Иногда о злодеях легенд складывается не меньше, чем о героях. Со временем мифов становится больше, чем правды. Кровавая графиня Батори, Салтычиха. В США к списку особо опасных дам добавились Лавиния Фишер (о ней пост уже был) и Пэтти Кеннон.
Пэтти Кеннон была, возможно, прирождённой убийцей. Согласно брошюре «Рассказ и признания Лукреции П. Кэннон», опубликованной в 1841 году, отец Пэтти Кэннон, Л. П. Хэнли, был сыном английского дворянина. Семья отреклась от него из-за разгульного образа жизни и женитьбе на жрице любви. Из-за финансовых проблем Хэнли и его жена отправились в Монреаль. Там они для пополнения бюджета стали возить контрабанду между Монреалем и городами в штатах Нью-Йорк и Вермонт. Дела быстро пошли в гору, Хэнли богатели и считались весьма респектабельным семейством. Настоящие источники богатства они не афишировали. Однако некий Александр Пейн узнал о нелегальном бизнесе и пригрозил сдать их полиции. Был ли он неравнодушным гражданином или банальным шантажистом, история умалчивает, но глава семейства решил проблему радикально, пустив в ход топор. Однако сбежать с места преступления он не успел, его поймали и повесили за убийство. Миссис Хэнли вернулась к своему прежнему занятию и открыла «дом развлечений для путешественников, ищущих удовольствий». Как не трудно догадаться, родители воспитывали дочерей своеобразно. При этом мать смогла их выдать за обеспеченных мужчин.
Пэтти была младшей. По некоторым источникам её настоящее имя было Лукреция, но документальных подтверждений этому нет. Точная дата рождения неизвестно, ориентировочно 1759/1760, но иногда называют 1769 (дамы ведь нередко пытаются скосить себе возраст). Когда Пэтти было шестнадцать лет, она вышла замуж за Джесси Кэннона (в брошюре он назван Алонсо Кэнноном), колесного мастера из Делавэра. Мужчина заболел во время своего визита в Норткантри, а «сердобольная» миссис Хэнли, узнав, что Кэннон богат, занялась лечением, попутно поощряя его отношения с младшей дочерью. После выздоровления миссис Хэнли убедила Кэннона жениться на Пэтти и забрать её с собой в Делавэр. По другим источникам муж был богатым фермером. Они поселились на реке Нантикок, недалеко от границы с Мэрилендом, и жили несчастливо и недолго. У них родилось двое детей. По другим источникам у них точно была одна дочь, а про других детей неизвестно. Затем мужчина стал болеть и умер. Знакомые думали, он не вынес скверный характер жены, но спустя много лет она призналась, что просто медленно травила его. Позже она также призналась, что минимум с одним собственным ребёнком она тоже расправилась, когда ему было всего три дня от роду.
Родная дочь Пэтти дважды выходила замуж. Известно, что оба мужа были преступниками. Первым мужем был Генри Бреретон, официально кузнец. В 1811 году Бреретон был осуждён и заключён в тюрьму за похищение людей с целью продажи в рабство, но сбежал из тюрьмы. Позже он был пойман, осуждён за убийство в другом деле и повешен вместе с одним из своих сообщников, Джозефом Гриффитом. Второй муж Джо Джонсон не сильно отличался от первого.
Когда именно сама Пэтти решила начать свой криминальный бизнес, история умалчивает. Однако она смогла собрать шайку головорезов и была безусловным лидером. Пэтти и её второй зять Джо Джонсон построили дом и открыли там таверну, известную как «Таверна Джо Джонсона». Предположительно, здание находилось на границе между Делавэром и Мэрилендом, так что, если бы туда вошли представители власти, даме нужно было бы сделать всего несколько шагов, чтобы оказаться в юрисдикции другого штата. Опытным глазом она оценивала материальное положение постояльцев, и, если они казались обеспеченными, их грабили. Позже подельники признавали, что таких жертв накопилось на целое кладбище.
Конгресс США запретил ввоз новых рабов в 1807 году. Спрос на рабский труд по мере роста производства хлопка только рос. Из-за этого цена рабов резко выросла. До Гражданской войны Делавэр был формально рабовладельческим, но в 1830 году только 4 % его населения составляли рабы; 20 % населения были свободными чернокожими. С одной стороны беглым рабам с Юга здесь было проще затесаться в ряды свободных людей. С другой свободных было удобно воровать и продавать в рабство, ведь они формально «ничейные», хозяева, как на Юге, не хватились бы. В итоге дама наладила этот прибыльный бизнес. Среди подельников были самые разные люди. Например, Роберт Бреретон, родственник покойного зятя, сотрудничал с бандой по крайней мере до 1826 года. Банда купила парусное судно, чтобы перевозить пленников, и наняла нескольких чернокожих для помощи в работе. Чернокожий по имени Рэнсом ходил по городу, знакомился с местными, а в итоге заманивал людей на корабль. Среди преступников были чернокожие Генри Карр и Джон Пурнелл, которого называли «желтым» или «мулатом» и который использовал несколько псевдонимов. Они легко втирались в доверие. Как только люди оказывались на борту и спускались в трюм, люки закрывались, а пленников приковывали цепями, отвозили на Юг и продавали. Также Пэтти сотрудничала с публичными домами, куда продавала и женщин, и мужчин, и даже детей. Конечно, это было незаконно, зато прибыльно. Если дети ей мешали, участь их была решена. Сохранились свидетельские показания о том, что однажды её раздражал 5-летний мальчик, у которого случались припадки. Пэтти сунула его в камин.
Банда действовала по всему побережью. «Бизнес» упрощало то, что в Филадельфии, штат Пенсильвания проживало самое большое количество свободных чернокожих американцев на Севере, а в довоенные годы там не было профессиональной полиции. В некоторых других местах с борьбой с преступниками тоже была беда. К тому же белые не особо интересовались похищением чёрных. Однако в Филадельфии появился активный мэр, Джозеф Уотсон, квакер, который вместе с чиновниками из Миссисипи и Алабамы предпринимал согласованные действия в защиту похищенных свободных чернокожих. Это включало в себя оплату сбора письменных показаний под присягой, а в случае с Корнелиусом Синклером в 1827 году — оплату поездки белого свидетеля в Алабаму для подтверждения его личности. Рассказы жертв похищения, которые обрели свободу в 1826 году, были опубликованы в аболиционистском журнале The African Observer, выходившем в Филадельфии с 1826 по 1827 год. Рассказывали в том числе о Пэтти и её зяте, который был особенно жесток с пленниками. Лидия Смит, 25-летняя свободная чернокожая женщина, дала показания о том, что её похитили в 1825 году и держали в доме Кэннона, а затем перевели в таверну Джонсона. Там она провела пять месяцев, пока её не отправили на юг вместе с большой группой похищенных свободных чернокожих, которых продали в рабство.
Тучи над криминальными бизнесменами стали сгущаться в 1820-х. Про обстоятельства версии разные. По одним источникам путешественник, остановившийся в таверне на ночь, был ограблен и убит. Когда он не прибыл в пункт назначения, возникли подозрения. Пока соседи вели расследование, один из членов банды по секрету рассказал им, что в подвале происходит что-то ужасное. Они сообщили об этом шерифу, который на следующий день пришёл в дом с ордером и дюжиной вооружённых людей. На чердаке шериф обнаружил двадцать одного человека в цепях, ожидавших отправки на невольничий рынок. Их немедленно освободили. Пэтти и все члены банды были арестованы и доставлены в Джорджтаун, штат Делавэр, для суда. Один из членов банды дал показания в пользу государства и рассказал полиции, где были закопаны тела. Пэтти и двое её сообщников были якобы признаны виновными в убийстве и приговорены к повешению. Ещё трое были признаны соучастниками и приговорены к четырём годам тюремного заключения. По другой версии этой истории, убийство путешественника не было раскрыто до тех пор, пока четырнадцать лет спустя не начали пахать поле и не обнаружили его неглубокую могилу. После этого открытия один из членов банды предал Пэтти. Однако историки считают, что саму Пэтти никогда не судили за похищения людей.
Впервые членов банды Кэннон судили в мае 1822 года. Джо Джонсон был приговорён к позорному столбу[13] и 39 ударам плетью; согласно записям, приговор был приведён в исполнение. Пэтти и нескольких других членов банды, хотя и обвинили вместе с Джонсоном, по-видимому, не привлекли к ответственности. И похищения продолжились.
В 1829 году на ферме, принадлежавшей Кэннон в Делавэре, были обнаружены тела четырёх чернокожих, в том числе троих детей. Фермер-арендатор нашёл их останки, когда пахал землю. В апреле 1829 года дело Пэтти Кэннон было рассмотрено большим жюри из 24 белых мужчин. Даму обвинили в убийстве этих четверых людей. Среди свидетелей обвинения был Сайрус Джеймс, мулат, которого в семилетнем возрасте купила обвиняемая. Парень позже не раз участвовал в преступлениях и помогал заманивать людей. Кэннон призналась почти в двух десятках убийств чернокожих, похищенных с целью выкупа, и умерла в тюремной камеры в ожидании суда 11 мая 1829 года. По одной версии смерть была естественной, по другой женщина приняла яд.
Изначально её тело было похоронено на кладбище тюрьмы Джорджтауна, штат Делавэр. До того как в XX веке на этом месте построили парковку, её останки, как и останки двух других женщин, были эксгумированы и перезахоронены на поле для гольфа рядом с новой тюрьмой.