Рынок ставит потребителей в тупик: мировые котировки Brent и WTI находятся вблизи многомесячных минимумов, а цены на автозаправочных станциях упрямо ползут вверх. Возникает резонный вопрос: если нефть дешевеет, почему топливо дорожает? Где та самая «связь», о которой так часто говорят экономисты?
Как практик, работающий на стыке логистики, хранения и оптовой торговли, объясню: нефть — это только сырье, а цена конечного топлива формируется длинной и сложной цепочкой факторов, которые сейчас работают против потребителя. Разберем ключевые из них.
1. Санкционный дисбаланс: дешевая нефть не значит дешевая нефтепереработка
Главный парадокс текущего момента. Сорт Urals (основа для российских НПЗ) торгуется со значительной скидкой к Brent, часто ниже $60. Казалось бы, это должно снизить себестоимость производства бензина. Однако здесь вступают в силу контрсанкции и новые правила игры:
- Дорогая логистика. Отказ от привычных европейских рынков сбыта нефтепродуктов заставляет выстраивать гигантские логистические плечи на Восток и Юг. Фрахт танкеров, работающих на «санкционных» маршрутах, значительно дороже. Эти издержки закладываются в цену готового топлива внутри страны.
- Выгодный экспорт дизеля. Как я писал ранее, дизельное топливо остается самым маржинальным продуктом для экспорта. НПЗ выгоднее отгрузить его в Азию или Африку, чем на внутренний рынок. Чтобы удержать объемы внутри страны, оптовая цена на дизель поднимается до уровня, близкого к экспортной альтернативе, но уже с учетом логистических издержек «вглубь» России.
Итог: Дешевое сырье (Urals) перерабатывается в условиях колоссально возросших логистических издержек и в конкурентной борьбе с экспортом, что не снижает, а повышает оптовую стоимость топлива.
2. Внутренние «ножницы»: рост издержек и истощение легкой нефти
Пока мир говорит о переизбытке, российская отрасль сталкивается с фундаментальными проблемами:
- Истощение запасов и рост себестоимости добычи. Легкая, дешевая в переработке нефть заканчивается. В разработку вовлекаются трудноизвлекаемые запасы, что резко увеличивает стоимость добычи. Эта нефть уже не может быть «дешевой» для НПЗ по экономическим причинам.
- Износ инфраструктуры и капзатраты. Компенсировать износ трубопроводов, НПЗ и терминалов, а также строить новую инфраструктуру для восточного вектора можно только за счет средств, заложенных в цену конечного продукта.
- Налоговая нагрузка и регулирование. Механизм налогообложения (НДПИ, акциз) устроен так, что при низких мировых ценах бюджетные потери компенсируются через другие рычаги, что также может влиять на конечную цену.
3. Сезонный и структурный спрос
- Сезонный фактор. Осень — время высокой активности сельского хозяйства (дизель) и окончания сезона дорожных работ. Спрос традиционно растет, что давит на цены.
- Структурный дефицит мощностей. После ухода крупных международных игроков и переориентации логистики возникли «узкие места» в обеспечении отдельных регионов, что создает локальные дефициты и ценовые всплески.
Что в итоге? Почему не работает простая формула?
«Простая схема «нефть подешевела на 10% → бензин должен подешеветь на 5%» — это миф. Себестоимость сырья сегодня — лишь один, и не всегда решающий, компонент в цене литра.» - поясняет Сергей Пляскота.
Современная формула выглядит так:
Цена литра = (Стоимость санкционной нефти + Премия за логистику и безопасность поставок) + (Конкурентная цена vs. Экспорт) + (Компенсация растущей себестоимости добычи) + (Налоги и акцизы) + (Торговая наценка АЗС).
Пока первые три компонента этой формулы демонстрируют устойчивый рост, несмотря на падение биржевых котировок Brent, потребитель будет видеть рост цен на заправках.
Прогноз: До тех пор пока не будет решена главная проблема — колоссальная логистическая перестройка всей отрасли и не остановится рост операционных издержек, вялая динамика мировых цен на нефть будет слабым утешением для конечного покупателя топлива. Ситуация стабилизируется только тогда, когда новые цепочки поставок (как на экспорт, так и внутри страны) будут окончательно выстроены и отлажены, а это вопрос не месяцев, а лет.
Поэтому, к сожалению, аргумент «нефть же падает!» сегодня не работает. Рынок живет по новым, более сложным и затратным правилам.