Соболиный рай.
Есть у меня дружбан. Зову его Саня, Александр Николаевич Чугуевец — позывной Чупус. Сейчас он олигарх городского масштаба, был некоторое время политиком — занимал место в нескольких каденциях местной Думы. Я знаю его давно, с первого курса института. Он не учился у нас, но постоянно околачивался у нас в общаге. Всё время барабанил по столу палочками и весьма неплохо барабанил в какой-то рокгруппе. Он немного постарше меня, на год наверное и являлся студентом политехнического техникума, студенты которого жили на этаж выше нас.
Короче был душа нашей компании. После института наша компания не распалась, а напротив, сплотилась. В 90 - е годы Саша крутился как мог. Работа бурильщиком на станке канатного бурения его не прельстила и он ударился в торговлю — благо перспективы в это время это сулила большие. Если конечно способности есть. А способности у Сани к этому роду заработка были необыкновенные. Чутьё на уровне подсознания, деловая хватка, многочисленные знакомства в городе по техникуму и политехническому институту позволяли жить весьма справно. Торговал он всем, что приносило прибыль — ларьки, магазины, японские машины. В том числе и местными биологическими ресурсами — соболиными шкурками и бивнями мамонта. А когда он отлучался из города, всё работало исправно.
Спецоперация
К чему сия прелюдия? А, как раз, для повествования о работе деревенских спецслужб. Кои на страже и т. д.
Короче, задумал Чупус провернуть операцию по покупке и перепродаже меха соболя. А мех соболя водится на Колыме. А на Колыме живём мы — его друзья по институтской общаге. В частности, в посёлке областного значения, Сеймчане, центре Среднеканского района. И в этом районе в основном был неплохой соболь в отношении оттенков — чёрный с сединой, без седины, имел самую высокую цену на рынке. Многие наши знакомые из Магадана приезжали к нам скупать шкурьё, но Санёк наш друг и ему были оказаны все возможные преференции и содействие. Жил он у меня в отдельной квартире, ездил на наших «конях» и пользовался нашими знакомствами с местными «трапперами». Мы — это кооператив «Колхоз «Путь», основателем коего был мой одноклассник Лёша, а работниками были мы, я и другие мои одноклассники.
– Саня, я пошёл на работу, свари что-нибудь на обед. Сможешь?
– Конечно. Сварганю, пальчики оближешь! – Кстати, дома он даже не разогреет еду, если она ещё не стоит в кастрюльке на плите.
Весь день Саня тусовался в нашем магазине, а вечером он шёл к охотникам скупать меха. Он приценивался, торговался и, в конце концов, покупал за живые денежки. Шкурьё было отменное, вся «некондиция» охотниками отправлялась в госпромхоз, в счёт выполнения плана добычи.
Всё действо развивалось примерно дней пять. На второй же до наших ушей (что поделаешь — деревня) дошло, что за Александром Николаевичем вьётся хвост. Слежка была бестолковая, на милицейском Уазике.
Поинтересовались у коллег «Пинкертонов». Коллеги подтвердили, за одним из круглых столов в бане — точно, следят из ОБХССа (отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности), сегодня эта служба шифруется как ОБЭП (отдел по борьбе с экономическими преступлениями). Некто Дима, в Сеймчане его называли «Волоокий». Он слегка напоминал по манере работы героя Михаила Ефремова из фильма «Берегись автомобиля».
Саша, когда скупил весь товар в посёлке, поехал в Магадан на рейсовом автобусе с двумя клетчатыми сумками, столь любимыми российскими челноками и ставшие, на то время, символом России. Я проводил Чугуевца на автобус и пошёл работать. Вдруг после обеда он объявляется в дверях нашего магазина.
– Что случилось? Автобус сломался?
– Нет, обэхээсники сняли с автобуса и привезли в Сеймчан. Пытали два часа — всё искали шкурьё.
Позже, на вечернем саммите Олег, мой дружбан и, по совместительству, начальник отдела вневедомственной охраны поведал о секретной операции по поимке спекулянта и торговца несанкционированным товаром без надлежащего оформления.
Группа захвата дежурила на дороге «Сеймчан — Магадан» где-то на 70 - м километре. Остановили автобус, предъявили мандат и привезли Сашу в райотдел милиции.
– Ну давай, выкладывай!
– Что выкладывать? – Чупус сделал круглые глаза.
– Соболей, которых ты скупал по всему посёлку.
Саня достал две выделанные шкурки, с печатями, готовые к пошиву.
– А остальное? – С загадочным видом поинтересовался Дима, кивнув на полные сумки. Вова достал из сумок две подушки.
– Всё! Больше ничего нет.
Все Димины дружбаны из соседних отделов, сгрудившееся в кабинете в предвкушении победы закона над беззаконием, притихли. А потом с шумом разошлись по рабочим местам.
Забыл поведать читателю, что соболя уехали с нашей грузовой машиной с водителем Петькой Никифоровым накануне. Я дал Саше, с возвратом, две подушки. Вечером позвонил Петя и доложил, что всё в порядке, груз доставил Светлане, жене Сани.
Александр, на второй же день пребывания в посёлке, пошёл в универмаг и купил двух зачуханных соболей made in Магаданский кожзавод. Всё это сложил в сумки и поехал в областной центр на автобусе.
Короче, этот простоватый на вид лохматый человек обмакнул в гуано целое подразделение районного милицейского отдела. Причём, сделано было настолько изящно, что засело в моих мозгах на долгие 35 лет.
Финал
Но это ещё не конец истории. Заработок гения возрос как минимум вдвое после собственно продажи мехов в городе.
Александр Николаевич, по телефону, дал объявления в разных средствах массовой информации о покупке соболя по явно завышенной цене. И, по приезду, довольно дорого сбыл весь мех.
Даже не знаю, что сказать про этот «вопиющий случай». Для меня это вообще нечто, напоминающее комбинацию советской контрразведки. А над Димой долго ещё потешались в отделе. И, кстати, это был не последний его провал...