Фильм «Земляне» — документальный фильм 2005 года, ставший известным из-за скандала в 2020 году, когда украинский террорист потребовал от президента призвать всех к его просмотру. Его главная цель — заставить зрителя эмоционально прочувствовать проблему эксплуатации животных.
Фильм рассматривает пять сфер, где человек использует животных: как домашних питомцев, для получения пищи, производства одежды, в развлечениях и научных экспериментах. Основной приём — монтаж милых кадров животных и крайне жестоких сцен, снятых скрытой камерой на фермах и скотобойнях.
Лично я его посмотрела в примерно 2018-2019 году, когда в колледже на парах по экологии нам зачем-то его включили. Сама я обучалась по специальности "Ветеринария" и посыл с данным фильмом был не понятен как мне, так и большинству в моей группе.
С точки зрения рационального анализа, «Земляне» эффективно привлекают внимание к проблеме, но его метод и посылы критикуют.
Использование жестких кадров Две трети фильма — это шокирующие сцены насилия над животными, которые авторы называют «парадом жестокости». Такой подход может вызывать отторжение и протест у части аудитории.
Сравнение с расизмом и фашизмом Авторы активно проводят аналогии между видовой дискриминацией и другими формами угнетения. Эта аналогия — центральная философская идея фильма, но с логической точки зрения такой переход от описания фактов к моральным предписаниям считается спорным.
Утверждения о сознании животных Фильм утверждает, что животные, подобно людям, обладают сознанием. Однако это далеко не решенный научный вопрос. Способность к самосознанию доказана лишь у очень узкого круга животных (приматы, слоны, дельфины, сороки), в то время как фильм говорит обо всех животных.
Конечно, я не помню уже большинства сцен фильма, забыв о нем уже через неделю. Почему? Потому что мой мозг отторгнул не нужную ему информацию. Нас возят на хозяйства, нас возили на бойни и мясокомбинаты, я 6 лет (на тот момент) была волонтером приюта и знала как на самом деле там обстоят дела. Распространенные мифы — всего лишь мифы. Поговорим обо всем по порядку.
1. Домашние питомцы
Главный посыл фильма о домашних питомцах — это не просто критика жестокого обращения, а более глубокая философская идея о неоправданности самой системы владения животными.
Собственность и власть: Создатели фильма настаивают, что даже самое заботливое отношение не меняет сути — питомец остаётся нашей собственностью, объектом, над жизнью и смертью которого мы имеем полную власть. Этот подход усиливается закадровым текстом Хоакина Феникса и прямыми аналогиями с другими формами дискриминации.
Безответственность и её последствия: Фильм показывает наихудшие проявления этой системы: переполненные приюты, бездумное разведение на «щенячьих фермах», массовую эвтаназию. Эти кадры призваны доказать, что проблема не в единичных случаях, а в самой модели отношения «хозяин–животное».
Чтобы оценить адекватность позиции фильма, необходимо рассмотреть реальный контекст взаимоотношений человека и домашних животных, который фильм игнорирует.
В сюжете о домашних питомцах «Земляне» используется мощный эмоциональный инструмент — противопоставление, чтобы сформировать у зрителя конкретное отношение к проблеме.
В эпизоде о питомцах «Земляне» используют жёсткий эмоциональный монтаж. Сначала зритель видит милых щенков и котят в витринах зоомагазинов — идеальный товар для потребления. Этот образ моментально сменяется кошмаром: собаки, скулящие в тесных клетках переполненных приютов, бездомные животные на улицах и, кульминация, кадры умерщвления в так называемых «газовых камерах» или с помощью инъекций. Трупы животных, выброшенные в мусорные баки, должны поставить окончательную точку в восприятии зрителя.
«Земляне» сознательно не показывает ответственную опеку, работу волонтёров или гуманные приюты, чтобы сохранить целостность своего главного аргумента: система эксплуатации пронизывает все сферы взаимодействия с животными, даже самые, на первый взгляд, невинные. Фильм не анализирует проблему, а использует шоковую терапию, чтобы переломить сознание зрителя.
Ну а на самом деле...
1. Эвтаназия: не «конвейер смерти», а сложное этическое решение.
В фильме усыпление показано как массовая и почти рутинная процедура для избавления от неугодных животных. В реальности в цивилизованном обществе эвтаназия — это крайняя мера, строго регламентированная законом и ветеринарной этикой. Её применяют не потому, что в приюте нет места, а по строгим медицинским показаниям: чтобы прекратить некупируемые страдания неизлечимо больного животного, при тяжёлых травмах, несовместимых с жизнью, или в исключительных случаях неконтролируемой агрессии, угрожающей людям.
Современная гуманная эвтаназия — это не газовая камера, а процедура, проводимая ветеринаром. Сначала животному вводится препарат для глубокого наркоза, который полностью отключает сознание и болевую чувствительность. Только затем вводится препарат, останавливающий сердце. Ответственные приюты и ветеринары борются за жизнь каждого питомца, а усыпление является для них тяжёлым, но необходимым актом милосердия.
2. Приют: не концлагерь, а центр реабилитации и второй шанс.
«Земляне» изображают приюты как мрачные места отчаяния. На деле современный приют — это прежде всего организация спасения. Его главная цель — не уничтожение, а помощь: вылечить, накормить, социализировать животное и найти ему новый дом. Тысячи волонтёров по всему миру тратят своё время и силы на выгул, лечение и просто любовь к брошенным собакам и кошкам. Работа приюта — это история не о равнодушии системы, а о человеческом сострадании, пытающемся исправить последствия чужой безответственности.
3. Хозяин: не палач, а ответственный опекун.
Ключевая ошибка фильма — в отрицании самой возможности этичных отношений. Для миллионов людей питомец — не собственность, а член семьи. Ответственное владение включает в себя:
Пожизненную заботу: качественное питание, ветеринарное обслуживание, внимание и социализацию.
Принятие трудных решений в конце жизни питомца, направленных на прекращение его мучений.
Соблюдение правил выгула и содержания, уважение к окружающим.
2. Пищевая промышленность
Эпизод о пищевой промышленности в фильме «Земляне» — это центральная часть, призванная изменить само восприятие потребления мяса, молока и яиц. Он последовательно строит картину безусловной жестокости, которая, по утверждению авторов, является неотъемлемой частью этой системы. Однако реальность — это комплексная структура, в которой переплетены этические стандарты, экономика, продовольственная безопасность и экологические вызовы.
Фильм создает образ машины страданий. Его ключевой прием — показ исключительно индустриального животноводства, выбранного как наиболее концентрированное проявление всех проблем.
Эмоциональный отбор кадров. Как и в первой сфере, монтаж контрастирует идиллические кадры сельской жизни с подпольными съемками на промышленных фермах и скотобойнях. Акцент сделан на скученность, увечья, неестественные условия содержания и жестокость как при выращивании, так и при забое.
Сведение сложности к единственному выводу. Фильм утверждает, что жестокость — не случайность, а системная необходимость для удовлетворения массового спроса на дешевые продукты. Показаны практики, которые действительно существуют, особенно в странах со слабым законодательством или при нарушении норм.
Игнорирование контекста. Полностью исключены любые альтернативные подходы к животноводству: фермы с выгульным содержанием, повышенными стандартами благополучия, регламентированные законы об убое. Любое использование животных представляется одинаково порочным.
Критика фильма логично перерастает в мощный призыв к веганству, преподносимому как единственный этичный ответ.
«Земляне» в этой сфере выступают как мощный эмоциональный триггер, который заставляет задуматься о происхождении еды. Но настоящий анализ начинается там, где заканчивается фильм — в сложном поиске баланса между этикой, наукой, экологией и необходимостью накормить человечество. Путь вперед лежит не только в личном выборе потребителя, но и в системных изменениях, технологических инновациях и общественном диалоге, который признает многогранность этой проблемы.
Но, как говорится, есть одно НО!
Практически любой кадр этого фильма неправда, в той или иной форме:
1. Все съемки были сделаны в диапазоне 1950 года по сегодняшнее время. Причем старых видео около 90%. Это видно по одежде людей, качеству съемки и характерной цветовой гамме, характерной для старых ленточных видеокамер.
Это наводит на мысль, что авторы фильма не смогли набрать материалы жестокости в современное время и использовали то, что смогли найти за любые годы. Наверное, если бы мы смогли на машине времени отправиться в прошлое, в каменный век, то авторы фильма обязательно бы включили видео, где кроманьонцы забивают мамонта копьями и каменными топорами.
2. При убое коров почему-то нам демонстрируют только халяльный убой без оглушения, в ритуальных боксах, запрещенный в цивилизованных странах. Зачем-то демонстрируют неграмотный забой свиньи топором, какими-то фермерами. Этим авторы пытаются сказать, что неважно как забивать скотину, нужно ее забить и продать.
Но авторы забывают, что от убоя зависит качество мяса и соответственно цена на него. Все зависит от грамотного убоя, от животного без стресса вы получите качественное мясо категории PSE или NOR. Если животное было было в тяжелых условия, то получите категорию DFD (тёмное, жёсткое, сухое), которое годится только на колбасу.
3. Очень сильно подчеркивается авторами, что животные бьются в судорогах, когда они уже прошли оглушение, указывая этим, что животные еще живы. Но это не так, судороги после оглушения — это агония, глубокое нарушение функции продолговатого мозга, который выполняет две функции - рефлекторную и проводниковую. Мозг мертв, но продолговатый мозг еще жив и посылает случайные сигналы: аритмия, угасание пульса, судороги, напоминающие борьбу, паралич сфинктеров.
4. Клеймо. Сейчас не клеймят животных. Только на очень немногих маленьких американских ранчо, где чтят традиции, используют клеймение. Сейчас практически все животные носят бирки в ушах, как люди пирсинг.
5. Обрезание рогов. То как фермеры инструментом, похожим на болторез, обрезают рога корове - это просто бред. Как они будут перетягивать кровеносные сосуды? Прижигать? Сейчас обезроживание взрослого скота делают резинками для кастрации - безопасно, бескровно и дешево.
Обезроживание молодняка делается разными способами: телята 3-5 суток — втирание сильных щелочей, кислот и др. в роговой бугорок; 2-3 недели — прижигание бугорка термокаутерами; 4-8 недель — иссечение трубчатым ножом; 3-6 месяцев — иссечение секатором.
Современная пищевая промышленность — это высокотехнологичная система с жёстким регулированием, сложными экономическими расчётами и множеством экологических вызовов. Её реальность гораздо сложнее образа «конвейера жестокости», показанного в фильме.
Ключевое отличие современного животноводства от образца конца XX века, на котором часто основаны шокирующие кадры, — это его глубокая технологизация и управление через данные. Речь идёт не только о механизации доения или кормления.
Современное управленческое планирование в животноводстве строится на аналитике: отслеживается динамика поголовья, продуктивность каждой особи, эффективность конверсии корма, показатели здоровья. Цифровые чипы, датчики активности и автоматизированные системы мониторинга позволяют выявлять проблемы на ранней стадии. Это делается не из гуманизма, а из экономической целесообразности: здоровое, менее стрессованное животное продуктивнее. Таким образом, сама логика прибыли в определённой степени работает на улучшение условий содержания по сравнению с самой мрачной практикой прошлого.
В отличие от тезиса фильма о вседозволенности, в развитых странах и во многих развивающихся эта сфера опутана плотной сетью регулирования. В России, например, действует Федеральный закон «Об ответственном обращении с животными», который устанавливает правила содержания сельскохозяйственных животных. Существуют ветеринарные правила перевозки, санитарные нормы для ферм, требования к предубойному содержанию и самому убою, где обязательным этапом является оглушение.
Надзор за исполнением этих норм осуществляют ветеринарные и санитарные службы. За жестокое обращение, загрязнение окружающей среды или производство небезопасной продукции предприятию грозят многомиллионные штрафы, приостановка деятельности и уголовная ответственность. Это не отменяет случаев нарушений — они есть в любой отрасли, — но утверждать, что система построена на легализованной жестокости, значит игнорировать её правовую основу.
3. Производство одежды
В своей разоблачительной теории фильм «Земляне» посвящает отдельный акт производству одежды, представляя его как индустрию, фундаментально построенную на страдании. Кадры с животных, попавших в капканы, зверей в тесных клетках звероферм и жестокой обработки на скотобойнях для кожи формируют у зрителя образ мира моды как осознанного и бесчувственного потребителя жизни. Однако, как и в случае с пищевой промышленностью, реальная картина в 2020-х годах оказалась куда сложнее. Сегодня это сфера ожесточённых дебатов, технологических прорывов, переосмысления люкса и растущего экологического протеста, где радикальная критика «Землян» стала не конечным приговором, а одним из катализаторов глубоких перемен.
1. Добыча меха: от «дикой» охоты до промышленного содержания
Кадры выстроены в нарастающей последовательности, демонстрируя полный цикл индустрии.
Капканный промысел: Показаны животные (лисы, койоты), мучительно умирающие в стальных капканах, пытающиеся отгрызть собственную лапу для спасения. Акцент делается на длительные страдания, контрастирующие с быстротой природной охоты.
Зверофермы: Ряды тесных клеток, в которых норки, песцы или лисы содержатся в неестественных условиях. Кадры демонстрируют стереотипное поведение как признак психического расстройства от замкнутого пространства.
Методы умерщвления: Фильм показывает методы, которые авторы позиционируют как наиболее дешёвые и жестокие — удушение, отравление угарным газом, электротоком. Ключевой посыл — смерть здесь негуманна и продиктована исключительно экономией.
Обработка шкур: Заключительный этап — окровавленные шкуры, их обработка химикатами. Образ связывает конечный продукт (меховое изделие) с конкретным актом насилия.
2. Кожевенное производство: мясная промышленность как часть моды
Фильм напрямую связывает кожевенную отрасль со скотобойнями, подчёркивая, что кожа — не «побочный продукт», а экономически важная часть убийства.
Сцены с боен: Вновь используются кадры транспортировки, оглушения и забоя коров. Акцент — на страхе животных и жестокости процесса, который авторы представляют как системную норму.
Снятие шкуры: Показан процесс сдирания шкур с ещё тёплых туш. Эти кадры призваны стереть психологическую дистанцию между куском кожи в магазине и конкретным живым существом.
3. Шерсть и пух: скрытая жестокость «мягких» материалов
Фильм атакует и те материалы, которые потребитель часто считает более этичными.
Стрижка овец: Показана быстрая, грубая стрижка, в ходе которой животным часто наносят раны, которые затем грубо зашивают без анестезии. Делается акцент на конвейерном, безличном отношении к овцам.
Добыча пуха (гагачий пух): Одни из самых шокирующих кадров в эпизоде. Показано, как у диких птиц (гагар) пух выдёргивается из живота, пока они сидят на гнёздах. Голос за кадром утверждает, что это делается повторно, причиняя боль одним и тем же животным.
4. Шёлк: жестокость в «деликатном» производстве
Даже производство шёлка представлено как процесс уничтожения жизни. Показано, как коконы шелкопрядов опускают в кипяток, чтобы умертвить гусеницу внутри до того, как она повредит шёлковую нить. Посыл: даже самая утончённая роскошь основана на прерывании жизненного цикла существа.
И на это есть ответы!
В мире существует непреложный закон, который часто упускают из виду в спорах об этике и промышленности: качество конечного продукта начинается с качества жизни его источника. Применительно к пушному звероводству это означает, что ценность меха напрямую зависит от благополучия животного. Идея ответственного, ориентированного на качество звероводства строится не на сентиментальности, а на экономической целесообразности и глубоком понимании биологии. В его основе лежит простой принцип: здоровое, спокойное и реализовавшее свои природные инстинкты животное даёт совершенное сырьё.
Условия содержания
1. Использование клеток. Клетки делят на зону для выгула из оцинкованной сетки и домик из струганых досок толщиной 20–25 мм. Размер ячеек сетки — 25×25 мм, для более крупных зверей (песцы и лисы) — 35×35 мм. Пол домиков тоже изготавливают из сетки, зимой под него устанавливают деревянный поддон, набивая пространство между сеткой и поддоном подстилочным материалом — стружкой или соломой.
2. Обеспечение подвижности. Если у животных нет достаточно места для подвижного образа жизни, мех становится тусклым, теряет глянцевый блеск.
3. Контроль температуры в клетках. Нельзя допускать перегрева воздуха — в этом случае зверьки начинают болеть, теряют вес, корневые луковицы остевого волоса слабеют, шкурка лысеет.
4. Чистота клеток. Грязные клетки, которые не убираются, способствуют загрязнению меха, образованию в шерсти колтунов и войлочных шариков, что понижает качество шкурок.
5. Определение правильных сроков убоя. Сроки убоя должны быть приурочены к окончанию зимней линьки — зимние шкурки у зверьков наиболее качественные и долговечные.
Кормление
1. Использование кормов. Корма подразделяются на три основные группы: животного происхождения (мясные, рыбные, молочные), растительные (зерновые и сочные) и добавочные (препараты витаминов и минеральных веществ, а также корма с их высоким содержанием).
2. Соблюдение норм кормления. Потребности зверей в питательных веществах зависят от вида животных, периода года, размера животных, числа щенков, выкармливаемых самкой.
3. Скармливание кормов в виде смесей — влажных кормосмесей (мешанок) или сухих полнорационных гранул. Ингредиенты кормосмеси должны быть тонко измельчены (до 3 мм — мясо-рыбные корма и 1–1,5 мм — для других кормов), чтобы животные не могли выбирать отдельные части или оставлять.
Ветеринария
1. Диагностика, вакцинация и обработки. Пушные звери должны проходить диагностику, вакцинацию и другие процедуры по плану профилактики и диагностики.
2. Карантин. Если поголовье выращено за пределами хозяйства, его можно принять лишь при наличии ветеринарных документов, подтверждающих благополучие территории происхождения животных по заразным болезням. На новом месте зверей отправляют на карантин, во время которого ветеринарные специалисты снова проводят осмотр, делают вакцинацию и другие процедуры.
3. Поддержание чистоты. Уборку животноводческих помещений нужно проводить минимум раз в неделю, поилки следует чистить не реже двух раз в месяц, а дезинфицировать — не реже одного раза в месяц. Профилактическую дезинфекцию животноводческих помещений и оборудования проводят минимум два раза в год, но перед этим убирают грязь.
Производство кожи
Документальный фильм «Земляне» рассматривает кожевенное производство не как самостоятельную индустрию, а как прямое и неизбежное продолжение мясной промышленности. В эпизоде, посвящённом одежде, авторы не ставят целью показать технологический процесс выделки кожи. Их задача — с помощью мощных визуальных образов разрушить психологический барьер между потребителем и происхождением материала
Ключевой посыл фильма: кожа — это кожа, содранная с животного
Создатели картины последовательно выстраивают прямую связь между актом убийства и конечным продуктом. Для этого используются несколько ключевых приёмов:
Неразрывная связь со скотобойней. Вместо демонстрации дубильных цехов фильм показывает сцены из мясной промышленности: транспортировку, страх животных, процесс забоя и последующее снятие шкур с ещё тёплых туш. Месседж ясен: кожа — не «побочный продукт» или абстрактный материал, а прямая физическая часть убитого животного.
Контраст между страданием и роскошью. Монтаж резко противопоставляет кадры страдающих коров или сдирания шкур с элегантными кадрами модных показов, витрин бутиков с кожаными куртками и сумками. Этот приём заставляет зрителя задуматься о реальной цене, стоящей за предметом роскоши.
Акцент на жестокости в цепочке поставок. В фильме утверждается, что шкуры часто получают от коров в Индии, где их убийство запрещено, поэтому животных перегоняют в другие страны. При этом показываются сцены жестокого обращения во время транспортировки. Также упоминается использование токсичных веществ, таких как хром, при обработке шкур.
Обобщение и философское обобщение. Фильм проводит параллель между использованием кожи и другими формами эксплуатации животных. Он представляет кожевенное производство как один из столпов «спесишизма» — дискриминации по видовому признаку, когда интересы животных систематически приносятся в жертву человеческим желаниям.
Но авторы полностью опускают другие аспекты:
Технологический процесс. Не показаны этапы дубления, крашения, отделки, современные стандарты или экономические особенности отрасли.
Существование регулирования и альтернатив. Фильм не упоминает о каких-либо экологических стандартах, попытках отрасли снизить вред или о развивающемся рынке альтернативных материалов.
Контекст и прогресс. Картина игнорирует тот факт, что большая часть кожи — это шкуры животных, забитых ради мяса, и что отрасль является частью сложной глобальной пищевой цепи. И разве не правильно будет использовать ВСЕ части уже забитого животного, а не выбрасывать их?
Шерсть и пух: от мягкого ковра до глобальной дилеммы
Кадры фильма «Земляне» представляют шерсть и пух как «скрытую жестокость». В отличие от кровавых сцен скотобоен или звероферм, здесь драма разворачивается на фоне, казалось бы, мирного и привычного процесса. Но так ли однозначна эта картина в реальности? Истина оказывается сложнее и состоит из технологических нюансов, радикальной критики и неудобных этических вопросов.
Фильм «Земляне» формирует у зрителя образ, что получение «мягких» материалов — это процесс систематического насилия и эксплуатации. Основные обвинения строятся вокруг двух аспектов.
Во-первых, показывается жестокость массовой стрижки. Кадры демонстрируют грубую обработку овец: их гонят по грязным загонам, стригут максимально быстро, оставляя порезы и раны, которые затем кое-как зашивают без надлежащего обезболивания. Акцент делается на том, что комфорт и благополучие животных приносятся в жертву скорости и прибыли.
Во-вторых, фильм обвиняет отрасль в особой, почти хищнической, жестокости, связанной с пухом. Показательная история — добыча гагачьего пуха. Голос за кадром утверждает, что пух выдёргивают у живой птицы, которая сидит на гнезде, причиняя ей боль и стресс. Этот образ используется как мощный символ: даже ради тончайшего, элитного материала индустрия готова на мучительные практики.
Таким образом, зрителю предлагается прямая связь: любая шерстяная вещь или пуховик — это продукт боли и страдания, искусно замаскированный под символ уюта и тепла.
На практике современное производство шерсти, пуха и меха — это прежде всего сельское хозяйство и высокотехнологичная переработка. Сам процесс получения шерсти с технической точки зрения выглядит иначе. Шерсть — это волосяной покров животных, состоящий из более грубых остевых волос и мягкого пухового подшёрстка, который и сохраняет тепло. Основной метод её заготовки для большинства животных — стрижка, которая, подобно стрижке волос у человека, при правильном проведении не причиняет боли и необходима самим животным в хозяйственных условиях для предотвращения перегрева и заболеваний.
Современная промышленность давно отошла от примитивных методов. После стрижки шерсть проходит сложный технологический цикл: её сортируют, моют, вычёсывают специальными кардочесальными машинами, чтобы разделить и распрямить волокна, а затем прядут в нить. Качество сырья и готового продукта сильно варьируется — от грубой, износостойкой шерсти шевиот для твида до невероятно тонкой и мягкой шерсти мериноса или кашемира (пуха кашмирских коз).
Что касается пуха, то история с гагами — это отдельный, часто мифологизированный случай. В тех странах, где его добыча разрешена (например, в Исландии), она строго регулируется: пух собирают из гнёзд после того, как утята их покинули. Это становится примером устойчивого, неистощительного природопользования. Основной же объём пуха для масс-маркета — это пух водоплавающих птиц (гусей, уток), который является побочным продуктом мясной промышленности.
Фильм «Земляне» представляет производство шёлка как наглядный пример того, как хрупкая роскошь рождается из жестокости. Реальность этого древнего ремесла, которому более пяти тысяч лет, — это сложное переплетение традиций, технологий и современных этических поисков. Если в фильме фабрика выглядит как цех смерти, то в жизни это скорее лаборатория, где технолог-шелковед пытается обмануть природу, а иногда — и договориться с ней.
Фильм показывает производство шёлка как систематическое уничтожение жизни ради нити. Логика проста и шокирующа: чтобы получить идеальную непрерывную нить длиной от 300 до 1500 метров, нужно убить гусеницу шелкопряда прямо в коконе, пока она не превратилась в бабочку и не повредила его. Кадры, где рабочие опускают коконы в кипяток или протыкают их, должны сформировать у зрителя прямую ассоциацию: шёлк — это не просто материал, это остановленный жизненный цикл. Посыл фильма: вся индустрия построена на этой «жестокости в деликатном производстве».
Реальная технология производства классического (мулинового) шёлка действительно начинается с этого сложного этического момента, но она гораздо глубже.
1. Биологический фундамент. Всё начинается с тутового шелкопряда (Bombyx mori) — одомашненной бабочки, которая в дикой природе не существует. Гусеница за 30-40 дней увеличивает свой вес в 10 000 раз, питаясь исключительно листьями тутового дерева (шелковицы). Перед окукливанием она выделяет через специальные железы белковую жидкость — фиброин, которая на воздухе застывает в шёлковое волокно. Окутывая себя этим волокном, гусеница формирует кокон.
2. Ключевой технологический этап: сматывание нити (разматывание кокона). Вот здесь и кроется главная техническая необходимость, которую обличает фильм. Чтобы размотать кокон в одну непрерывную нить, его действительно опускают в горячую воду (90-95°C). Это смягчает серицин (шёлковый клей, скрепляющий нити) и умерщвляет куколку внутри. После этого находят кончик нити и сматывают её на бобину. С одного кокона получают от 300 до 1500 метров нити, но она невероятно тонка, поэтому для создания прочной шёлковой пряжи скручивают нити с 5-10 коконов вместе.
3. Последующая обработка. Смотанный шёлк-сырец (грежа) ещё содержит серицин. Далее его подвергают нескольким процессам:
Отваривание (дегуммирование): удаление серицина в мыльном или щелочном растворе. После этого шёлк теряет до 30% веса, но приобретает свой знаменитый блеск, мягкость и способность окрашиваться.
Крашение: шёлк прекрасно впитывает красители, позволяя получать яркие, стойкие цвета.
Ткачество: создание полотна на специальных станках.
Понимание этой технологической цепочки породило два принципиально разных подхода, которые сосуществуют сегодня.
1. Классический (мулиновый) шёлк. Это основа мировой индустрии (около 90% рынка). Его аргументы: шелкопряд — одомашненный вид, выращенный человеком; производство даёт работу миллионам людей, особенно в Китае, Индии, Узбекистане; а шёлк — это уникальный по прочности, гигроскопичности и эстетике природный материал, аналогов которому нет.
2. Этичный или «мирный» шёлк (Ahimsa Silk). Это прямой ответ на критику, отчасти озвученную в фильме. Его ключевое отличие — бабочке позволяют выйти из кокона естественным путём, прогрызая его. После этого собирают повреждённые коконы. Так как нить разорвана, её нельзя размотать непрерывно, поэтому волокно расчёсывают и прядут, как хлопок или шерсть. Получается более плотная, иногда слегка ворсистая ткань. Это менее рентабельно (выход нити меньше, процесс трудозатратнее), но удовлетворяет спрос этичных потребителей. Существует и дикий шёлк (туссар), который получают от других видов шелкопрядов, живущих в природе, но его доля на рынке невелика.
Фильм «Земляне», фиксируя сам факт умерщвления куколки, совершает ту же ошибку, что и в других эпизодах: он подменяет сложный технологический и этический контекст простым эмоциональным шоком. Реальность же показывает, что даже в таком консервативном ремесле, как шелководство, идёт эволюция. Потребитель сегодня оказывается не перед дилеммой «носить или не носить», а перед выбором: поддержать ли традиционную, высокотехнологичную, но этически спорную индустрию мулинового шёлка или выбрать более трудоёмкий и дорогой, но «мирный» вариант. Эта возможность выбора, рождённая диалогом между критикой и традицией, и есть главное отличие реальности от чёрно-белой картины, нарисованной в фильме.
Сфера «Развлечения» в «Землянах»: шокирующий кадр и современная реальность
Фильм «Земляне» представляет сферу развлечений как одно из самых мрачных и жестоких проявлений эксплуатации животных. Используя предельно эмоциональную и шокирующую подачу, создатели картины формируют у зрителя однозначный вывод: любое использование животных для забавы человека неразрывно связано с их страданиями. Однако реальность современной индустрии развлечений с участием животных — это более сложный ландшафт, где архаичная жестокость соседствует с трансформацией, строгим регулированием и кардинальным переосмыслением самого понятия «зрелище».
«Земляне» демонстрирует сферу развлечений как систему, где жестокость является не исключением, а правилом. Кадры, снятые скрытой камерой, последовательно атакуют зрительское восприятие, показывая то, что обычно остаётся за кулисами цирков, зоопарков и ипподромов.
1. Цирки: дрессировка через боль. Фильм показывает, как слонов, львов и других диких животных «ломают» с помощью изнурительных тренировок, голода, электрических погонялок и физического насилия. Акцент делается на противоестественности их существования: могучие хищники выполняют унизительные трюки, а слоны, которые в природе проходят десятки километров, всю жизнь стоят на цепи. Их смерть от обезвоживания и истощения подаётся как закономерный итог такой эксплуатации.
2. Зоопарки как тюрьмы. Картина представляет классические зоопарки прошлого как места пожизненного заключения. Животные, лишённые возможности реализовать свои природные инстинкты, демонстрируют стереотипное поведение — бесцельное хождение по кругу, самоощипывание, апатию. Фильм утверждает, что это не отдых и не просвещение, а наказание без вины.
3. Скачки и родео: индустрия травм. В эпизодах о конных скачках и родео демонстрируется, как животных доводят до изнеможения, а часто и до гибели ради азарта и прибыли. Падения, переломы ног у скаковых лошадей, жестокие методы управления на родео — всё это представлено как обыденная практика.
Общий посыл фильма категоричен: развлечения с участием животных — это маска, под которой скрывается насилие, угнетение и полное отрицание права другого существа на свободу и благополучие.
Сфера цирковых развлечений с животными сегодня находится в эпицентре острой дискуссии. Если в фильме «Земляне» она представлена как система тотальной жестокости, то реальность показывает противоречивую картину: с одной стороны, действуют законы, которые пытаются эту жестокость ограничить, с другой — в Госдуме обсуждают законопроект о полном запрете использования животных в цирках.
Фильм создаёт образ цирка как места систематического насилия. В кадрах демонстрируется «дикая», болевая дрессировка: животных заставляют выполнять трюки под страхом наказания, используя голод, электрические погонялки или удары. Например, бывший дрессировщик Владимир Дерябкин рассказывал, как заставляют медведя «танцевать»: к его ляжкам подносят палки с гвоздями и попеременно бьют. Для принуждения слонов в красивом стека с цветком может скрываться острый крюк, который впивается в ухо.
Условия содержания в фильме представлены как тюремные: крупные хищники пожизненно заперты в тесных клетках, где не могут даже выпрямиться. Всё это приводит к тяжёлым психическим расстройствам: животные бесцельно ходят по кругу, кивают головой или раскачиваются.
По интернету гуляет много фотографий и статей о том, как жестоко проходит дрессировка животных в цирке. Достаточно ввести соответствующий запрос в поисковой строке, как тут же выйдут материалы о методе кнута, выявленном скрытой камерой. Здесь же — многочисленные жалобы зоозащитников в правоохранительные органы, фото слона, до крови перетянутого веревками.
Исторически в цирке действительно существовали «дикие», болевые методы, основанные на страхе и подчинении. Но ещё на рубеже XIX-XX веков произошла настоящая революция. Её инициаторы — немецкий предприниматель Карл Гагенбек и русский артист Владимир Дуров — провозгласили, что «путь к сердцу животного лежит через желудок».
Основателем научного подхода в России стал именно Владимир Дуров. Он не просто интуитивно использовал ласку, а сознательно построил свою методику на учении академика Ивана Павлова об условных рефлексах. Его открытия доказали: животное можно научить самым сложным трюкам не угрозой наказания, а системой поощрений, превращая дрессуру в совместную игру.
Методы работы: как создаётся номер
Какой бы ни была порода или вид животного, профессиональная дрессировка опирается на несколько ключевых принципов:
Поощрительный (безболевой) метод. Это краеугольный камень современной дрессуры. За правильное действие животное немедленно получает лакомство, ласку или похвалу. Задача дрессировщика — разбить сложный трюк на простые шаги и последовательно «навести» на них питомца с помощью поощрения. Так устанавливаются доверительные отношения, а выступление выглядит естественным и радостным для зверя.
Подражательный метод. Молодые животные учатся, копируя поведение опытных сородичей или даже человека. Этот метод особенно эффективен для стайных или стадных видов. Известны случаи, когда бизон, выросший среди других артистов, начинал повторять их трюки («восьмёрки», хождение по барьеру) практически без вмешательства дрессировщика.
Индивидуальный подход — главный секрет. Опытный дрессировщик не ломает характер животного, а ищет к нему ключ. Он внимательно наблюдает за «ребёнком» (как часто называют молодняк в цирковой среде), чтобы понять, какие таланты заложены в нём природой. Кто-то ловок, кто-то артистичен, а кто-то, напротив, пуглив или упрям. Номер строится вокруг сильных сторон животного, а не под заранее придуманный, жёсткий сценарий.
Процесс воспитания циркового артиста начинается с его рождения. Многие дрессировщики принципиально берут малышей, чтобы вырастить их самим. Первые месяцы жизни посвящены не тренировкам, а социализации и заботе: детёнышей выкармливают, с ними спят, играют, приучая к запаху и голосу человека.
Важнейший этап — знакомство с манежем. Например, тигрят впервые выпускают в круг арены в 4-5 месяцев вместе с матерью, чтобы новая обстановка не вызывала страха. Всё обучение построено на положительных эмоциях и постепенности.
Репетиции в современном профессиональном цирке не должны быть изматывающими. Некоторые дрессировщики отмечают, что для поддержания формы достаточно 1,5-2 часов в день, а всё остальное время животные должны отдыхать.
Рабочие инструменты сегодня — это не кнут и не палка для битья. В арсенале дрессировщика может быть лыжная палка или лёгкий шест, который служит лишь указкой, обозначающей направление движения. На арене некоторые мастера управляют хищниками лёгким взмахом руки или дирижёрской палочкой, что публика сравнивает с управлением оркестром.
Дикий — не значит ручной: парадокс профессионализма
Интересно, что настоящий профессионал не стремится сделать из дикого зверя ручного питомца. Наоборот, уважаемый в цирковой среде дрессировщик — это тот, кто работает с животным, сохранившим свой природный характер. Хищник, потерявший инстинкты, считается неполноценным артистом.
Дрессировщик для такого зверя — не «хозяин» или «мать», а доминирующая особь, партнёр, которого нужно уважать и… терпеть. Задача человека — научить животное спокойно переносить своё присутствие и сосуществовать в рамках общей работы.
Любое проявление жестокости в этой системе не просто аморально, но и абсолютно неэффективно. Как говорит народный артист РФ Николай Павленко, работающий с тиграми более 50 лет: «С животным нужно вести себя ровно. Один необдуманный поступок — и контакт нарушен. Доверие обиженного животного надо возвращать всю жизнь». Травма или агрессия со стороны животного в профессиональной среде считается позором для дрессировщика, свидетельством его ошибки и непонимания партнёра.
Таким образом, гуманная дрессировка — это высокое искусство, требующее не силы, а ума, наблюдательности, чуткости и безграничного терпения. Это диалог между двумя видами, где человек, обладая разумом, берёт на себя ответственность за то, чтобы сотрудничество было добровольным, безопасным и интересным для обоих.
Фильм «Земляне» представляет классические городские зоопарки прошлого как места пожизненного заключения и моральной деградации. Основные обвинения строятся на трёх пунктах.
Тюремные условия. Животные показаны за решётками в тесных бетонных клетках, лишённые возможности реализовать природные инстинкты. Для тигра, который в дикой природе патрулирует территорию в десятки квадратных километров, клетка в 20 квадратных метров — это камера-одиночка.
Психическое расстройство как норма. Камера фиксирует стереотипное поведение — результат тяжелейшего хронического стресса. Медведи бесцельно ходят из угла в угол, большие кошки часами вылизывают решётки, слоны ритмично раскачиваются. Фильм утверждает, что для многих животных это не исключение, а правило.
Обман под видом просвещения. Посыл фильма: зоопарки не учат уважению к природе. Они учат детей, что дикое животное — это пассивный, несчастный объект для разглядывания, который можно заперсть в клетку для нашей забавы.
Таким образом, зоопарк в «Землянах» — это символ человеческого высокомерия, превратившего величественных существ в живые экспонаты страдающего музея.
Если фильм зафиксировал больную, архаичную модель, то реальность последних 30-40 лет — это её радикальная трансформация. Современный зоопарк мирового уровня (а таких в России и мире становится всё больше) — это не тюрьма, а ковчег и научно-просветительский центр.
Опровержение мифа 1: «Клетка и бетон».
Современные вольеры — это не клетки, а имитированные участки дикой природы. Для амурских тигров создают сложные ландшафты с возвышенностями, водоёмами, укрытиями и живой растительностью. Для приматов строют многометровые сети канатов, термитники с йогуртом (вместо насекомых) и головоломки с едой. Это называется обогащением среды — комплексом мер, направленных на стимуляцию естественного поведения. Задача — не просто прокормить зверя, но и дать ему работу для ума и тела.
Опровержение мифа 2: «Бесполезное существование».
Ключевая функция современного зоопарка — сохранение биоразнообразия. Через международные системы учёта (ISIS, ЕАРАЗА) зоопарки координируют работу по разведению редких видов. Популяции амурского леопарда, лошади Пржевальского, окапи существуют сегодня в дикой природе во многом благодаря программам реинтродукции из зоопарков. Животное в зоопарке — не просто экспонат, а генетический резерв своего исчезающего вида, его страховка от полного вымирания.
Опровержение мифа 3: «Они здесь только для нашего развлечения».
Просвещение сменило развлечение. Хороший зоопарк сегодня — это большой живой учебник по биологии и экологии. Интерактивные экспозиции, экскурсии, школы юных натуралистов формируют у посетителей, особенно детей, не просто «ми-ми-ми», а понимание хрупкости экосистем, важности сохранения мест обитания. Увидев вживую мощь и грацию ирбиса, человек с большей вероятностью поддержит проект по защите снежного барса в горах.
Фильм «Земляне» представляет родео и скачки как «индустрию травм», построенную на жестокости и системном насилии над животными. Кадры изнурительных забегов, падений лошадей и обезумевших быков формируют у зрителя картину непрекращающихся страданий. Но где заканчивается эмоциональный монтаж и начинается реальность этих традиционных соревнований? Реальность — это сложное переплетение спортивных традиций, строгих правил, экономических интересов и не утихающих этических споров.
В фильме создаётся образ индустрии, где благополучие животных полностью принесено в жертву развлечению и прибыли.
1. Истязание для развлечения: Основной посыл — животных намеренно мучают, чтобы заставить их «выдать шоу». Например, говорится, что на лошадей надевают специальный болезненный ремень (фланк-стрэп) в области живота, чтобы причинить боль и заставить их вставать на дыбы. Для «подстёгивания» используют электрошокеры.
2. Травмы как норма: Показывается, что участие в таких соревнованиях неминуемо ведёт к тяжёлым травмам и гибели животных — от переломов ног у скаковых лошадей до внутренних повреждений у быков.
3. Безразличие системы: Индустрия представлена как закрытая система, где насилие — обыденность, а правила либо не работают, либо слишком мягки, чтобы что-то изменить. Даже транспортировка животных описывается как пытка — в тесноте, без воды и еды.
В итоге зритель видит не спорт, а циничный бизнес, эксплуатирующий животных для зрелища.
За пределами фильма мир профессиональных скачек и родео — это регламентированная спортивная и культурная индустрия.
1. Традиция, выросшая из работы: Исторически элементы родео (ловля бычка на лассо, заваливание телёнка) — это не шоу, а отражение реальных рабочих навыков ковбоя на ранчо по обращению со скотом. Со временем они превратились в стандартизированные спортивные дисциплины.
2. Селекция и природная склонность: Ключевой аргумент — животные не «ломаются» для выступлений, а отбираются по врождённым качествам. Для родео десятилетиями выводят специальные линии быков и лошадей, у которых склонность к выбрыкиванию (bucking) закреплена генетически. Если животное не хочет «брыкаться», его не заставят.
3. Строгие правила и благополучие: В профессиональных лигах, таких как Профессиональная Ассоциация Родео Ковбоев (PRCA) или Профессиональная Ассоциация Булрайдеров (PBR), существуют чёткие регламенты. Например, в классическом родео засчитывается заезд, длящийся всего 8 секунд, после чего с лошади или быка немедленно снимают фланк-стрэп. Существуют строгие правила использования шпор и ограничения по натяжению верёвки на быке. Профессиональные ассоциации заявляют, что травмы у животных случаются редко, а за их здоровьем тщательно следят лучшие ветеринары.
4. Жизнь после карьеры: У успешных животных-спортсменов часто долгая жизнь. После карьеры, которая у быков может длиться 8-10 лет, их обычно отправляют в «почётную отставку» на просторные ранчо, где они живут на свободном выгуле и часто становятся племенными производителями.
Жизнь скаковой лошади — это не стихийный забег, а результат многовековой селекции, строгой системы подготовки и сложной этической дилеммы. Фильм «Земляне» показывает лишь одну сторону этой реальности, фокусируясь на эксцессах и страданиях. Однако за кулисами ипподромов скрывается целый мир, где ценность, здоровье и потенциал лошади определяют её судьбу.
В «Землянах» скачки представлены как индустрия, где лошадь — расходный материал. Основные обвинения строятся на нескольких тезисах:
- Начало пути — отъем и дрессура через боль. Жеребят насильно отлучают от матерей в раннем возрасте и сразу начинают «ломать», приучая к седлу и всаднику с помощью жёстких методов.
- Слишком ранние нагрузки. Картина утверждает, что двухлетки, чей костный аппарат ещё не сформирован, несут на скачках непосильную нагрузку, что ведёт к хроническим травмам.
- Травмы и смерть как норма. Показаны падения, переломы ног и последующая эвтаназия лошадей прямо на трассе. Посыл: для индустрии это приемлемая статистика, «цена игры».
- Забвение после карьеры. Лошадь, переставшая приносить победы, оказывается никому не нужна. Её ждёт продажа на мясо, заброшенный загон или медленная смерть от болезней.
Таким образом, в фильме скаковая лошадь проходит путь от «продукта» до «отхода», а её жизнь измеряется лишь призовыми фондами.
За пределами эмоционального монтажа жизнь чистокровной верховой лошади начинается задолго до ипподрома.
1. Селекция: рождение для скорости. Чистокровная верховая порода — продукт 300 лет целенаправленного отбора. Лошадей скрещивают не случайно, а по сложным генеалогическим линиям, изучая генетический потенциал скорости и выносливости. Цель — не просто рождение лошади, а рождение прирождённого атлета. Жеребята с первых дней жизни находятся под наблюдением ветеринаров и специалистов.
2. Воспитание: выявление, а не ломка. Современный тренинг основан на постепенности и поощрении.
3. Выжеребка и выращивание: Первые месяцы жеребёнок проводит с матерью на просторных пастбищах. Это критически важно для его физического и психического развития. Ранний отъём практикуется, но не повсеместно, и часто жеребят оставляют в группах сверстников для социализации.
4. Заездка (брейкинг): В возрасте около 18 месяцев лошадь начинают мягко приучать к упряжи, седлу и весу всадника. Опытные тренеры используют метод положительного подкрепления, формируя доверие. Цель — не подавить, а раскрыть естественное желание лошади двигаться вперёд.
5. Тренинг: Он строится по строгому графику, напоминающему подготовку олимпийского спортсмена. Чередуются дни интенсивных нагрузок (галопы) и восстановления (шаг, рысь, плавание, массаж). Современные ипподромы оснащены дорожками с щадящим покрытием, системами диагностики и лабораториями.
6. Жизнь как ценность: карьера и отставка. Успешная скаковая лошадь — это многомиллионный актив. Её здоровье и благополучие — экономическая необходимость для владельца.
7. Ветеринарный контроль на современных скачках жёсткий: лошадей проверяют до и после забега, запрещено применение допинга и болезненных методов стимуляции.
8. Вторая карьера. После завершения скаковой карьеры (в среднем в 4-6 лет) у лошади открываются новые пути. Лучшие жеребцы становятся производителями в элитных конных заводах. Кобылы идут в племенное ядро. Многие лошади переквалифицируются в конный спорт: конкур, выездку, троеборье или становятся прогулочными. Существуют программы по переподготовке и пристройству отставных скакунов.
9. Проблема «лишних» лошадей. Это самое уязвимое место индустрии, признаваемое и изнутри. Не каждая лошадь находит достойный приют. Однако в ответ создаются благотворительные фонды, приюты и системы отслеживания судьбы лошадей после карьеры.
Пятый, завершающий акт документального манифеста «Земляне» — «Наука и эксперименты» — возможно, самый сложный и болезненный для восприятия. Фильм безжалостно атакует саму основу биомедицинских исследований, представляя их не как путь к спасению человеческих жизней, а как «нижнюю точку падения», где страдания живых существ достигают пика. Этот эпизод призывает зрителя усомниться в моральной цене научного прогресса, показывая лабораторию не храмом познания, а «пыточной камерой».
Реальность: строгие рамки, этика и поиск альтернатив
Если фильм показывает науку как дикую, необузданную силу, то реальность современных биомедицинских исследований — это жёстко регулируемая система, главными принципами которой стали гуманность и осознанная необходимость.
1. Принцип 3R: этический фундамент. С середины XX века в мировой науке доминирует концепция 3R (Replacement, Reduction, Refinement — Замена, Сокращение, Усовершенствование), которая является прямым ответом на критику, подобную той, что звучит в фильме.
Замена (Replacement): Максимальный переход на компьютерные модели, исследования на клеточных культурах (in vitro), искусственные органы-на-чипе. Использование живых позвоночных животных разрешено только когда иных методов недостаточно.
Сокращение (Reduction): Применение статистических методов для получения достоверных данных при использовании минимально необходимого количества животных. Современный дизайн экспериментов делает бессмысленным массовое использование.
Усовершенствование (Refinement): Минимизация страданий. Это включает обязательное обезболивание и анестезию, улучшение условий содержания (просторные вольеры, обогащение среды), гуманные методы эвтаназии. Любой проект, не соответствующий этим требованиям, не получит одобрения этической комиссии.
2. Этические комитеты и законодательство. Каждое исследование с использованием животных должно быть одобрено независимым этическим комитетом, куда входят не только учёные, но и юристы, биоэтики, а часто и представители общественности. Они тщательно взвешивают потенциальную пользу для людей или животных (например, разработка вакцины) против предполагаемого вреда и стресса для подопытных. В России эту функцию выполняют биоэтические комиссии при научных учреждениях, работа которых регламентирована федеральными законами и нормативными актами.
3. Наука не стоит на месте. Критика фильма отчасти справедлива в историческом контексте, но игнорирует колоссальный прогресс последних десятилетий.
Гуманизация неизбежных экспериментов. В исследованиях, где без животных пока не обойтись (изучение сложных систем организма, нейродегенеративных заболеваний, испытание новых препаратов), применяются наиболее генетически близкие к человеку модели (например, специальные линии грызунов), а их содержание максимально приближено к естественному.
Фокус на благополучии. Здоровое, не подверженное стрессу животное даёт более воспроизводимые и достоверные научные данные. Поэтому забота о его состоянии — не просто этика, но и прагматичная необходимость для качественной науки.
Использование животных в научных экспериментах — одна из самых сложных и спорных тем современности. Фильм «Земляне» представляет эту практику как «индустрию страданий», фокусируясь исключительно на жестокости. Однако реальный вклад животных в науку гораздо многограннее и включает в себя как неоспоримые достижения, так и этические дилеммы, которые современное научное сообщество стремится решать.
Реальный вклад: основа медицинского прогресса
Сторонники использования животных в исследованиях утверждают, что многие достижения медицины XX и XXI веков были бы невозможны без опытов на животных. Животные используются как сложные биологические системы, позволяющие изучать функционирование целого организма, что невозможно сделать в чашке Петри или на компьютерной модели.
Разработка лекарств и вакцин:
• Инсулин впервые выделили из собак в 1922 году, что произвело революцию в лечении диабета
• Пенициллин был испытан и доказал свою эффективность против стрептококков в экспериментах на мышах, положив начало эре антибиотиков
• Многие противовирусные препараты и вакцины (включая вакцины против полиомиелита и COVID-19) проходили обязательные доклинические испытания на животных для проверки безопасности и эффективности
Хирургические методы и технологии
• Современные методы хирургии, такие как трансплантация органов, операция по замене суставов и переливание крови, были впервые отработаны и усовершенствованы на животных
Понимание болезней и физиологии
• Исследование условных рефлексов Ивана Павлова на собаках дало ключ к пониманию работы нервной системы
• Для изучения сложных заболеваний (болезни Паркинсона, Альцгеймера, рака) создаются специальные генетические линии животных, позволяющие моделировать и исследовать механизмы болезней
Фильм «Земляне» предлагает зрителю простой и эмоциональный ответ, представляя использование животных в науке как однозначное зло.
Реальность же гораздо сложнее. Это постоянный поиск баланса между:
Неоспоримой исторической и текущей пользой для медицины и понимания жизни.
Научными ограничениями и рисками, связанными с переносом данных с животных на человека.
Этическим императивом минимизировать страдания и развивать гуманные альтернативы.
Наука не стоит на месте, и сегодняшние дебаты ведут не к оправданию жестокости, а к её системному искоренению через технологии, этику и законодательство.