Биохимик-генетик, эндокринолог и биохакер — о том, что стоит за громкой славой «иголки стройности»
— Анастасия, вот уже несколько лет такие уколы, как «Оземпик», «Велгия», у всех на устах. Их обсуждают в соцсетях как «волшебную палочку» для похудения. Кто ваши пациенты, прибегающие к этим уколам, — люди, ищущие лёгкий путь, или те, кто действительно в отчаянии?
— Данные препараты действительно несколько лет назад стали спасением для тех, кто страдает тяжёлыми формами ожирения и сахарного диабета 2-го типа. Они показали такую эффективность в контроле уровня глюкозы и снижении массы тела, которой до них не демонстрировала ни одна другая группа препаратов для лечения данных заболеваний. И конечно, в первую очередь опыт западных звёзд, появляющихся на обложках глянцевых журналов, — не просто похудевших, а вернувшихся в нормальное, здоровое тело, — подвиг многих на применение этих препаратов.
Почему-то бытует мнение, что эти инъекции — максимально лёгкий способ вернуться к нормальной массе тела, при этом абсолютно не напрягаясь и ничего не меняя. Поэтому, отвечая на вопрос о моих подопечных, скажу: это в первую очередь люди, которые уже прошли семь кругов ада и не справились. Люди, понимающие, что им осталась только бариатрическая хирургия, но имеющие большое желание всё же обойтись без операции.
— Революция в эндокринологии — не громкое ли это слово? Что принципиально нового в этих препаратах? И в чём разница между «просто уколоться и похудеть» и той глубокой перестройкой пищевого поведения, которую они запускают?
— Я бы не называла эту группу препаратов революцией, но то, что они стали уникальным инструментом, важным «костылём» для пациентов с тяжёлыми диагнозами, — это точно. На самом деле, то, как аналоги ГПП-1 могут «выключить» голодную голову и позволить адекватно воспринимать пищу и свой рацион, — уже очень большое подспорье и для врачей, и для пациентов.
— Давайте расставим точки над i. Где та грань, когда заканчивается мода и начинается лечение? Ожирение — это хроническое заболевание или всё же «косметический дефект» в понимании многих?
— Ожирение — это серьёзное заболевание, которое приводит к тяжелейшим последствиям для организма; это очень существенный фактор риска и для развития целого списка патологий, приводящих к смерти. Так что рассуждения про широкие кости и «бодипозитив» — это всего лишь попытка оправдать тяжёлый патологический процесс, который медленно убивает тело изнутри.
— Многие уверены, что стоит лишь начать применять препарат — как можно забыть о спортзале и правильном питании. Это так? Или, наоборот, ответственности у пациента только прибавляется?
— Любая терапия — это всегда зона ответственности пациента. Если человек ждёт быстрого и лёгкого результата, без ответственности и вложения собственных сил в результат, в понимание, что необходимо категорически пересмотреть рацион, научиться относиться к еде как к питанию, а не как к удовольствию, выработать адекватный режим физической нагрузки и отдыха, — эффекта не будет.
— Почему значительная часть эндокринологов выступает против таких уколов для похудения, если у человека нет, к примеру, инсулинорезистентности?
— Потому что у препарата есть чёткие показания к применению. У пациентов без инсулинорезистентности нужно разбираться с причинами ожирения: если это серьёзные гормональные нарушения или другие патологии, то инъекции ему не помогут и даже навредят. Любой препарат должен применяться по показаниям, и аналоги ГПП-1 не исключение.
— Какое общее воздействие оказывают данные препараты на организм? Нужна ли поддерживающая терапия?
— Находясь на терапии, особое внимание стоит уделять ЖКТ, так как механизм действия препарата направлен на замедление перистальтики. Важно следить за желчеоттоком и не допускать застойных явлений. А ещё — за уровнем белка и целой массой показателей и симптомов. Поэтому на терапии необходимо быть под контролем врача, отслеживая динамику и промежуточные результаты.
— Какие препараты в основном вы назначаете своим пациентам?
— Всё очень индивидуально. Все схемы я подбираю с эндокринологами, исходя из показаний, анализов и всех исходных данных.
— «Оземпик» или «Мунджаро» — в чём для вас, как для врача, ключевые различия?
— Разница в механизме действия: тирзепатид активирует 2 типа рецепторов, «Оземпик» — один тип. Есть ещё важные нюансы в схеме применения и разная переносимость.
— Сейчас на рынке много отечественных производителей. Работаете ли вы с этими препаратами?
— Да, слежу за тем, что делает российская фарминдустрия; у меня есть пациенты на отечественных дженериках.
— Самый пугающий вопрос: «А что после?». Что будет, когда человек перестанет колоть препарат? Правда ли, что вес не просто возвращается, а приходит с избытком, формируя пожизненную зависимость от шприца?
— Когда препарат назначен правильно и цели по уровню глюкозы и веса достигнуты, пациент выработал правильный режим питания, тренировок и образа жизни — вес не возвращается. А вот когда препарат применяют абсолютно неправильно и не следят за динамикой показателей, теряют мышцы и белок, проваливаются в гиподинамию — эффект будет обратным.
— Есть известное сравнение бариатрической операции (уменьшения желудка) с этими препаратами. И там и там человек вынужден есть меньше. Но ключевое отличие уколов от операции в том, что их можно прекратить. Значит ли это, что они более честная, но и более суровая проверка на силу воли: либо ты за время терапии научился питаться правильно, либо тебя ждёт провал и срывы?
— Сравнивать хирургическую методику и терапию хронического заболевания, на мой взгляд, некорректно. У меня есть подопечные после подобных операций, которые в один голос говорят, что, если бы у них был шанс попробовать эту терапию до хирургического стола, они бы точно его использовали, потому что потеря качества жизни, даже несмотря на результат в снижении веса, колоссальная. Относительно силы воли — это тоже очень условная формулировка, так как внутри человека даже при начальных стадиях метаболических нарушений уже происходят такие биохимические реакции, которые управляют мозгом, и сила воли тут не всегда поможет. Но что точно поможет — так это высокий уровень правильной физической нагрузки, который активно задействует мышцы и будет оказывать влияние на биохимические процессы в теле.
— Мы знаем, что, когда человек худеет, помимо жира, он теряет ещё и мышцы. Какую роль играет фитнес-тренер в этой истории? Правда ли, что без силовых тренировок можно стать «худым, но дряблым», и как правильно выстроить физическую активность, чтобы этого избежать?
— Когда человек идёт в осознанное снижение массы тела и лечит свои метаболические нарушения, конечно, физическая нагрузка жизненно необходима. Это физиологическая потребность нашего тела. Фитнес-тренер, как проводник в мир познания собственной биомеханики, безусловно, важен: если пациент никогда не занимался и не знает техник, не умеет сам распределить усилия и рассчитать нагрузку, то специалист необходим. Главное — чтобы тренер помнил о своих задачах и не переходил грань, потому что для людей с метаболическим нарушением важно правильно подобрать программу, чтоб не «посадить» сердце, не убить стероидогенез и не довести изнуряющими тренировками до состояния полного нежелания заниматься спортом.
— Нужно ли обращаться к психологу, если после отмены препарата начинаются срывы и систематические переедания?
— К психологу лучше обращаться на старте терапии, так как причины переедания и накопления жировых запасов очень часто кроются именно в травматических эпизодах. Когда пациенты прорабатывают свои зоны роста по всем фронтам, результат, конечно, впечатляет.
— Соцсети пестрят восторгами, но молчат о побочных эффектах. С какими реальными, а не рекламными трудностями сталкиваются ваши пациенты? Тошнота, «заторможенность» пищеварения, «оземпик-face» — это норма или сигнал тревоги?
— «Оземпик-фейс» — это первый сигнал к тому, что препарат применяется неправильно. Пациенты с диабетом и ожирением чаще всего переносят его нормально; тошнота встречается, а если нет проблем с рационом, то и желчный работает как часы. Сигналы тревоги — это частые головокружения и симптомы гипогликемии, а также запоры и поносы.
— На ваш взгляд, наш будущий мир похож на тот, в котором уколы раз в неделю станут такой же нормой, как приём витаминов? Или «мода» закончится и мы снова вернёмся к старым методам похудения?
— Очень надеюсь, что мир придёт к осознанному питанию, перестанет впадать в зависимость от еды и малоподвижного образа жизни и борьба с инсулинорезистентностью медикаментозными способами больше не понадобится.
Беседовала Елизавета Павловская