Клод Моне - один из основателей импрессионизма, автор знаменитых серий картин "Кувшинки", "Стога". Как он оказался в Нормандии? Сегодня мы выезжаем из Парижа и направляемся на северо-запад, где в 75 км от столицы расположился городок Живерни.
Итак, 1883 год. В истории мирового искусства случается явление, имя которому — Живерни. Это не просто деревня в Нормандии, куда 43-летний Клод Моне переезжает в поисках уединения со своей большой смешанной семьёй из десяти человек. Это точка бифуркации: художник больше не созерцатель природы — он её соавтор, если не сказать конструктор. Здесь, в течение последующих 43 лет, до самой своей смерти, Моне не будет просто писать пейзажи — он будет их сажать, растить и компоновать. Он превратит гектары земли в живой холст, который станет его главной мастерской под открытым небом.
Прелюдия: Нормандия, импрессионизм и поиски себя
Связь Моне с Нормандией началась задолго до Живерни. Он вырос в Гавре, портовом городе на берегу Ла-Манша. Именно там его наставником в пленэрной живописи стал Эжен Буден, убедивший юного Моне выйти из мастерской и писать на открытом воздухе. Эта практика станет альфой и омегой импрессионизма. В 1874 году его картина «Впечатление. Восходящее солнце», написанная в том же Гавре, случайно дала имя целому направлению в искусстве.
Но за признанием последовали годы скитаний и финансовых трудностей. К 1883 году Моне, уставший от переездов, искал тихое, уединённое место, где мог бы наконец пустить корни и полностью посвятить себя работе.
Дом как палитра: Розовый фасад, жёлтая столовая и японские гравюры
Сначала Моне арендует, а в 1890 году, поправив финансовое положение, выкупает длинный фермерский дом, Le Pressoir ("Дом сидрового пресса"). И немедленно начинает перекраивать его под себя, превращая в продолжение своей палитры. Это был его личный бунт против мрачной и тяжеловесной викторианской моды.
Вместо традиционного для Нормандии серого цвета Моне красит фасад в розовый, а ставни — в яркий зелёный. Он хотел, чтобы дом буквально растворялся в саду. Интерьер становится не менее радикальным цветовым экспериментом:
- Голубая гостиная: здесь его жена Алиса сидела с детьми. Стены и мебель были выдержаны в гармонирующих синих тонах.
- Столовая: настоящий взрыв цвета. Моне выкрасил её в два оттенка жёлтого, чтобы в комнате всегда царило солнечное настроение, а синева фаянсовой посуды на полках казалась ещё глубже.
- Кухня: облицована синей руанской плиткой, на фоне которой сияет коллекция медной посуды.
На стенах своей спальни Моне развесил работы друзей — Ренуара, Сезанна, Писсарро. Но, как гласит известная история, в моменты творческого исступления он поворачивал картины лицом к стене, чтобы те его не отвлекали.
Главным же источником вдохновения, развешанным по всему дому, стала его коллекция из 243 японских гравюр укиё-э. Среди них — 46 работ Утамаро, 48 — Хиросигэ и 23 — Хокусая. Эти «картины изменчивого мира» познакомили его с асимметричными композициями, срезанными ракурсами и плоскими цветовыми плоскостями — приёмами, которые он перенесёт в свои полотна.
Сад как шедевр: Два акта творения
«Мой сад — мой самый красивый шедевр», — говорил Моне. И он действительно создал его дважды.
Сперва Моне взялся за гектар земли прямо перед домом — бывший нормандский яблоневый сад, известный как Кло Норман. Помните, сидровый пресс? Он выкорчевал ели, установил металлические арки для вьющихся роз и разбил землю на грядки, которые засадил с живописной свободой, смешивая простые цветы с редкими сортами, создавая объёмные цветовые пятна, как на холсте. В его саду росли:
- Нарциссы
- Ирисы
- Восточные маки
- Пионы
- Вьющиеся розы на арках
- Настурции, которые к концу лета буквально захватывали центральную аллею, превращая её в оранжевую реку.
Но десять лет спустя, в 1893 году, Моне затеял ещё более амбициозный проект. Он покупает соседний участок за дорогой, чтобы осуществить давнюю мечту — создать водный сад в японском стиле. Для этого он получает разрешение на отвод ручья, притока реки Эпт. Это вызвало панику у местных фермеров: они боялись, что «странные растения» художника отравят воду и погубят их скот. Но Моне добился своего. Он вырыл пруд и перекинул через него знаменитый японский мостик, который, вопреки традиции, выкрасил не в красный, а в зелёный цвет. Вокруг пруда были высажены плакучие ивы, бамбук, гинкго билоба, японские пионы, рододендроны и, конечно, главные герои его будущих полотен — кувшинки, или нимфеи, которые он специально заказывал в питомниках.
Искусство из сада: От стогов сена до абстракции
Живерни стал для Моне неисчерпаемым источником мотивов. Именно здесь он начинает работать над своими знаменитыми сериями — «Стога», «Тополя», «Руанский собор», — исследуя, как свет и атмосфера меняют один и тот же объект в разное время дня и года.
Но главным его творческим подвигом стала серия «Кувшинки» (Nymphéas), насчитывающая более 250 полотен. Эти работы были радикальным шагом в искусстве. Моне убирает линию горизонта, концентрируясь исключительно на поверхности воды, где небо и облака существуют лишь как отражения. В его поздних работах формы окончательно растворяются в свете и цвете. Эти полотна, балансирующие на грани предметности и абстракции, предвосхитили фовизм, экспрессионизм, абстрактное искусство Василия Кандинского и даже абстрактный экспрессионизм Джексона Поллока. «Я, может быть, обязан цветам тем, что стал художником», — признавался он.
Живерни сегодня: Наследие и паломничество
После смерти Моне в 1926 году усадьба, за которой до 1947 года присматривала его падчерица и невестка Бланш Ошеде-Моне, постепенно пришла в запустение. К 1970-м годам картина была удручающей. В отчёте куратора Жеральда ван дер Кемпа, взявшегося за реставрацию, говорилось, что сад «зарос ежевикой и сорняками», японский мостик «гнил в чёрной, забитой воде», а в большой мастерской «росли три дерева».
В 1977 году ван дер Кемп и садовник Жильбер Ваэ начали масштабное восстановление на средства, собранные в основном американскими меценатами. Сегодня Фонд Клода Моне — одна из самых посещаемых достопримечательностей Нормандии. Ежегодно более полумиллиона человек со всего мира приезжают сюда с апреля по ноябрь, чтобы воочию увидеть живую палитру великого импрессиониста.
Живерни — это уникальный в истории искусства случай. Художник не просто нашёл вдохновляющий пейзаж, он собственноручно сконструировал его, подчинив природу своей живописной воле. Он потратил десятилетия и целое состояние, чтобы создать идеальный мотив, а затем посвятил остаток жизни его постижению на холсте. В Живерни земля и живопись стали единым целым, и теперь уже невозможно сказать, что здесь первично — сад или картины. Это был главный проект его жизни, выросший прямо из нормандской земли.
А мы покидаем Живерни и отправляемся к ещё одному городу, который вдохновлял Моне - в Руан.