Ученые НИУ ВШЭ опубликовали исследование, в котором утверждается тезис, что чем моложе поколение, тем позднее проявляются в жизни молодых людей маркеры взрослости. Является ли смещение взросления следствием осознанного выбора молодежи или результатом экономической и социальной нестабильности, «Актуальным комментариям» рассказала эксперт Аналитического центра ВЦИОМ Татьяна Смак.
— Смещение взросления у современной молодежи — это не только про личный выбор или экономику, это и про трансформацию жизненных сценариев и экономические сложности выхода в самостоятельную жизнь, а также и об отношении к труду, семье и родительству в целом. В сравнении с тем, что было 20-30-50 лет назад, все эти решения становятся более осознанными, меняется логика выбора: люди дольше ищут себя, партнера, карьеру, лучше готовятся к рождению ребенка. Вариативность и личный комфорт — наша новая реальность. Сегодня стало привычной нормой менять работу, пожить до брака с одним партнером, потом с другим, пойти учиться на одну специальность и сменить ее.
Рост доли молодых людей, которые не учатся и не работают, также нельзя интерпретировать однозначно. Для части молодежи это временная пауза, связанная с поиском себя, сменой образовательных или профессиональных траекторий, выходом из неудачного опыта, и кажется, что таких большинство. У нас есть и такое явление, когда после школы молодой человек не идет сразу в вуз или в колледж, а берет паузу на год, чтобы решить, чем он хочет заниматься дальше. Кто-то сегодня реализуется и вне формализованных ролей: через творчество, подработки, фриланс, блогерство. Но в целом есть признак разрыва между тем, что предлагает система образования и тем, что ожидает сама молодежь. Запрос здесь на большую гибкость, модульность, краткосрочные форматы, развивающие прикладные навыки. Но упускать из виду тех, у кого «пауза» затянулась, нельзя. Если выпадение из социальных институтов затягивается, человеку сложно вернуться в активную социальную жизнь.
Размывание границы между юностью и взрослой жизнью само по себе не является чем-то аномальным. Исследования показывают, что в ряде развитых стран отложенное взросление уже стало нормой. Но риски появляются там, где долгое взросление сочетается с отсутствием поддержки входа во взрослую жизнь: стабильной первой работы, доступного жилья, понятных карьерных перспектив. Для демографии это означает более поздние браки и более поздние рождения, а для рынка труда — дефицит закрепившихся молодых работников.
Готово ли государство к тому, что молодежь дольше взрослеет, сказать однозначно нельзя. С одной стороны, институты и органы власти, работающие с молодежью, видят изменения, происходящие с молодежными траекториями. Молодежная политика у нас развивается активно, и за последние годы запущен широкий набор мер поддержки. Другой вопрос, чувствуют ли себя 25-35 летние объектом именно молодежной политики, пользуются ли этими мерами, знают ли о них?
С другой стороны, кажется, что не везде государство успевает за изменениями. В этом смысле государственная политика пока скорее адаптирует молодежь к существующим институтам, чем сами институты к новым жизненным траекториям. Например, программа «Молодая семья» ориентирована на семьи до 35 лет, и, кажется, пора повышать планку, далеко не все к 35 годам успевают вступить в брак, родить детей. В целом государству придется менять логику поддержки молодежи, просто подталкивать к раннему выходу во взрослую жизнь здесь не получится. Если долгое взросление закрепится как новая норма, сопровождение молодых людей также потребует пересмотра.
Татьяна Смак, эксперт Аналитического центра ВЦИОМ.
Подробности от АК: https://actualcomment.ru/otlozhennoe-vzroslenie-novaya-norma-ili-sotsialnyy-risk--2601221635.html