Обсуждаем малоизученную реформу синодального периода — введение института инквизиторов в 1721–1727 гг., ставшее отражением петровской политики секуляризации и контроля над церковью.
На основе законодательных актов, документов Синодальной канцелярии и материалов региональных консисторий и монастырей анализируется замысел, нормативную базу и практику реализации реформы.
Показано, что инквизиторы, созданные по аналогии со светскими фискалами, должны были осуществлять надзор за монастырями, духовенством и церковным имуществом, однако из-за организационных и материальных проблем институт не достиг поставленных целей. Среди инквизиторов оказались как добросовестные ревизоры, так и злоупотреблявшие властью лица, использовавшие доносительство для вымогательства и личной наживы. Отсутствие ответственности за ложные доносы, зависимость от штрафов и конфликты с епархиальными властями подрывали эффективность реформы, которая была свернута уже в 1727 году. Реформа продемонстрировала сопротивление церкви петровским нововведениям и стала примером неудачной попытки перенести светские бюрократические механизмы в духовную сферу.
Часть первая:
История инквизиции
История инквизиции в католической Европе давно стала одним из ярких эпизодов, известных и исследователям, и широким кругам читателей. О существовании инквизиторов в православной России помнят лишь исследователи, специализирующиеся на истории Церкви синодального периода.
Научных публикаций по этой теме мало. Наиболее фундаментальной до сих пор остается обширная статья профессора Санкт-Петербургской духовной академии доктора церковного права Тимофея Васильевича Барсова «О светских фискалах и духовных инквизиторах», изданная в 1878 г. Целью его исследования было сравнение правовых основ и практики деятельности этих институтов. Т. В. Барсов считал институт инквизиторов в целом полезным учреждением, способствовавшим усилению надзора за исполнением законодательства, но не воспринятым обществом и не получившим должной поддержки от официальных органов.
В контексте изучения истории Московского епархиального управления некоторые сведения о Приказе инквизиторских дел, существовавшем в Москве и связанном в своей деятельности с Московской духовной дикастерией, приводятся в статье В. В. Олевской. Сравнению российских и европейских католических инквизиторов посвящена студенческая публикация И. П. Зимакова.
Изучение истории инквизиторов в России затрудняет сохранность источников. Институт инквизиторов просуществовал недолго и после ликвидации в 1727 г. все бумаги его центрального органа — Приказа инквизиторских дел — должны были поступить в Московскую синодальную канцелярию, архив которой сохранился только с 1730 г. В архивном фонде канцелярии Синода (ф. 796 в РГИА) остались документы, связанные с рассмотрением в Синоде доношений из Приказа инквизиторских дел, и следственное делопроизводство по доношениям на провинциал-инквизиторов. В фондах монастырей и архиерейских домов различных региональных архивов тоже могут содержаться отдельные документы, связанные с деятельностью инквизиторов в 1722–1727 гг., однако их выявление весьма затруднено, поскольку они редко фиксируются в описях этих весьма обширных собраний. Найденные в фондах Тобольской и Вятской духовных консисторий и Далматовского Успенского монастыря материалы использованы в данной статье.
Источник: Bogoslov.ru / Нечаева Марина Юрьевна, канд. ист. наук, ст. науч. сотр. Центра методологии и историографии Института истории и археологии УрО РАН.