Пока бизнес обсуждает всеобщее подорожание и замаячившую налоговую амнистию за 2025-й, государство тихо, но методично замыкает контур контроля над распределением бюджетных средств. С 1 марта 2026 года вступает в силу Федеральный закон № 555-ФЗ, который превращает разрозненные списки получателей господдержки, а также мало кому интересный до этого реестр МСП в единое супер-досье. Официально все это особо не комментируется, но на практике мы видим очередной виток сделки «удобство в обмен на тотальный контроль».
Три года Счётная палата указывала на «слепые зоны» в системе управления малым бизнесом: триллионы рублей размывались по ведомствам, регионам и фондам, не оставляя четкого цифрового следа. Отраслевые программы Минсельхоза и Минпромторга существовали где-то в параллельной реальности и не попадали в единый реестр ФНС. Это создавало милый российскому сердцу управленческий хаос, в котором многие предприниматели находили пространство для разного рода маневров. Теперь же эта «серая зона» ликвидируется.
Зачем вообще потребовался перезапуск реестра МСП?
То, что реестр МСП в его первоначальном виде не годится даже для статистики, стало окончательно ясно летом 2024 года.
Кульминацией стал круглый стол в Совете федерации, где выяснилось, что официальные показатели занятости в секторе МСП и оценки Счетной палаты расходятся на внушительные 15%. Минэк тогда отчитывался о 31,27 млн занятых к концу 2023 года, в то время как аудиторы Счетной палаты насчитали лишь 26,9 млн. Статистический фокус был достигнут за счет массового включения в показатели самозанятых, из которых более трети числились таковыми лишь формально. Ключевой претензией стала опора на данные реестра МСП-получателей поддержки, который, по выводам СП, содержал «недостоверную и неполную» информацию и «не может использоваться как база для управленческих решений». В Минэкономики публично согласились с обоснованностью критики и обещали «пересобрать» методологию - то есть фактически признали, что прежние показатели нацпроекта были статистическим трюком, а не реальным ростом сектора.
Таким образом, новый закон о расширении реестра - это ответ на тот скандал с приукрашенными цифрами: власть сделала выводы и пытается превратить ненадежный рейтинг МСП в полноценный цифровой регистр, на который уже можно опираться при проектировании новой политики поддержки.
Что меняется?
Если говорить в целом, то новый закон меняет сам подход к взаимодействию бизнеса и власти. Если раньше реестр был этаким плохоньким статистическим справочником, то теперь он становится инструментом оперативного надзора.
Во-первых, закрываются лазейки для ведомств. Правительство ежегодно будет утверждать исчерпывающий перечень программ, данные по которым обязательны к загрузке в систему. Спрятать субсидию «для своих» в отраслевом приказе больше не получится.
Во-вторых, каждая копейка получает «цифровую метку». В реестре теперь фиксируется не просто факт поддержки, а ссылка на конкретный нормативный акт. Это та самая логика «окрашенных денег», которую ЦБ тестирует на цифровом рубле: любой транш привязан к конкретной надобности, и любое отклонение от этой надобности становится видимым.
Интересно, что законодатель пожертвовал оперативностью ради полноты картины. Отчетность переведена с ежемесячной на ежеквартальную. В целом, это классический подход Big Data: не так важно знать, что вы сделали вчера, сколько накопить массив данных для построения предиктивных моделей и профилирования получателей.
Плюсы, они же минусы
В духе модной концепции «государства как платформы», изменения подаются под соусом клиентоцентричности. И действительно, выгоды есть. Предприниматель получает удобное «единое окно» самоконтроля: вся история отношений с государством - от муниципального гранта на аренду до федерального льготного кредита - собрана в одном профиле.
Бизнесу обещают «бесшовность»: чиновники перестанут требовать справки о том, что вы не получали аналогичную помощь в соседнем ведомстве. Зачем справки, если система и так знает о вас больше, чем вы сами?
Но здесь срабатывает тот же механизм, что и с биометрией или государственными суперсервисами. За комфорт (отсутствие бумажной волокиты) бизнес платит окончательной потерей приватности. Как только вы берете у государства хотя бы рубль, вы попадаете в «стеклянный дом» - и, что самое неприятное, не только для самого государства.
Пока никаких данных о закрытости реестра нет (да и в любом случае все мы, к сожалению, хорошо знакомы со слитыми базами данных). Так что рынок получает легальный инструмент конкурентной разведки, а то и промышленного шпионажа. Успешное получение крупного гранта на НИОКР или закупка оборудования видна всем конкурентам.
Более того - любые ваши ошибки, конфликты с законом и прочее “исподнее”, которое вы бы не хотели демонстрировать всем и каждому, окажутся в широком доступе. Закон требует скрупулезно вносить данные о нарушениях и нецелевом использовании средств. Раньше ошибку можно было попробовать исправить или «замять» на локальном уровне. Теперь это мало того что будет сразу видно всем и каждому - «черная метка» о нарушении в одном регионе автоматически блокирует доступ к ресурсам по всей стране. Алгоритму всё равно, почему вы ошиблись (да и несовершенны бывают алгоритмы, чего уж там) - а бремя доказательств, что вы не верблюд, лежит исключительно на вас.
Без дублеров
Замминистра экономического развития Татьяна Илюшникова говорит о возможности «отслеживать взаимодополняемость мер». В переводе с чиновничьего на русский это означает конец дублирования поддержки.
Потенциально это должно предупреждать ситуации, когда предприимчивый бизнесмен получает субсидию на станок в региональном Минпроме, а затем берет под него же льготный кредит в федеральном банке. На практике же пока неясно, какие меры поддержки система сочтет пересекающимися (в хорошем случае мы увидим списки взаимоисключающих мер, в плохом - чиновники будут трактовать этот пункт как им вздумается). Так или иначе, система автоматического матчинга данных будет выявлять пересечения на этапе заявки. Это неизбежно приведет к сокращению числа получателей поддержки, но повысит «эффективность на вложенный рубль» - главный KPI современного технократического госуправления.
Особенно болезненным это станет для компаний, балансирующих на грани перехода из МСП в категорию МСП+ (доход до 10 млрд руб.). Полная прозрачность входящих потоков поддержки делает невозможным схемы дробления или мимикрию под «малышей» ради сохранения льгот.
Резюме
Вслед за налоговым мониторингом, цифровой валютой и “Честным знаком” контроль неминуемо приходит и в сферу господдержки. Как и во всех обозначенных случаях, это одновременно и хорошо, и плохо. Бизнес получает удобный сервис, государство пресекает воровство. Ценой этого становится полная цифровая нагота участников перед регулятором и прочими участниками рынка.
Эпоха, когда можно было получить господдержку и затеряться в отчетах, заканчивается. Мы все ближе к временам, когда каждый рубль становится не просто финансовым инструментом, а еще и маячком слежения за тем, куда его тратят.
Киберпанк, который мы, может, и не заслужили, но к нему уверенно движемся.