Жаргон — это условный язык, понимаемый лишь в определенной среде. Он отражает ее внутреннюю жизнь, привычки и даже философию. Словарь бауманца — это ключ к особой вселенной, где учеба, традиции и братство сплетаются в уникальный код.
Дух Бауманки начинается с самого названия. Студенты ласково зовут свою альма-матер «Бомонка», а исторические аббревиатуры МВТУ и МГТУ за десятилетия обросли десятками расшифровок-легенд. Это целый пласт фольклора: от гордого «Мои Герои Тут Учились» и ироничного «Москва Гуляет, а Тут Учатся» до отчаянного «Мама, Вышли Трешку, Умираю» и фаталистичного «Мой Гроб Тут Установят». Этот шутливый код — первый ключ к пониманию особой вселенной, где учеба, традиции и братство сплетаются в неразрывное целое.
Немного истории
Студенческий сленг в России начал формироваться еще в XIX веке, заимствуя немецкие термины из буршеского жаргона, такие как «бурш» (студент) и «коммерш» (пирушка). Этот особый язык, рожденный в стенах вузов, стал для студентов способом самоидентификации и создания собственного мира.
В МГТУ имени Н.Э. Баумана этот язык эволюционировал в целую лингвокультурную систему. Здесь каждый термин — не просто сокращение, а часть живой истории, традиции или студенческой шутки, передающейся из поколения в поколение.
Лексическая география: карта университета на языке его обитателей
Пространство Бауманки студенты мыслят не по официальным планам, а по внутренней, мифологизированной карте. Названия мест здесь — это первые слова, которые узнает новичок, и последнее, о чем с ностальгией вспоминает выпускник.
Для понимания этой карты стоит помнить, что главный учебный корпус (ГУК) Московского государственного технического университета имени Н.Э. Баумана состоит из двух частей:
- Старая часть (также называется «дворцовой») — это историческое здание Слободского дворца XVIII–XIX веков, перестроенный в современном виде в 1826 году по проекту Доменико Жилярди для «мастерских разных ремесел» Воспитательного дома. Ее фасад выходит на 2-ю Бауманскую улицу.
- Новая часть («циркульная» или «высотная») — 12-этажный корпус 1949–1960 годов постройки по проекту Л.К. Комаровой. Фасад выходит на Лефортовскую набережную Яузы.
Переступая порог Слободского дворца, будто попадаешь в другую эпоху. Конечно, встретить императора или фрейлину вряд ли получится, но это «императорское» ощущение знакомо каждому, кто здесь учится.
Вот основные точки на этой карте:
- Красная площадь — сердце университета, а не Кремля. Находится в левом крыле здания (к северу от дворцовой части). Исторически считается местом встреч и свиданий.
- Обжорный ряд — оживленный коридор, ведущий к МЗДК (Малый Зал Дома Культуры), по обеим сторонам которого распложены столовые и кафетерии.
- У Ноги — небольшая площадка у подножия памятника Бауману напротив Слободского дворца, где кипит студенческая жизнь.
- Сачок — уютный университетский дворик у фонтана, куда «сбегают» с пар. Зимой его заменяет Зимний сачок — пролет под МЗДК.
- Аквариум — вычислительный центр на третьем этаже, компьютерные классы которого отделены стеклянными перегородками. Попасть туда можно по лестнице, ведущей в МЗДК.
- Кладбище — коридоры ГЗ (Главного здания), где на стенах висят портреты основателей научных школ МГТУ.
- Метро — арка под центральной уличной лестницей напротив памятника Бауману. А сама эта белая лестница — Эверест.
- Циркуль — полукруглые коридоры в северной и южной частях со стороны Яузы.
- Портал — вход с колоннами в Главный учебный корпус со стороны Яузы.
- Шестеро непьющих бауманцев — памятники рабочей молодежи на крыше, у входа к Яузе.
Иерархия обитателей: от «козерога» до «бауманца»
Студенческий статус в МГТУ им. Н.Э. Баумана четко зашифрован в сленге. Эта иерархия отражает путь от новичка до «хозяина» положения.
- Козер (козерог) — студент 1 курса. По одной из версий, настоящее сту-денческое посвящение первокурсник проходит только после первой сессии, которая заканчивается в январе — месяце козерога.
- Оберкозер — студент 2 курса. Уже не «козер», но еще не полностью свой. Приставка «обер-» (нем. старший) указывает на шаг вверх по иерархической лестнице.
- Верблюд — студент 3 курса. За плечами два года учебы — будто два горба за спиной. Именно с этого курса зачастую и начинается почетное звание «бауманец».
- Студент — студент 4 курса. Начинается углубленная учеба по специальности. Теперь это «настоящий» студент.
- Хозяин — студент 5 курса. Человек, который знает университет как свои пять пальцев и чувствует себя в его стенах абсолютно комфортно.
- Гость (или Дух) — студент 6 курса. Пар уже мало, в университете появляются редко, словно заглядывая в гости.
Конечно, есть и общие для многих вузов слова: преподы, старый (староста), замдек. А студенты разных факультетов носят гордые профессиональные прозвища: «болты» (СМ), «фундуки» (ФН), «калькуляторы» (ИУ), «напильники» (МТ), «паяльники» (РЛ) и «батарейки» (Э).
Сложная наука на простом языке: учебный процесс
Сложнейшие технические дисциплины студенты называют коротко и с юмором, превращая учебу в своеобразную игру.
- Матан (математический анализ), Вышка (высшая математика), Линал (линейная алгебра) — основы основ.
- Сопромат (сопротивление материалов) — легендарный предмет, о котором ходит поговорка: «Сдал сопромат — можно жениться».
- Термех (теоретическая механика), Тервер (теория вероятностей) — те ещё испытания.
- ТММ — здесь расшифровка зависит от успеваемости: для ботаника это «Теория машин и механизмов», для отчаявшегося — «Тут Моя Могила».
- Начерт (начертательная геометрия) — после его сдачи существует традиция выпить из тубуса и утопить его в Яузе.
Ритуалы, легенды и «горящие» фразы преподавателей
Сленг живет не только в словах, но и в действиях — традициях, которые формируют дух университета.
Одна из самых известных — купание в фонтане после успешной защиты диплома. Другая — катание на тазике, наполненном конспектами. А чтобы халя-ва пришла на сессию, нужно в полночь крикнуть в форточку: «Халява, приди!». Легенда гласит, если в ответ услышишь: «Ботай, козер!», — значит, удачи не видать, придется учить.
Отдельный пласт фольклора — крылатые фразы преподавателей, которые передаются из уст в уста. Их записывают в сообществах и цитируют годы спустя. Например: «Тяжело в лечении, легко в гробу!» или философское: «Человека научить невозможно, можно лишь научиться самому».
Эпилог
Язык Бауманки — это больше, чем жаргон. Это живой организм, который растет и меняется вместе со своими носителями. Он берет начало в немецких студенческих традициях XIX века, проходит через советскую эпоху и входит в цифровой век, обогащаясь англицизмами, но сохраняя свою уникальную сердцевину.
Это язык, на котором говорит не учебное заведение, а братство. Сленг здесь — это пароль, по которому узнают своих, способ передать невыразимую гамму чувств: от ужаса перед «сопроматом» до безграничной радости после сданной сессии. Это последнее, что забывает выпускник, и первое, что всплывает в памяти при слове «альма-матер».
Истинные истоки многих слов забыты, но традиция жива — ее пишут новые студенты.