Каждый, кто хоть раз делал ремонт в квартире с целью создать «скандинавский минимализм», знает, как трудно бороться с вещами из прошлого. Но еще труднее бороться с родственниками, которые считают, что пустые углы в доме — это признак бедности и душевной пустоты. Эта история о том, как один нелепый подарок чуть не поссорил нас с мужем, но в итоге открыл глаза на великую тайну круговорота вещей в природе (и в нашей семье).
Битва за пространство
Всё началось в субботу утром, когда мы с Игорем блаженно пили кофе, любуясь нашей пустой гостиной. Мы только закончили ремонт: светлые стены, никакой лишней мебели, много воздуха. Идиллия длилась ровно до звонка в домофон.
На пороге стояла Анна Сергеевна, мама Игоря. Она тяжело дышала, а в руках сжимала огромную сумку, из которой торчало что-то завернутое в старое байковое одеяло.
— Ну, принимайте наследство! — торжественно провозгласила она, втискиваясь в коридор. — Я решила, что вам это нужнее. Всё-таки молодая семья, должны обрастать традициями.
Мы с мужем переглянулись. В прошлый раз «традиции» выглядели как набор алюминиевых кастрюль 1980 года выпуска, в которых пригорала даже вода.
Анна Сергеевна прошла в центр гостиной, окинула критическим взглядом наш минимализм, цокнула языком («Как в больнице, честное слово») и начала разворачивать сверток.
На свет появилось Оно. Это была метровая керамическая статуя собаки. Или волка. Или странного гибрида медведя с таксой. Животное сидело на задних лапах, держа в передних вазу для цветов, а его морда выражала такую глубокую скорбь, что хотелось немедленно извиниться перед ним за все грехи человечества. Покрытие было выполнено в стиле «дорого-богато»: золото, блестки и какие-то ядовито-зеленые стразы вместо глаз.
— Это Граф! — представила чудовище свекровь. — Папа подарил мне его на десятилетие свадьбы. Настоящий раритет, ручная работа кооператива "Заря". Я заметила, у вас в углу пустовато. Граф идеально туда впишется и будет охранять очаг.
Жизнь с Графом
Отказать мы не смогли. Игорь — человек мягкий, маму расстраивать не любит. Анна Сергеевна прочитала нам лекцию о том, что эта вещь заряжена на успех, и ушла, оставив нас наедине с зелеными глазами Графа.
Целую неделю мы жили как в триллере. Ночью, идя в туалет, я вздрагивала, натыкаясь взглядом на блестящий силуэт в углу. Наш кот Барсик, животное с тонкой душевной организацией, начал обходить гостиную по широкой дуге, шипя в сторону «фамильной ценности».
— Игорь, давай уберем его на балкон? — умоляла я. — Скажем, что он там «дышит свежим воздухом».
— Мама придет через неделю на проверку, — вздыхал муж. — Если Графа не будет на месте, начнется скандал про неуважение к памяти отца и наплевательское отношение к корням. Потерпи.
Терпеть становилось все сложнее. Граф не просто стоял — он доминировал. Он был центром притяжения пыли и нелепости. К тому же он был на удивление тяжелым и неустойчивым.
Роковой день
Развязка наступила в пятницу. Я затеяла влажную уборку. Нужно было протереть пол за статуей. Я попробовала сдвинуть Графа одной рукой — не вышло. Уперлась двумя, потянула на себя...
В этот момент Барсик, видимо, решил, что настало время для атаки на врага, и с боевым кличем прыгнул прямо на керамическую голову чудовища.
Я отшатнулась, рука соскользнула. Статуя покачнулась, описала дугу и с грохотом, достойным падения Римской империи, рухнула на пол.
Тишина, повисшая в квартире, звенела. Прибежал Игорь. Мы стояли над останками Графа, как преступники над уликой. Голова с вазой откололась начисто, бок треснул, обнажив темное нутро.
— Мама нас убьет, — констатировал факт муж. — У нее завтра день рождения, мы должны были накрывать стол здесь... с Графом во главе.
Я присела, чтобы собрать осколки, надеясь, что суперклей сотворит чудо. И тут я заметила это.
Внутри статуи, приклеенный скотчем к внутренней стенке (видимо, еще на этапе производства или сразу после покупки), виднелся сверток.
— Игорь, там что-то есть, — прошептала я.
Муж побледнел. Мысли заметались: заначка свекра? Старые облигации? Письмо в будущее? Может, Граф — это не просто безвкусная статуя, а сейф?
Тайна золотой собаки
Я аккуратно отлепила бумагу. Это был тетрадный листок в клеточку, пожелтевший от времени. Сложен он был треугольничком, как фронтовое письмо.
Мы с Игорем сели прямо на пол среди осколков. Руки дрожали. Я развернула листок. Почерк был не Анны Сергеевны и не отца Игоря. Это был размашистый, крупный почерк с сильным нажимом.
Текст гласил:
Дорогая Анечка!
Поздравляю тебя с 10-летием вашей свадьбы!
Дарую тебе этого пса. Продавщица сказала, что это "символ верности", но я считаю, что это символ моего терпения. Ты подарила мне на юбилей тот кошмарный ковер с оленями, который собирает моль со всего района. Теперь твой черед страдать. Эту собаку невозможно разбить (я проверяла молотком), и она не влезает ни в один шкаф.
Любуйся, дорогая невестка.
С любовью, твоя свекровь Зинаида Петровна.
1995 год».*
Мы перечитали записку дважды.
— Зинаида Петровна... — прошептал Игорь. — Это же бабушка Зина. Папина мама.
— То есть... — до меня начал доходить смысл. — Твоя мама не покупала эту статую? И папа ей ее не дарил?
— Выходит, это была месть бабушки за ковер...
И тут нас прорвало. Мы хохотали так, что Барсик, который прятался под диваном, вылез посмотреть, не сошли ли хозяева с ума. Мы смеялись до слез, представляя, как Анна Сергеевна (тогда еще просто молодая невестка Аня) мучилась с этим монстром так же, как и мы. И как она, спустя годы, решила изящно избавиться от проклятия, передав его нам под видом «фамильной ценности».
Неожиданная развязка
На следующий день пришла Анна Сергеевна. Она сразу заметила отсутствие Графа. Ее лицо начало приобретать суровое выражение, готовое к лекции о неблагодарности.
— Мама, — перебил ее Игорь, еле сдерживая улыбку. — Мы разбили Графа.
— Как?! — она схватилась за сердце. — Это же память! Это же...
— ...символ терпения Зинаиды Петровны? — закончила я и протянула ей записку.
Свекровь взяла листок. Она читала долго. Мы видели, как меняется ее лицо: от недоумения к узнаванию, а потом... Ее плечи затряслись. Анна Сергеевна смеялась.
— Ах, Зинаида... Ведьма старая, — вытирая слезы, сказала она, но в голосе не было злобы. — А я ведь правда думала, что это муж купил. Он принес коробку, сказал "подарок от мамы", я и не открывала при нем... А потом неудобно было выкинуть. Думала, обидится. Всю жизнь его ненавидела! Это страшилище мне все ноги в коридоре отбило!
— Так ты нам его отдала, чтобы избавиться? — хитро спросил Игорь.
Анна Сергеевна лукаво улыбнулась:
— Ну, вы же просили помочь с декором. А мне он уже глаз намозолил. Думала, у вас квартира большая, потеряется где-нибудь.
В итоге мы пили чай с тортом и вспоминали бабушку Зину, которая обладала весьма специфическим чувством юмора. Осколки Графа мы торжественно вынесли на помойку. А записку Анна Сергеевна забрала себе. Сказала, положит в шкатулку — как настоящую фамильную ценность. Напоминание о том, что не все подарки делаются от чистого сердца, но некоторые из них способны объединить семью — особенно когда они разбиваются.
Как вам сегодняшняя история? Случались ли у вас подобные курьезы с "неприкосновенными" подарками от родни? Пишите в комментариях.
*Все имена, персонажи и события в данной статье являются вымышленными. Любое совпадение с реальными людьми или ситуациями — чистая случайность.