Вова Беспредел снова постучался в дверь СВО — и снова услышал «нет». Пожизненник Владимир Алексеев, один из самых «громких» киллеров кущевской банды Цапков, во второй раз подал прошение об отправке на спецоперацию, но получил отказ, пишет SHOT.
Формулировка там почти канцелярская, но звучит как пощечина: «Во второй половине 2025 года, находясь в Торбеевском централе, Вова Беспредел во второй раз подал прошение, чтобы его отправили на СВО, и, как и в первый раз, получил отказ».
У Алексеева за плечами не «пара эпизодов». В 2013 году суд признал его виновным в 18 убийствах и почти в 200 изнасилованиях. И это тот самый случай, когда цифры звучат как приговор, который не нуждается в комментариях.
По данным канала, Алексеева перевели из Торбеевского централа (ИК‑6) в колонию «Сосновка» (ИК‑1). А еще — было длительное свидание с женой и детьми.
Параллельно история «Цапков» на СВО уже не миф и не слух. «Коммерсантъ» писал, что двум участникам ОПГ удалось заключить контракты с Минобороны и уйти добровольцами: Вячеславу Рябцеву (Буба) и Андрею Быкову (Бык). Оба были осуждены на 20 лет, но получили помилование ради участия в боевых действиях.
Газета напоминает, что оба оказались в деле после резни 2010 года в доме фермера Сервера Аметова, где погибли 12 человек, в том числе четверо детей. Суд, впрочем, развел роли: «Судом было установлено, что Андрей Быков находился в доме Аметовых… но непосредственного участия в убийствах не принимал», а Рябцева признали виновным в убийстве 2006 года.
Известно, что Буба ушел на СВО зимой 2022-го, получил ранение и медаль, а летом 2023-го закончил контракт и «поселился в Краснодаре, где устроился на работу и женился». Быков отправился туда в сентябре 2023-го, быстро получил тяжелое ранение, а из госпиталя, по данным, к нему приезжала Надежда Цапок. После возвращения на службу, в апреле 2025 года он погиб.
На этом фоне просьбы Вовы Беспредела выглядят как попытка открыть дверь, которая для некоторых оказалась выходом, а для него — табличкой «проход закрыт». И пока одни «Цапки» уже вернулись в Краснодарский край, а другие остались на войне, Алексеев продолжает считать решетку своей единственной географией.