Я сейчас напишу не по порядку. Не потому что так задумано, а потому что в голове у меня всё именно так — кусками. Сегодня думаю одно, завтра другое. Иногда злюсь, иногда думаю, что сам всё придумал. Иногда кажется, что ещё можно вытянуть, а иногда — что уже давно поздно.
Мы вместе пятнадцать лет. Нам по тридцать пять. Есть ребёнок, ему пять. Это если сухо и по фактам. Если чуть глубже — мы очень давно живём рядом, но не уверен, что живём вместе.
Со стороны всё выглядит нормально. Даже хорошо. Я работаю, зарабатываю. Доход нестабильный, но в среднем выходит 200–250 тысяч в месяц. Бывает больше, бывает меньше. На жизнь хватает. Мы не считаем копейки, не ссоримся из-за денег, не залезаем в долги. Жена дома, ребёнок ухожен, в сад ходит, дома спокойно. Никаких сцен, криков, драм.
И вот именно это, наверное, больше всего и бесит.
Секс пропал не вчера. И не после рождения ребёнка, как любят объяснять. Он начал исчезать лет шесть назад, ещё до беременности. Тогда я не придал значения. Ну устала. Ну не сегодня. Ну завтра. Завтра наступало всё реже. Потом раз в неделю стало нормой. Потом — «мне хватает». И где-то между этими фразами я внезапно понял, что меня в расчёт вообще не берут.
Моё либидо всегда было выше. С самого начала. Раньше это никого не напрягало. Мы спокойно занимались сексом почти каждый вечер, иногда чаще. Сейчас — если раз в неделю, то можно считать, что повезло. И дело даже не в количестве. Хуже другое — в ощущении, что ты как мужчина просто не нужен.
Разговоров было столько, что я их могу воспроизводить дословно. Итоги всегда одни и те же, просто формулировки меняются:
— «Ну если тебе надо, бери и делай».
— «Ну если тебе надо, иди подрочи».
— Или слёзы. Без слов, без попытки что-то обсудить.
Я правда устал дрочить. И я не хочу «брать и делать» с человеком, который этого не хочет. Мне это не интересно. Мне нужен не сам процесс, а ощущение, что я желанен. Я это говорил. Много раз. Без результата.
В какой-то момент я даже подумал, что, может, дело в здоровье. Отправлял её проверять гормоны, анализы — всё в норме. Тогда она сказала прямо: ей достаточно раз в неделю. Её это устраивает. А если меня нет — ну, значит, мне надо с этим что-то делать самому.
Самое странное — я не могу точно сказать, когда она перестала хотеть. Раньше всё было иначе. Она спокойно носила красивое бельё. Мы экспериментировали, игрались, не стеснялись. Была коробка с игрушками — не для красоты, а в деле. Сейчас она где-то пылится. Я пару лет назад купил несколько новых комплектов белья. Они до сих пор лежат нераспакованные. Иногда натыкаюсь на них и думаю: зачем вообще покупал.
Секс сейчас — это короткий сценарий без вариантов. Немного. Потом миссионерская. Потом спать. Всё. Никакой фантазии. Никакого интереса. Как будто закрыли пункт «галочка» и разошлись.
Три года назад она сказала, что ей не хватает нежности. Я это услышал. Правда. Я реально старался. Стал чаще обнимать, целовать, просто быть рядом, не давить, не намекать. И знаешь, что изменилось? Ничего. Более того — обычные объятия стали вызывать у неё раздражение. Стоит напряжённая, через секунд тридцать уже ищет повод уйти: в туалет, покурить, срочно что-то сделать. Иногда я ловлю себя на мысли, что даже не помню, когда в последний раз мы просто долго обнимались.
При этом она говорит, что любит меня. И что разводиться не хочет.
Я пробовал всё, что обычно советуют. Внимание. Цветы. Подарки. Совместные поездки. Смену обстановки. Даже график секса составляли. Это вообще был цирк. Хватило на два дня. Потом — «я устала», «не хочу». Я спрашивал, что ей нравится. Куни нравится. Но отдельно. Без продолжения. Я спросил: хочешь каждый день? — Хочу. Делал. Неделю. Потом — «хватит, надоело».
И она всегда уставшая. Вот это меня злит сильнее всего. Потому что если честно, процентов восемьдесят её времени — сериалы, фильмы и ВК. Я правда не понимаю, от чего можно так уставать. Может, я чего-то не понимаю. Может, я просто злой. Но ощущение такое, что усталость — это универсальный ответ на всё.
Я однажды решил проверить себя и взял её к себе на работу помощником. Со свободным графиком. Думал, может, ей просто не хватает дела. Это был полный провал. Задания либо не делались, либо делались кое-как, либо не делались вообще. Иногда она ещё и врала, что всё сделала. Тогда я вдруг вспомнил, что лет десять назад у неё уже была похожая история — её «попросили» с работы за неисполнение обязанностей. Тогда я это как-то мимо ушей пропустил.
Если совсем честно, она всегда была такой. Просто раньше я закрывал глаза. Потому что было легче так жить.
В последний год добавился алкоголь. Не запои. Не дно. Но стабильно. Полторашка пива в день стала нормой. Я пытался ограничивать деньги — бесполезно. Она просто оформила личную кредитку и покупает пиво на неё. Я подарил абонемент в спортзал в пяти минутах от дома. За год она туда не сходила ни разу.
И при всём этом у нас нет скандалов. Мы не орём. Не бьём посуду. Не выясняем отношения при ребёнке. Со стороны мы вообще выглядим как образцовая семья. И иногда мне кажется, что проще было бы, если бы мы ругались. Тогда хотя бы было понятно, что происходит.
Я часто думаю, что мог бы просто развестись и забыть всё это. Но есть ребёнок. И я к нему очень привязан. Я хочу, чтобы он рос в полной семье. Чтобы отец был рядом каждый день, а не по выходным. И вот здесь я застрял.
Я не понимаю, что хуже: жить в семье, где ты не нужен как мужчина, или разрушить эту семью ради себя. Иногда я думаю, что эгоист. Иногда — что просто устал. Иногда — что сам всё это придумал. А иногда понимаю, что делаю вид, будто всё нормально, потому что так проще.
Я не знаю, какое решение правильное. И я не уверен, что оно вообще существует. Но ощущение, что так дальше нельзя, появляется всё чаще. Просто пока я не понимаю — куда именно дальше.
