Издревле фертильность – способность к деторождению, говоря простым языком – имела сакральное значение в России, да и во всем мире. Сегодня, когда эмансипация подарила женщинам свободу выбора, некоторые пары сознательно откладывают или вовсе исключают из жизни детей, предпочитая личное благополучие. Но так было далеко не всегда. Прежде бездетность была скорее трагедией, чем осознанным решением.
Продолжение рода являлось краеугольным камнем жизни для всех сословий, хотя и мотивировалось по-разному. Знатные роды жаждали увековечить себя в потомках, передать титулы, богатства и влияние. Для крестьян же дети были бесценными помощниками в тяжком труде, надеждой на облегчение доли. В конечном счете, желание иметь потомство – это глубинная потребность, зачастую не требующая рациональных объяснений. Это зов крови, эхо предков, шепчущее о бессмертии.
Издревле фертильность подвергалась проверке, как у невесты, так и у жениха, хотя методы были далеки от современной науки. О, эти времена, когда вместо анализов и консультаций в клиниках вершили судьбы предрассудки и суеверия!
Как же испытывали невесту на "пригодность"? Проверка была многоступенчатой и пристрастной. Первым делом изучали родословную девицы, словно раскрывали книгу судеб: выискивали наследственные болезни, считали количество рожденных детей, примечали здоровье потомства, искали тень бесплодия в женской линии. Ирония судьбы: в развитых странах Европы и Северной Америки 10-15% пар сталкиваются с проблемой бесплодия. В России этот показатель несколько ниже – около 8%, но всё равно весьма ощутим.
Но вернемся к невестам. Помимо родословной, девушку подвергали тщательному осмотру, оценивая каждый изгиб, каждый оттенок кожи. В почете были округлые формы, густые волосы, крепкие ногти, здоровый цвет лица – признаки, говорящие о плодовитости. Несовершенства, разумеется, тщательно скрывались под слоями одежды, но утаить правду удавалось не всегда. Ведь настоящим испытанием становилось посещение бани в компании свекрови и свахи.
В жарком пару бани фигура девушки представала во всей красе. Ширина таза, форма груди, состояние кожи – ничто не ускользало от пристального взгляда опытных женщин. Парадоксально, но существовал стереотип, что рожавших женщин неохотно брали замуж. Впрочем, бытовало и противоположное мнение: если девица уже познала радость материнства, значит, способна подарить наследников и в новом браке.
А как же оценивали жениха? Разумеется, оценить мужскую силу по внешнему виду сложнее. Тем не менее, и здесь не обходилось без своих критериев. Ценились статность, широкие плечи – признаки богатырского здоровья.
Не меньшее значение придавали характеру. Уважали молодецкую удаль, веселый нрав и опыт общения с девицами до брака. Внимательно изучали хозяйство семьи жениха, подразумевая, что будущий муж должен обеспечить семью всем необходимым. Апогеем проверки становилась первая брачная ночь, после которой молодые должны были доказать свою состоятельность в продолжении рода. Долгое время лишь после этого брак признавался законным.
Впрочем, даже после всех этих испытаний нельзя было с уверенностью говорить о фертильности пары. Сегодня мы знаем, что широкие бедра или пышная грудь не гарантируют легких родов и обильного молока. То же самое относится и к мужчинам: не каждый богатырь способен к зачатию.
Время шло, а отсутствие детей, даже при видимом здоровье обоих супругов, начинало тревожить. Виновной, как правило, объявляли женщину, нарекая ее "пустоцветом". Редко кому приходило в голову, что корень проблемы может крыться в мужчине. Бесплодие становилось трагедией для женщины, ставило под угрозу ее положение в семье и обществе. Ее могли с позором вернуть в отчий дом с клеймом "негодной" или насильно отправить в монастырь. Порой муж брал вторую жену в надежде на наследника, что становилось невыносимым унижением для первой.
Причины бесплодия искали в темных силах: сглазе, порче, проклятиях. В отчаянии люди обращались к знахаркам, колдунам и ворожеям, готовым предложить заговоры, отвары трав и мистические ритуалы. Некоторые из этих методов, возможно, основывались на реальных знаниях о целебных свойствах растений, другие же были наглым обманом, игрой на чужом горе. Тем не менее, многие верили в чудодейственную силу этих снадобий и готовы были отдать последнее за шанс стать родителями.
Помимо мистических объяснений, народная мудрость подмечала и вполне реальные факторы, влияющие на фертильность. Связывали отсутствие детей с тяжелым физическим трудом, постоянным недоеданием, пренебрежением к гигиене, частыми абортами (которые, к слову, были крайне опасны для здоровья женщины). Мужское бесплодие могли объяснить чрезмерным употреблением алкоголя или болезнями, передающимися половым путем.
Несмотря на суеверия и предрассудки, люди искренне стремились к продолжению рода. Дети были не только помощниками в хозяйстве и продолжателями фамилии, но и символом надежды, веры в лучшее будущее. И, несмотря на отсутствие современных медицинских знаний, люди интуитивно понимали, что здоровье и образ жизни оказывают непосредственное влияние на способность к деторождению. Поэтому забота о себе и своих близких всегда оставалась важной частью жизни.