Его голос — негромкий, лиричный баритон — стал таким же узнаваемым символом, как и сам образ легендарного Штирлица. Но путь к народной любви был отмечен не только триумфами.
Вячеслав Тихонов пришел в кинематограф на излете 1940-х, а 1950-е стали временем его стремительного взлета. Это была эпоха «поющего кино». Молодой, обаятельный актер с открытым взглядом идеально вписался в ее ритм.
В 1955 году в фильме «Звезды на крыльях» его герой, курсант-летчик, впервые запел с гармошкой в руках, пытаясь покорить сердце красавицы. С тех пор музыкальный талант Тихонова стал его визитной карточкой.
Он пел в лирической драме «Дело было в Пенькове» (1957), в остросюжетном «ЧП – Чрезвычайное происшествие» (1958) и в поэтичной военной новелле «Майские звезды» (1959).
Его герои — будь то веселый одессит или сдержанный сапер — пели о любви, тоске по дому и надежде. Эти роли раскрывали совсем другого Тихонова — живого, теплого, далекого от будущей аристократической сдержанности.
Казалось бы, фактура — аристократизм, внутренняя глубина — идеально подходила для роли князя Андрея Болконского в грандиозной экранизации «Войны и мира» Сергея Бондарчука.
Однако работа, которая должна была стать звездным часом, обернулась тяжелейшим кризисом. Критика была безжалостна, неудача могла стоить карьеры. Актер, по свидетельствам, был близок к уходу из профессии.
Спасение пришло от режиссера Станислава Ростоцкого. Он буквально заставил сомневающегося Тихонова сыграть учителя истории Мельникова в фильме «Доживем до понедельника» (1968).
Эта роль не просто вернула актера, она стала одной из вершин его творчества и советского кинематографа в целом.
Именно в этой картине прозвучала, пожалуй, самая пронзительная песня в исполнении Тихонова — «Спой мне, иволга, песню пустынную...».
Она стала его творческим и личным гимном, символом судьбы, овеянной и славой, и грустью. Эту песню он часто исполнял на встречах со зрителями, а теперь ее поет в память об отце его дочь, Анна Тихонова.
После «Доживем до понедельника» Тихонов в кино практически не пел. Исключением стал культовый Штирлиц. В картине «Семнадцать мгновений весны» (1973) его герой, в образе немецкого офицера, беззвучно напевает про себя «Ой, ты степь широкая...».
Этот момент, где мы слышим внутренний голос разведчика, стал гениальной находкой, раскрывающей всю тоску по Родине.
Его певческая палитра была удивительно разнообразна: от разудалых матросских куплетов в «Оптимистической трагедии» (1963) до душевной солдатской песни под гитару в военной драме «На семи ветрах» (1962).
Не имея профессионального музыкального образования, Тихонов обладал редким даром искренности. Он не исполнял песню — он проживал ее вместе с героем.
Основано на биографических материалах.
ВСЕ ФОТО — из открытого доступа Яндекс.Картинки