Начало истории читайте здесь
Они встретились на платформе намного раньше намеченного. Оба боялись опоздать. Маша хотела успеть выполнить запланированные обязательные поручения. Последний день, завтра домой. Решилась воспользоваться услугами нового знакомого. Гриша, в свою очередь, был настроен признаться в обмане, чтобы тут же просить прощения.
Народу на перроне было много. Но это был не час пик. Назначь они встречу утром или где-нибудь в пять часов вечера, навряд ли им удалось бы встретиться. Просто не нашли бы друг друга в этой сутолоке.
Григорий решил осуществить свой план не сразу. А где-нибудь там, на природе. Боялся, что Маша развернется и никуда не поедет, признайся он с первых минут.
- Привет!!!
- Привет.
- Маша, ты сегодня как будто не в духе, - сразу заметил Григорий. Её ответ был явно вялый.
- Да есть такое. Домой хочется. Для первого раза мне Москвы оказалось много…. Так ты не против, если мы с тобой до Кротово проедем? Боюсь заблудиться.
- До Кратова, если правильно говорить…
- А, ну да… Кратова. Мы всё через «О» говорим, а вы через «А».
- Ну, почему не съездить? Поехали. Развеюсь немного. Последние дни у меня очень насыщенные получились. И всё благодаря тебе.
- Да??? А причем тут я? Мы вроде, только часа два и были знакомы в университете?
- А кажется, будто давным-давно…
- …Хм… странно… у меня такие же мысли в голове крутятся.
Маша и Григорий стояли в электричке, который набирал ход. За окнами в обратном направлении пробегали бесчисленные гаражи, затем настал черед разношерстных коттеджей, укрывающихся большей частью за высокими заборами. Где-то недалеко шла автомобильная дорога. И по ней мчался джип. Игорь со своими знакомыми из охранного агентства направлялись в ту же сторону. Григорию, и тем более Маше, было неведомо, что их сопровождала надежная охрана. Игорь был проинформирован своим другом об их планах.
- А как твоё свидание? Ты из университета… тогда…
- Свидание?..- задумалась Маша, - А не было никакого свидания. Мой знакомый оказался не тем, за кого себя выдает. Не знаю, чего от него ждать. Да и обидно…. По правде говоря.
Ей на самом деле ничего уже не хотелось. Выполнить только последние поручения, да и домой. Завтра заканчивается турне. И будет ждать её на вокзале поезд дальнего следования… и разочарование.… И всё… домой.
- Маш… мы приехали, - тряс за плечо её знакомый.
Девушка будто очнулась. И покорно поплелась за Гошей.
Хорошо, что Григорию этот поселок был знаком. Они достаточно быстро разузнали всё про Детскую железную дорогу и то, что интересовало младшего братика Маши. Одно поручение было выполнено.
Дальше решили просто погулять. Проселочная дорога увела их в лес. Пахло хвоей. Виднелось озеро. Народ то тут, то там располагался на ковриках и дорожках. Тут любили отдыхать дикие туристы. Обычные москвичи, кто с авоськами, приехавшие на электричке, кто на машине, но уже с полным набором стульчиков, столиков, палаток, мангалов, и всего прочего снаряжения, необходимого для отдыха на природе.
На почтительном расстоянии, незаметно, за ними шел Игорь. Шел как шпион, не показываясь на глаза. Он сам не понимал, чего он больше делает. Охраняет или ревнует? Когда Маша и Григорий присели возле сосны, недалеко от воды, Игорь приблизился до опасной близости. Спрятался за другую сосну, оперся спиной об ствол дерева. К молодой паре он тоже был спиной, но слышал их разговор. Впрочем, разговор у Маши с Григорием был, по сути, ни о чём.
- Ты будешь купаться?
- Да я без купальника, совсем не думала, что тут озеро будет.
- Как это мы не догадались, что можно искупаться…
А народ в это время бултыхался в воде. Дети резвились и визжали. Мамы с переменным успехом их отлавливали.
- Погода классная, солнце, воздух… вода…
- И на юг ездить не надо… всё рядом, - добавил коренной москвич Гоша.
Маша достала новый телефон. Она ещё не изучила свой мобильник. Для неё это была пока незнакомая игрушка. Красивая, легкая, приятная на ощупь.
- А тут ещё как-то сообщения можно писать?
- Да. Ты ни разу не писала?
- Никогда.
- Давай, напишем…
- Кому?
- Ну,… мне, например…
- Ну да… Они что? Не видят что ли? Что мы рядом? Друг другу пишем?
- Так им какая разница? Они и не следят, где ты, а где я… Ты можешь в Америке быть, а можешь рядом стоять. Можешь сама себе писать, если у тебя два телефона.
- И зачем я сама себе писать буду?
- Ну, мало ли… вдруг у тебя раздвоение личности… и ты сама себе, одна, пишешь самой себе, другой…
- Хи-хи… это когда с ума сходят?
- Всяко бывает. У меня, во всяком случае, точно…бывает…
- Ой, и как это выглядит? Что ты при этом чувствуешь?
- Это непроизвольно происходит. И иногда не по своей воле. Нет… вина, конечно, есть. Но такая незначительная…. А дальше, при определенном стечении обстоятельств, это может вылиться в большую ложь, обман другого, ни в чем неповинного, а главное, ничего не подозревающего человека. И ему становится больно…
- Нет, так не бывает… Обстоятельства – да, могут быть разные. И неловкие моменты,… могут быть. Но как только это начинает выходить за рамки, нужно всё расставлять на свои места. Если надо, признаваться в маленькой лжи. Чтобы потом всё это не превратилось в большой обман.
- Ты думаешь?
- Уверена!
- Но иногда события развиваются так стремительно,… что не успеваешь обратить внимание на этот самый момент, когда всё надо расставлять по местам…
- Ну, а зачем дожидаться этой грани? Прямо сейчас, сегодня и расставь…
- ….? – Гриша медленно повернулся к девушке. Его глаза высказывали огромное удивление. И это ещё мягко сказано. В голове проскользнуло – она всё знает…
- Вот приедешь домой… и расставь. Не откладывай в долгий ящик. Уверяю тебя, дальше будет хуже… - эта фраза совсем запутала Гришу. Но он справился с собой:
- Так может… прямо сейчас?
- Может и сейчас… - слегка обиделась Маша. Ближайшие минимум полчаса будут уделять внимание не ей. Хорошенькая перспектива.
Григорий весь напрягся. Собственно, он и так собирался во всем признаться Маше. Он набрал побольше воздуха,… но Маша неожиданно продолжила:
- …телефон у тебя есть. Можно позвонить… можно сообщение отправить.… Если хочешь, могу погулять… не далеко. Мешать не буду.
Григорий не нашелся, что ответить. Только выдохнул. Вся решимость в мгновение улетучилась.
Маша, не дожидаясь ответа, встала, пошла к воде. Если не искупаться, так хоть ножки побаловать в воде. Что-то они за эти дни набегались. Перетрудились явно. Она скинула кроссовки, загнула, насколько было возможно джинсы. И улыбаясь, оборачиваясь на Гошу, зашагала по воде. Мягкий песок проваливался у неё под ногами, обволакивая ступни. А это ужасно приятно.
«Какой интересный русский язык, - подумала Маша – слово «ужасно» означает что-то страшное, но сочетание «ужасно приятно» - совсем наоборот».
Она даже забыла, что ей в ближайшие тридцать минут не следует отвлекать Гошу. Пусть поразбирается со своими проблемами. Всё равно не рассказывает. Значит, так надо. Маша наслаждалась водой, пинала воображаемый мячик. Даже не замечала такую несущественную малость, что джинсы намокли. Она словно стала маленьким ребенком. Бегала, и ничем не отличаясь от множества детишек, убегающих от своих мам.
Григорий воспользовался моментом и набрал Игоря. Ему хотелось узнать номер телефона Маши. Раз уж ей захотелось, чтобы Григорий решал свои проблемы по телефону, то пусть будет по телефону. Особого плана у него не было. Разве что, написать ей смс-ку. Всё равно оператор сотовой связи не следит, где находятся его клиенты – на разных континентах, или стоят друг напротив друга. Разница только лишь в стоимости смс-сообщения.
В телефоне пошли гудки. Но буквально за пару секунд до этого Григорий услышал звонок телефона своего друга наяву, живьем. Это был особый, редкий звонок. Напоминающий последний музыкальный хит. Ни у кого другого Гриша не слышал такой. Он не сразу и понял, что звонок звучал совсем рядом, из-за вблизи стоящей сосны. Он встал и потихоньку двинулся в сторону звонка. Игорь тем временем судорожно пытался достать телефон из кармана, чтобы остановить предательский вопль не отключенного телефона. Совершенно непредусмотренный момент.
Григорий осторожно заглянул за дерево. Снизу вверх на него уставилась пара испуганных глаз. Вот так встреча.
Игорь успел подвести палец к губам:
- Тишь-тишь….
Гриша обернулся на Машу. Ей было не до него. Она не обращала на Гошу ни малейшего внимания.
- А ты чего тут? – убедившись в полной безопасности со стороны Маши, спросил Григорий.
Игорь повернулся и наклонился, почти до земли, посмотрел туда, где резвилась Маша. Затем, не вставая, снизу вверх:
- Охраняю вас. Сами же сказали, что могут быть хулиганы.
- А-а…, - вполне обыденно удовлетворился ответом Гриша, - всех разогнал? – съязвил тут же.
- Мог и сказать, что на природу поедете…
- Так откуда я знал, что сюда поедем,… а ты что, так за нами и следил?
- Следил-следил,… вон видишь, цыганьё шатается. Чего доброго, стырят у вас чего-нибудь.
- А-а…, ну да…, следи-следи… - Григорий направился к своей сосне. Затем вспомнив, зачем набирал номер телефона друга, вернулся и бросил одной фразой:
- Сбрось мне номер телефона Маши… - и уже более уверенно зашагал на своё место.
- Зачем??? – полушепотом крикнул Игорь ему вслед. Но ответа не получил.
Спустя пару минут Григорию пришло сообщение с номером телефона Маши. Связь есть. Осталось только как-то грамотно ею воспользоваться. Гриша призадумался.
Маша как-то тихо, совсем как кошка, подкралась к юноше. И только её надвигающаяся тень заставила Гришу очнуться.
- Ты обещал научить меня пользоваться смс-сообщениями.
- Ага. Давай телефон…
Сидя в тенёчке, плечом к плечу, он объяснял ей, что на каждой из клавиш можно набрать по очереди любые четыре буквы. Те, что написаны на клавишах. И что можно воспользоваться интеллектуальным способом набора текста. Когда нажимаешь клавиши, и не сразу видишь свое слово. Появляются какие-то посторонние слова. Но это не важно. Главное набрать все буквы до конца. Тогда и высветится твоё слово. Но может и не высветиться. Тогда в этом случае…
Григорий сам иногда не понимал, как объяснять дальше. То, что делал, всякий раз на автомате, не задумываясь. Но странное дело… Маша понимала его объяснения, даже не доведенные до логического завершения. Было о чем призадуматься. Одинаково мыслить, одинаково говорить. И понимать недосказанное. Что это?
- Так, всё… я пошла. – Маша опять направилась в воду. Но уже с телефоном в руках. На этот раз не бесилась. Она набирала смс на единственный номер, который был у неё в памяти телефона.
«Сообщи, пожалуйста, номер телефона Гриши, который со мной переписывался. Маша»
Она помнила, что у неё в блокноте был номер телефона Гриши. Он оставался еще со времени переписки по интернету. Но в связи с глобальным враньем двух друзей, телефон мог оказаться иным. То, что получит на этот раз правильную информацию, Маша не сомневалась.
За сосной опять прозвучал предательский сигнал телефона. На этот раз пришло сообщение. Короткий резкий гудок. Маша ничего не заподозрила. Но Гриша обернулся. За деревом сидел нежелательный свидетель, пусть даже и его лучший друг. Игоря не было видно. И чем он там занимался, тоже. А Игорь тем временем уже набирал ответную смс-ку. Набирал цифры. Вот ведь как бывает: сначала Григорий запрашивал Машин телефон, а всего через пару минут, наоборот – Маша спрашивает Гришин.
Но дальше – больше. Девушка, прочитав номер, тут же начала его набирать. Она набрала все цифры… кроме последней. Закралось маленькое сомнение. Нужно было сосредоточиться, какие слова она скажет. Вчера вечером, сидя за монитором компьютера, так и не смогла отправить ни одного слова. Сейчас проскользнуло озарение, но следом – опять сомнения. Нужно это делать или нет?
Гриша, наблюдая за девушкой, тоже набрал номер. Её номер. Но опять, как это часто бывает с каждым из нас, дойдя до последней цифры, начинаешь обдумывать предстоящий разговор. И понимаешь, что слов подходящих не хватает. И уж тем более осмысленных. Глупость заключалась ещё и в том, что девушка находилась рядом, всего в каких-то сорока метрах от него. Просто подойди, да скажи всё, что хотел сказать. Маша прогуливалась по воде, держа перед собой телефон, и временами нажимала кнопки. Так, во всяком случае, казалось Григорию. Видимо, переписывалась. Он даже знал, с кем. И этот его соперник, его друг, тоже был рядом, в сорока метрах, но только позади.
Правда, Маша этого не знала. Она отвлеклась от телефона, увидела, что Гоша наблюдает за ней. Их взгляды пересеклись. Гриша помахал ей ладошкой. Она улыбнулась, помахала в ответ. Её телефон завибрировал в руке, раздался тихий «дзинь». Сообщение.
«Маша, а ты уверена, что хочешь его увидеть?»
Она ответила практически мгновенно:
«Да»
«Такой хороший день, к чему все эти мысли? Радоваться надо. Я в Москве, на природе, на берегу озера. Вокруг ребятишки…» – говоря самой себе, поменяла настроение девушка. Заулыбалась, посмотрела на Гошу. Тот сидел у крайних сосен, и, казалось, не собирался решать свою проблему. Хотел кому-то позвонить. Видимо, никак не решится.
Опять «дзинькнул» в руке телефон. Снова сообщение.
«Думаю, ты встретишься с ним даже раньше, чем можешь себе представить»
«Вот и отлично»,- опять мгновенно ответила Маша.
Она снова посмотрела на Гошу. Тот держал в руке телефон, но ничего не делал с ним.
- Ты уже позвонил? – громко крикнула сквозь детский гам.
- Нет,… думаю только
«Ну, думай, думай…» - про себя ответила Маша
«Чем занимаешься?» - неожиданно для себя, набрала сообщение.
«Загораю на пляже. Кстати, Гриша рядом, но при полном параде, не раздевается»
«Опять стесняется?»
«Да, он такой. Но он очень славный. Я его уважаю»
«Не сомневаюсь. Столько из-за него тебе пережить пришлось. Как, кстати, твои шрамы? Заживают? А голова не болит?»
«Маш, это розыгрыш был. Ты не поняла?»
«Чего ж не понять? Поняла. Твоя сестра всё рассказала»
«Ленка??? … Предательница»
«Хорошая у тебя сестра. Если бы не она…. Кстати, я вот точно вчера чуть без головы не осталась»
«Как это? Без головы?»
«А ты у неё и спроси. Она в курсе»
«Спрошу»
Маша снова посмотрела на своего университетского друга. Тот сидел задумчиво под сосной. И было видно, что он так и не решится позвонить. Видимо, будет лучше, если Маша не даст ему такой возможности. Сделать это прямо сейчас. Не сможет сегодня, пусть сделает завтра. Девушка решительно направилась к нему.
- Гоша, мне еще растения надо собрать.
- Пошли, - повеселел Григорий.
* * *
Они гуляли уже далеко от озера. Маша целенаправленно шла к железной дороге. Именно там она и хотела собирать свои редкие растения. Гриша не очень-то в этом разбирался. И не понимал, почему надо было собирать эти растения именно там, а не в лесу или где-нибудь на поляне? Впрочем, Маша как раз и пыталась объяснить. Почему так, а не иначе.
- Вот, смотри. Одуванчик рогатый - чудная прелесть. Похож на одуванчик? Да? Но вот только головка не желтая, как у завядшего одуванчика, а мохнатая и свежая. Издалека даже не сразу понять, кто это. А когда смотришь на него, он такой очаровательный, необычный, трогательный. Вот, не люблю одуванчики, но этот просто чудо. Такие лепесточки на цветке, как маленькие рожки. И много-много.…Видишь?.. Как у маленьких оленят, рожки есть, но они такие маленькие и нежные. Такое умиление. Мой младший брат этого пришельца с детства знает. Он ему тоже нравится.
- А вот - Санберри это уже то, чем я сейчас интересуюсь и собираюсь заказать семена. Это Паслен съедобный. Солнечная ягода. Куст с черными ягодами размером с вишню, а по вкусу - как черника. Выведено селекционером в Америке. Очень неприхотливое и урожайное, морозостойкое и засухоустойчивое. Вполне могут попасть на железные дороги семена при перевозке. Какие у нас вагоны, представляешь, да?.. А так как оно неприхотливое, то может прорасти и даже дать плоды. И оно заметное и удивительное! Пасленовые обычно ядовиты. А этот съедобен, вкусен… и урожаен. Ещё ягоды этого растения называют ягодой жизни. Что только она не лечит! Применяют и при ожогах пищевода, и при заболеваниях желудка. Мигренях и суставных болях, варикозах, остеохондрозах. Как исцеляющее раны, язвы и нарывы, как важнейшее средство при астме, простудах, бессоннице, нормализует обмен веществ в организме, хорошо очищает и омолаживает кровь, предупреждает старение, улучшает зрение, придает здоровье, силу и жизненную энергию! Вот!!! – на одном дыхании выпалила Маша последнее предложение.
Фантастика. Григорий попал на рекламную акцию этого самого Паслена. Только вот, так и не понял, можно его съесть или нет. Ягод, правда, не видно. Не созрели ещё. Тем лучше для его пищевода с желудком. Мигрени и всякие там суставные боли его пока не мучают. Старение тоже. Его мучает ощущение, что за ними кто-то следит. Какая-то тень мельтешит за откосом железнодорожного полотна. Догадаться было не трудно. Но такая навязчивая охрана его раздражала. Впрочем, Маша тоже заподозрила неладное:
- С детства боюсь бабая. Знаю, что никакого бабая нет, а всё равно боюсь.
И через паузу добавила
- Там, тень какая-то за нами ходит.
Игорь опытный конспиратор. Его самого никак не видно. Но солнце стало опускаться, тени становились более длинными. И его тень тоже. Стала выдавать.
- Пойду, посмотрю – без капли страха произнес юноша и направился в ту сторону
- Не надо!!! Не ходи – испугалась Маша. Ей не хотелось оставаться одной. Давай лучше пойдем на станцию.
На станцию следовало идти в противоположную от «бабая» сторону. Что они и сделали. Оглядываясь, зашагали в сторону платформы. Временами сзади доносились звонки. Гриша понимал, что это телефон Игоря. Вскоре и у него, тоже, зазвонил. Игорь спрашивал, не на станцию ли они направляются?
- Отвечай только «да… или нет»
- Да, - ответил Григорий
- Я отваливаю, мои друзья сломались, с машиной что-то… колесо на боку. Понял?
- Да
- Не теряй
- Да пошел ты… - в сердцах выпалил Григорий
- Что-то случилось? – спросила Маша
- Нет, ничего особенного – ответил и подумал, что можно теперь не опасаться преследователя.
Они прошли ещё с километр. Гриша совершенно не волновался. Как вдруг Маша забеспокоилась:
- Нам далеко ещё? Он рядом…
Гоша обернулся. И вмиг оторопел. Увиденное не поддавалось описанию. На них надвигалось страшное чудовище. Это был настоящий Бабай. Тот самый, про которого рассказывала Маша. Ничего не понимая, мозг сработал именно в этом направлении – бабай, так бабай. И вел тот себя агрессивно. Руки подняты вверх, и их дальнейшее движение не оставляло сомнений. Угадывалось желание схватить девушку. Первое рефлекторное движение Гриши оказалось предательским. Он отскочил в сторону. Чудовище явно надвигалось на девушку. Оставалось не более метра. Следующие пару секунд у Гриши ушло на реабилитацию самообладания. На мгновение вспомнился страшный соперник по поединку в клубе на приз «местной водокачки», когда он, Гриша, принял бой вместо своего друга. Он не смог тогда ударить соперника, тот увернулся. Досталось судье поединка. Но ведь Гриша же, пошел на него, замахнулся, и был полон решимости ударить того. Точно такая же мгновенная решимость одолела Григория и сейчас. И он пошел в атаку. Пошел не прямо в лоб, а с боку. Где он и очутился в тот самый момент. Видимо этот факт и сыграл с нападающим злую шутку. Тот просто не заметил прилетевший со стороны Григория удар. Он вообще больше ничего не видел…ни сейчас, ни в последующие секунд пятнадцать. Легкий нокаут лишил его этой возможности.
К счастью для парочки, этого хватило, чтобы успеть убежать на приличное расстояние. А дальше через деревья проблеснула спасительная платформа.
- Это что было???.. – запыхавшись и медленно отходя от испуга, спросила Маша. Она едва стояла на ногах, согнувшись, руками опиралась о колени.
- А я знаю?.. – ответил Гоша, тоже едва справляясь с дыханием. Напугался он ничуть не меньше. Потирая кулак, потихоньку начал разжимать пальцы. Было больно. В голове сразу пронесся вопрос, как он через неделю будет держать смычок. Отчетный концерт. Скрипка…
Но что бы там не происходило дальше, они были в полной безопасности. Здесь было много народа. На лицах угадывалось всеобщее радушие. Никто никому не угрожал. А наоборот, все были приветливы и благодушны. День клонился к вечеру. Подкатила электричка. Григорий с честью выполнил своё предназначение – защитил Марию от хулиганов. Чем, собственно, был чрезвычайно горд и доволен.
Они расстались в городе на автобусной станции. Маша уселась в маршрутку и поехала до турбазы. Предстояло ещё складывать вещи и готовиться к отъезду. Это была последняя ночь на базе, и конец её приключениям в Москве.
Григорий направился домой. А точнее к Игорю. Они условились встретиться.
Но перед тем как сесть в такси, Маша сказала, каким поездом и во сколько завтра уезжает с Казанского вокзала. Гоша понял, что она приглашает проводить себя. Значит, у него ещё будет возможность завтра признаться ей, кто он есть на самом деле. Это его радовало. Значит, всё не так и плохо.
* * *
- Я ж тебе написал, предупредил,… - раздраженно, наматывая круги по комнате, громко выговаривал своему другу Игорь, - ну ты хоть соизмеряй свои силы,… боксер хренов…смотри, блин, какой синяк. Куда я теперь народу показываться буду???
Григорий и без разглядывания видел, что синяк у друга – ого-го. Ни за чтобы не поверил, что это его рук дело.
- Ты чего??? Не видел, что ли смс-ку?
- Видел,…но после того, как…
- А кидаться так… что??? Обязательно было?
- Так ты же сам позвонил, что отваливаешь к своим друзьям-охранникам. Машину ремонтировать…. И маскарад этот…. Я сам, блин, напугался…
- А бить-то зачем? … так??? – Игорь прижимал к синяку под глазом пальцами, будто это обезболивало, и разглядывал себя в настенное зеркало.
- Ага,…так. А как прикажешь поступать? Бросить Машку и бежать? Да если б знал, что это ты, уж постарался бы… сильнее вмазал.
- Куда уж сильнее…- стоял напротив зеркала Игорь. И чуть сменив тон, немного смягчившись:
- Подумать только… и от кого??? От тебя!!!…Сказал бы кто пару дней назад,…обсмеял бы напрочь. А так ничего… приятненько так, больно… - Игорь пошел на кухню, к холодильнику, за льдом. Вернулся, сделал жест – размахнулся, будто хочет ударить друга:
- Ух-х…
Но не ударил.
- Маша завтра уезжает. С Казанского, – спокойно, как ни в чем, ни бывало, сказал Григорий.
- Меня не приглашала.… Пойдешь провожать?
- Пойду
- Встречать, так я… а провожать, так ты. Герой хренов,…- плавно растянул слова Игорь, держа лед под глазом и разглядывая себя в зеркало.
- Да, прекрати… ты,… Я думаю, нам вместе надо появиться. Пусть всё и узнает.
- Так ты ещё не признался? – удивился Игорь
- Нет…Завтра вместе и скажем
- А мне как? В таком виде показаться?
- Так ты же после пожара… Щенков спасал…
- Не было никаких щенков, знает она уже
- Как знает? Откуда знает?
- По мобильнику… писал я ей…
Они помолчали. Вроде всё выяснили. Приключения, конечно, для них получились незапланированные. Главное, сами и виноваты. Чуть не подрались.… А синяк под глазом…красивый.
- Как знаешь.… Пошел я.
- Погоди… Завтра там соревнования у меня…мелкие – съязвил напоследок Игорь
- Нет,… давай в следующий раз, – вполне серьезно ответил Григорий, – его больше не пугали подобные мероприятия.
* * *
Маша поджидала на перроне возле своего вагона. Народу вокруг было тьма-тьмущая. Она знала, что её университетский друг Гоша придет её провожать. Во всяком случае, вчера обещал. Все вещи были разложены по местам. Одну лишь небольшую сумочку носила на плече. Сидеть в душном вагоне не было необходимости. Это потом, когда состав тронется и наберет ход, вагон начнет проветриваться из всех мыслимых и немыслимых щелей. И установится комфортный климат, поддерживаемый естественной вентиляцией. А сейчас Маша искала глазами своего московского друга.
А тем временем Гриша и Игорь шли на встречу вдвоем. Отъезжающих и провожающих было слишком много. Они надеялись, что возле первого вагона народа будет меньше. Не будет такой массы, как в метро в час пик. Они немного запоздали. Собираться вдвоем, всё-таки, несколько дольше, чем одному. Аксиома.
- Вон она, - первым увидел её Григорий. Они остановились, и, не сговариваясь, дали задний ход. Маша не видела этого странного движения, как и их самих.
- Одевай… - изрек Гриша
- Одеваю, - ответил Игорь, и начал извлекать из рюкзака огромный костюм явно маскарадного вида. Развернувшись, костюм предстал в образе страшилища. Впрочем, весьма забавного. Такие костюмы носят люди, которые рекламируют что-нибудь на улице. Понятно, что не по своей воле облачают они сию одежду, но это их работа. За это они получают деньги. А прохожим в большинстве случаев они раздают радость и улыбку. И уже не так скучно становится жить в вечно куда-то спешащем и озабоченном городе. Но это в городе. А здесь на вокзале, в перронной толчее это выглядело не совсем уместно. Пусть даже и в несколько прореженной толпе, по причине первого вагона. Но не обращал никто внимания на этот необычный костюм. Другое дело, в лесу. Там было очень страшно. Когда вдруг встретишься лицом к лицу с таким чудовищем.
Игорь быстро справился с костюмом. И стало не понятно: Игорь это, или не Игорь. Лица видно не было. И они пошли. Паровозиком. Гриша впереди, Игорь сзади. Он взял друга за пояс и пригнулся. Таким составом и двинулись к Маше.
Девушка, наконец, увидела знакомое лицо. Заулыбалась, искренне, как ребенок. Пошла на встречу. Она даже была готова поцеловать его в щеку. Протянула руки, положила ему на плечи и потянулась губами в сиюсекундном порыве. Но в следующее мгновение взвизгнула и отшатнулась назад. Из-за плеча медленно, стараясь не пугать, поднималась мохнатая голова.
Ох уж этот мужской черный юмор. Ну, нельзя так с девушками, нельзя. Ведь может произойти всё, что угодно - обморок, истерика, нервный срыв. В конце концов, можно оставить человека заикой на всю оставшуюся жизнь. Ей и так хватило лесного чудовища. Так он ещё и на вокзал припёрся. И начал тут устраивать продолжение. С характерным рыком, свойственным такому страшилищу, он мохнатыми лапами замахнулся над головой безучастно стоявшего Гоши. И принялся его душить. Следующая реакция девушки была вполне предсказуема. Но это только для Игоря-чудовища предсказуема, но никак не для Григория. Маша размахнулась рукой, и наотмашь, что есть силы, ударила своей дамской сумочкой по голове страхолюдины. Реакция Игоря, отработанная годами упорных тренировок, позволила ему благополучно увернуться. Чего не удалось Грише. Удар пришелся ему, как раз, под глаз.
- Ой-ей-ей… застонал потерпевший
- Маша, не бей его… - прокричало чудовище.
При этом оно стало постепенно перевоплощаться в человека.
- Я ж не тебя, его хотел задушить.
Маша стояла надыбившись, боком, с поджатыми губами. Из неё валил гнев. Казалось, сними всё это на фотоаппарат, на снимке отчетливо будет виден дым. Вид девушки был далеко не дружелюбный, скорее злобный.
Чудовище между тем сняло с себя пугающее обличие. Перед ней предстал… вот уж, кого она не ожидала сейчас увидеть… – Игорь.
Он же Гриша, он же Гоша. Он же - брат Лены.
Маша стояла всё в той же позе. Даже выражение лица, её мимика не изменились. Как будто она продолжала подготовку к бою. Человечество стояло у неё за спиной, которое предстояло защищать. И не важно, что страхолюдины больше нет, есть переодетый враг. Враг – чудовище, которое поменяло облик на внешность её знакомого.
- Маш, ну прекрати, это же я… Гриша… Игорь, то есть…
Тем временем, настоящий Гриша держал руку под подбитым глазом.
«Ничего себе, развязочка»
- Маша, он действительно Игорь. А Гриша – это я, - произнес раненый.
Маша не очень-то внимала речам друзей. Но подошла к Григорию, и отвела руку от глаза. Внимательно рассмотрела. Под глазом просматривался синяк. Мальчика стало жалко.
- Прости, я нечаянно… я не хотела… Больно тебе?
- Ну, теперь уже не очень, - понимая, что его пожалели, произнес Григорий.
- Правда, не больно? – уже более ласково переспросила Маша
- Да почти…, - и тут спросил сам, -… что там? Синяк?
- Ага,…фингал! – ответила девушка. Она потихоньку приходила в себя. А невольные свидетели, тем временем, уже теряли интерес к произошедшим событиям. Вокруг царила суета расставания посторонних, но близких между собой людей.
- А ты чего здесь?- спросила Маша Игоря, продолжая при этом смотреть в лицо Григорию, на его сияющий след происшествия и поглаживая пальцем вокруг него. Вопрос прозвучал настолько обыденно и спокойно, что следовало бы Игорю и удивиться. Маша уже привыкла к очевидным недоразумениям, которые происходили с ней в этой поездке. Девушка только лишь чуть повела глазами, посмотреть на Игоря, и снова на своего бедного друга. И поцеловала-таки щечку, которую планировала изначально поцеловать. Когда ещё ждала на перроне.
Тогда она не представляла, хватит ли у неё смелости на это действие. Теперь же Мария делала это с удовольствием, нежно держа в ладошках щечки. Пальчиками дотрагивалась до мочек ушей мальчика. Губами прильнула к щеке юноши. Всё это было скорее из вредности к сзади стоящему человеку. Ещё свежи были в памяти его движения, его руки, его поцелуй. Его никто тогда не просил этого делать. И Маша была совершенно не готова к этому. Но чувство приятного осталось. Пусть даже с осадком обиды…. А этот дурацкий костюм. Если бы его не было, то возможно она не дразнила бы сейчас своим поведением.
Игорь стоял совершенно остолбенело. Как это всё понимать? И как вести себя дальше. Маша продолжала издеваться над ним. Над молодым человеком, стоящим сзади, в которого, кажется, влюбилась. Она водила ладошками по щекам этого, не отпуская губ от его лица. Глазами наблюдала за тем, за Игорем.
« Надо же… какой я могу быть… просто стерва, не иначе… поделом ему» Маша не думала о последствиях этого спонтанного шага. В конце концов, они оба заслужили такого к себе отношения.
Она всё поняла, и без объяснений. Кто есть кто.
- Так это ты мне писал… весь год? – спросила она объект своих объятий, когда отвела от него губы. Но не руки, они остались у юноши на плечах.
- Прости меня, Маша,… это случайно получилось,… я…я больше не буду
- Чего не будешь? Писать?.. Нет уж, изволь… отвечать за свои поступки, - Маша смотрела прямо ему в глаза.
- Теперь ты не просто обязан мне писать... но и… жениться на мне, - она продолжала издеваться, но теперь уже над обоими. И делала это всё с большим удовольствием. В ней проснулась настоящая, ужасная СТЕРВА. Этого с ней никогда не происходило. И вряд ли произойдет ещё когда-нибудь. Но тут она разошлась не на шутку.
Впрочем, убрала с плеч руки, отошла на шаг.
- А ты чего синяк не смыл? – обращаясь на этот раз к Игорю, спросила она, - …нарисованный. Папа, кажется, рисовал?
- Это настоящий синяк. Вчера вы мне его…
- В лесу? – засмеялась Маша
- В лесу…. Не рассчитал Гриша свои силы.
- Так это импровизация, значит, была? Так-так!!! Бедную провинциалку разыгрывали?
Юноши ничего не ответили. Только тупо уставились глазами вниз. У них не было ощущения превосходства столичных жителей над приезжими. Не выработали такое ещё в себе. Как знать, может это когда-нибудь и произойдет. Но теперь они оба чувствовали себя виноватыми. И хоть давно уже решили, что будут извиняться перед ней, да дотянули это до последнего момента.
- Прости нас, Леопольд…- произнес один
- Прости нас, Леопольдушка – вторил второй. Оба импровизировали.
Маша весело рассмеялась.
- Так ты как? Простила?
- Вы так сейчас похожи.… У вас синяки, как у близнецов, совершенно одинаковые. И симметричные, - она продолжала звонко смеяться, привлекая внимание окружающих. Эта картина начала веселить и их. Теперь, как на представлении, зрители постепенно начали хохотать. Смех, казалось, распространялся по всему перрону.
И это, собственно, и стало для наших героев заслуженным наказанием за их розыгрыш. За все те очевидные недоразумения, которые они собственными руками создали для себя и окружающих. И пережили вместе со всеми на протяжении последних дней.
- А знаете, в чем мы все трое одинаковы? – спросила Маша
- В чем? – хором ответили мальчики
Вместо ответа Маша отвела ворот футболки и оголила свое плечо. На нежном девичьем плече сиял огромный синяк, размером как два, вместе взятых, синяка её друзей.
- Ничего себе…- присвистнули оба.
Но объяснять уже не оставалось времени. Проводница настойчиво зазывала пассажиров в вагон. Маша поцеловала обоих, не выделяя из них главного и не главного. И обоих в щечку. Прикладывая свои девичьи ладошки к легкому пушку юношеской щетины сначала одного, затем другого.
* * *
Поезд набирал ход. Юноши уже отставали от окна с видом на Машу. Они так и не получили ответа на главный вопрос.
Но, к сожалению, это будет уже совсем другая история.
Эпилог
Родители Игоря, Светлана Николаевна и Вадим Евгеньевич собирались ко сну и разговаривали в постели.
- Ты на нас не сердишься? – спросила она мужа
- На кого?
- На меня, на подругу мою, из салона красоты, Лену?
- Нисколько…
- Совсем - совсем?
- Совсем – совсем. Я тогда сразу понял, что это не ты мне писала. Увидел тебя глазами, влюбился, и этого было достаточно.
- А как ты понял, что это не я?
- Лена, подруга твоя, писала с сарказмом, с превосходством что ли, как бы посмеиваясь. А ты не такая тогда была, серьёзная.… И потом… она часто писала: «привыкши, полюбивши, простивши». Ты так не говорила. Я тебя специально даже спрашивал. Помнишь? «Почему некоторые люди вместо «пришел-ушел» говорят «пришедши и ушедши»?
- Да, я помню, ты спрашивал…
- А помнишь, я тебе рассказывал, что мои родители
познакомились в Артеке?
- Помню…
- Так до этого они два года переписывались. Только вместо
мамы писала её подруга – Клава
- Это баба Клава, которая у них часто бывает?
- Да, та самая. И писала она от имени мамы… Баба Клава в Артек так и не поехала. Но обязала маму познакомиться с Женей Корниловым, отцом моим. Найти и познакомиться. Рассказала про переписку и про то, что назначила встречу в Артеке. Мама тогда сильно негодовала. А папа знал все про маму. И фото у него было. Ей так и не удалось тогда от него скрыться. Видимо, это рок такой, наследственный, над нашей фамилией.
- Хороший у вас рок
- Ты так думаешь?
- Да… думаю.… И ты у меня хороший, добрый…
- Так ведь, и история у нас с тобой добрая… Ты не находишь?
Они поцеловались и уснули в объятиях…