сошло на нет и с тем, и с другим. А мне так не хватает наших былых залихватских приключений, весёлых посиделок, дружного гогота и полночных бесед. С ними я отводил душу как ни с кем в этом мире.
Помимо Элиша и Есенио меня беспокоит состояние здоровья моей супруги. Альго почти не выходит из дома, совсем перестала ездить с нами в Храм, часто болеет. Я советовался с разными лекарями, они подозревают у неё серьёзное заболевание, которое поражает суставы, кожу и глаза одновременно. Как это лечить и можно ли это вылечить - не до конца понятно, учитывая то, что она не доверяет врачам и не хочет выходить из дома. Мы с детьми делаем всё, чтобы утешить её, но она всё равно часто бывает в плохом настроении, расстраивается из-за всяких мелочей и - что самое для меня тяжелое - сомневается в моей любви и воображает, что я собираюсь променять её на другую женщину, коих в моём окружении множество - от донны Анны до Ничеты.
По поводу Ничеты. На днях должно было состояться их официальное бракосочетание с Элишем. Я жду вестей, но от них ни слуха, ни духа. Не знаю, что и думать. Бальтазар думает, что они и не собирались жениться и изначально всем врали, дабы легализовать своё положение. Альго считает, что они видимо рассорились вдрызг, что их свадьба сорвалась и что это произошло из-за моего внезапно вспыхнувшего пристрастия к невесте своего друга. Она рыдает, обвиняет меня во всех смертных грехах, гонит, потом догоняет, бросается на шею, умоляет не бросать и простить, потом опять надувается и снова гонит.
Я проклинаю себя то за то, что дал повод своей супруге усомниться в своей верности, то за то, что вообще согласился сделать её своей супругой. И вообще прав был старина Леваний. И нам не стоило нарушать монашеские обеты, предаваясь взаимной страсти и ждать от жизни какого-то счастья.
Что тут ещё скажешь.
Господи, прости нас грешных.
…
Письмо Элиша дону Сандро
Привет, Сандро.
Благодарю за поздравления. Да, я женат на Ничете. Ничего интересного по этому поводу сказать тебе не могу. Встречаться нам с тобой нет никакого смысла. Я истощен, измождён и измучен жизнью. Не знаю, куда идти - то ли в церковь, то ли в лечебницу для душевнобольных. В итоге сижу на месте, тупо глядя перед собой.
Элиш.
…
Письмо Есенио дону Сандро
Здравствуй, мой дорогой Друг!
Еще раз приношу тебе извинения за своё ужасное поведение в трактире. Я был нетрезв и уязвлён в своих лучших чувствах. Ты христианин, Сандро, так не держи на меня зла!
В знак полного примирения хочу пригласить тебя и господина Бальтазара Ван Тасса к себе в гости в ближайшее воскресенье! Посидим, потолкуем! Я уверен, что у нас гораздо больше точек соприкосновения, чем тебе кажется.
Пожалуйста, ответь.
Твой Есенио.
…
Письмо Верни Ван Тиаса Дону Сандро
Здравствуй, Сандро, дорогой мой друг.
Странно. Мы виделись только раз в жизни, а я тебя уже так называю. Ты действительно запал мне в душу.
Не переживай по поводу моего стояния у ворот. Дядя Бальтазар всегда страдал склонностью к преувеличениям, сказывается его артистическая натура. Не так уж я там долго стоял. Да, я не дерзнул постучать. Сам обладая буйным и гневливым нравом и нисколько не осуждая тебя за вспышку ярости, я тем не менее не горел желанием попасть под твою не до конца остывшую десницу. Но если бы этот незначительный инцидент мог бы разорвать узы нашей дружбы, то это значило бы, что дружбы никакой не было.
Не переживай. Я ещё приеду и не раз.
По поводу твоих друзей. На днях произошёл забавный случай. Будучи в городе и попав под сильный снегопад, я среди дня зашёл в собор, дабы погреться и поставить свечу Господу Богу. В Храме шло венчание молодой пары. Жених- бледный худощавый юноша с длинными светло-рыжеватыми кудрями был одет в изящный лиловый камзол, отороченный мехом. Невеста - смуглая брюнетка в теле вопреки традициям была не в белом подвенечном платье, а в тёмном. Кроме них и священника гостей почти не было - пара человек.
Сам не знаю зачем, я отстоял службу до конца, а когда священник в конце обратился к молодым с напутственным словом, до меня дошло, что это Элиш и Ничета!!!
Мне стало неловко, что я явился без подарка, но я нашёлся - завернул несколько золотых монет в бархатный платок и приблизился к ним.
- Дорогие Элиш и Ничета! Я друг ваших друзей и рад поздравить вас с самым главным днём вашей жизни!
Произнося это, я вручил им деньги. Элиш молча поклонился и принял подарок. У него был какой-то отстраненный и безучастный вид, как будто он не здесь и это вовсе не его свадьба.
Но Ничета отреагировала гораздо активнее. Когда мы вышли на улицу, она вскинула брови и схватила меня за шиворот:
- Друг друзей говоришь? Каких еще друзей?
Услышав имена Сандро и Бальтазара Ничета побагровела и в мгновение ока залепила мне фингал.
- Вот это ты передашь своим дружкам - подлым трусам и осквернителям! А теперь пшёл вон, шпионская морда!
- Постой, милая, - Элиш с просиявшим лицом погладил Ничету по рукаву. - Я хотел бы узнать, как дела у Сандро.
- Нечего тут знать! Этому уроду не место в нашей семье!
- У Сандро всё хорошо, сэр Элиш! - поспешил сказать я, отступая на безопасное расстояние. - Он будет рад узнать о том, что Ваша свадьба состоялась!
- Пусть запихает свою радость себе в зад!!!! - заорала Ничета, окончательно выйдя из себя. - Я не верю ни одному слову этого соглядатая!!!!!!! Пошли, любимый!!!!
Она утащила Элиша. Тот на прощание кивнул мне, явно повеселев.
Такая вот история. Передал тебе слово в слово. Надеюсь, ты не обиделся. И знаешь, что я увидел, Сандро? Они оба без ума от тебя. И Элиш, и Ничета. Не унывай. Всё у вас будет хорошо.
Твой верный друг
Верни Ван Тиас.
…
Продолжение Дневника Сандро
23 января
Показал отцу письмо Верни как доказательство того, что Элиш действительно женился на Ничете. Увы, батя упёрся рогом - не верю и всё тут. И пусть бы во всех церквах мира они обвенчались, всё равно их брак недействителен, потому что Элиш уже женат на Аластрине.
- И вообще хватит рассусоливать эту тему, Сандро, - отрезал Бальтазар под конец. - Она мне давным-давно надоела. Лучше скажи вот что. Ты собираешься тащиться в воскресенье к этому прощелыге Есенио?
- Откровенно говоря, я бы лучше остался с Альго. Но Есенио обижать не хочется. Думаю, написать Джульетте.
- Твоей вертихвостке-сестре?
- Не называй её так, пожалуйста. Да, моей сестре и твоей дочери. Она хорошо относится к Есенио, поможет ему накрыть на стол и послужить тебе. И ей будет развлечение. И вам повод наконец помириться и пообщаться по-человечески.
Бальтазар махнул худощавой кистью:
- Воля твоя. Делай как хочешь. Георгу ещё напиши. С ним будет веселее.
Джульетта и Георг радостно согласились сопровождать Бальтазара в гости к Есенио. Я оставил все беспокойства за дверью супружеской спальни, и мы с Альго наконец остались вдвоём.
…
Письмо Есенио Дону Сандро
Я получил известие о том, что ты не хочешь меня видеть.
Пойми меня правильно. Я прекрасно отношусь к твоей сестре, благоговею перед её красотой и добродетелями. Но неужели ты думал, что общение с ней заменит мне тебя?
Какой же ты дурак, Сандро! У тебя в груди нет сердца! Я считаю минуты до встречи, а ты посылаешь кого-то вместо себя!
Мне так много надо тебе сказать! И это будет нелегко. Но я думаю, что это нужно. Не про тебя, про Элиша. Хотя мне и хочется забыть Элиша, как страшный сон…
Я не знаю, правильно это или неправильно, и в этом моя суть. Может, всё оставить как есть, время рассудит? Стараюсь изо всех сил никому не делать больно, и не моя вина, что поступки говорят сами за себя.
Я очень хочу тебя видеть, Сандро! Хочу поделится тем, что на душе. И так боюсь, потому что ничего радостного в моих мыслях нет…
Есенио.
…
Ответ Сандро Есенио
Дружище, не драматизируй! Хорошо, я приеду. До завтра.
Сандро.
…
Письмо Сандро Верни Ван Тиасу
Мой дорогой Верни.
Я прочитал твоё письмо, улыбаясь, и как будто вместе с тобой побывал на свадьбе этой экстравагантной пары. Дай Бог им всех благ и полноты земного счастья. По поводу твоего мнения, что они от меня без ума - я так понимаю, ты шутишь. Думаю, эту тему можно спокойно закрыть.
Благодарю тебя за беспокойство о здоровье моей супруги. Последнее время я стараюсь уделять ей как можно больше внимания, окружаю заботой и лаской, вкусно кормлю. Даст Бог, в четверг свожу ее к лекарю. Вся община усиленно молится за неё, и есть надежда, что всё закончится благополучно.
Не беспокойся за меня, я духом не падаю. Правда, стал каким-то домоседом - не то, что раньше, в походах и пирушках. Но вполне счастлив.
Надеюсь, у тебя тоже всё благополучно. Как будет свободное время - приезжай. Ты желанный гость в нашем доме.
Твой Сандро
…
Письмо Элиша Дону Сандро
Привет, Сандро.
Хочу поделиться с тобой своими наблюдениями о жизни. Ты знаешь, вокруг меня не утихают страсти. Я как воронка водоворота, даже когда сам спокоен, всё вокруг крутится в каком-то бурлящем движении. Даже когда люди выясняют отношения между собой, я как будто незримо при этом присутствую.
И знаешь, какую картину я наблюдаю?
Когда люди смотрят на мир через призму своих болезненных переживаний, они вытесняют из своей среды сначала одного, потом другого, и, вытеснив всех, кого можно, остаются в полном одиночестве и начинают увядать.
Знаешь, Сандро, порой я ощущаю себя связующим звеном, которое удерживает этих людей от желания порвать друг друга в клочья. При этом ты себе не представляешь, что они порой обо мне выдумывают! Забавно и огорчительно одновременно. Забавно то, что они несут полную чушь, даже смешно. Огорчительно то, что они верят глупым слухам, а копнуть поглубже у них силёнок не хватает.
Что тут остаётся делать, Сандро? А ничего. Смотреть на всё это со стороны, спокойно и отстраненно. Пусть себе возятся, я в этом участвовать не собираюсь. Мне есть чем заняться. Я наслаждаюсь жизнью и в чужие своры не влезаю.
Пиши, как ты там.
Элиш.
…
Ответ Сандро Элишу
Здравствуй, Элиш.
Мне знакомо твоё душевное состояние. Порой я чувствую себя точно так же. Рад, что у тебя всё хорошо.
Есенио вчера зачем-то переслал мне пачку писем, содержащую, как я понял, какой-то гнусный компромат. Я швырнул её в огонь, не читая.
Собираемся всей семьей поехать в Храм (уже Закхей, через неделю начнём готовиться к Великому Посту), после чего отец навестит Есенио и пообщается с ним. У нашего поэта от затворнической жизни и бесконечного перемалывания своих переживаний ум за разум заходит.
Мы с Георгом заскочим к ним вечерком ненадолго. Ничего подробно обсуждать не намерен.
Доброго тебе здравия.
Сандро.
…
Продолжение дневника Сандро
25 января
В итоге мы приехали к Есенио втроем - с Георгом и Джульеттой. Поэт с Бальтазаром уже изрядно наклюкались, горланили песни и произносили тосты друг за друга. Когда настала моя очередь, я встал во главе стола и сказал:
- Друзья. Я хочу поднять этот бокал за молодых - Элиша и Ничету. Это мои родные люди и всякий, кто скажет о них дурное слово, будет иметь дело с моим мечом.
- И с моим!!! - воскликнул Георг, вставая. - Элиш мне как брат!!!!
- И с моим!!! - вскричала Джульетта. - Друзья Сандро и Георга - мои друзья!
Есенио и Бальтазар поняли, что они в меньшинстве, и им ничего не оставалось, кроме как не спорить и выпить за здоровье молодых.
Дальше пошла непринужденная светская беседа, и мы в целом неплохо посидели. Есенио правда то и дело норовил меня поцеловать, и мне всё время приходилось его шутливо, но отталкивать.
Время уже перевалило за полночь, когда Бальтазар, обо всём позабывший от обильных возлияний, начал опять проезжаться по Элишу. Я тоже к этому времени был уже в порядочной кондиции, но всё же решил остаться верным своему слову.
- Б-б-батенька, - пробормотал я, нетвердой рукой вытаскивая меч из ножен. - Я тебя щас зарублю.
- Отцеубийца!!! - Бальтазар тоже вытащил свою шпажонку, внезапно накинулся на меня, как вихрь, выбил меч из моих рук и пронзил бы мне сердце, если бы Джульетта, подойдя со спины, не треснула его по голове бутылкой. Бальтазар пошатнулся и рухнул на землю.
Остаток ночи провели в лазарете. Бальтазар пришёл в себя с блаженной улыбочкой и не помнил просто ничегошеньки:
- Элиш? А кто это? Был вроде такой рыцарь, который защищал Святую землю… впрочем, не помню. Сандро, Джульетта, деточки. Что у меня так голова трещит? Принесите мне холод на лоб… и грелку в ноги!
Александра Канавец
январь 2026