Сегодняшний кризис европейской цивилизации на удивление схож с кризисом столетней давности. И ставит практически те же задачи.
Осознание необходимости ограничения власти капитала, купирования её негативных последствий, хорошо описанных Гюставом Лебоном, ужас невиданной по масштабам (и ничтожной по поводам) войны, привело в начале прошлого века к появлению целого ряда по своей природе гуманистических проектов разной степени успешности и разной судьбы.
Радикальнее всех поступил социализм. Нет буржуазии – нет плутократии, нет коррупции, нет войны из-за шкурных интересов. В общем, уничтожил капиталистов как класс. Что получилось – все мы видели. Вопрос только - причина фиаско в самой идее или ее исполнении? В частности, у меня всегда возникал вопрос – если эксплуататорских классов нет, то почему советская политическая система отказывается от демократии? Условно – КПСС и какая-нибудь аграрная партия (или даже две). Глядишь, и с продовольствием проблем бы не было.
Но всё же от модернизационного потенциала частного бизнеса и энергии деловой активности вот так просто отказываться не хотелось. И после Первой мировой войны в Европе занялись поиском Третьего пути – чтобы и волки были сыты, и овцы целы.
Наиболее модным течением интербеллума был фашизм. Нет, он не имел еще нехорошего штампа и был вполне так рукопожатным. Ну а как быть – иначе пришлось бы не пожимать руки половине Европы. Италия, Испания, Австрия, где-то рядом Румыния, Венгрия и вся Прибалтика. Португалию забыл.
Фашизм наиболее мягко обошелся с капиталом, лишь лишив его прямого политического влияния через систему выборов и влияния на душу нации через культуру и воспитание молодежи.
Всё остальное – пожалуйста. И малый бизнес, и гигантские производства типа Фиата, и банковский капитал.
Так как идеологическая программа - «Доктрина фашизма» Кировским районным судом города Уфы (очень надо понимать компетентный и высокий орган) признана экстремистской, придется всё своими словами. Любые совпадения случайны.
Итак.
Фашизм это в первую очередь культ государства. Нация воспринимается не как раса или совокупность жителей определенной местности, но как длящаяся в истории группа, множество, объединенное общим проектом, каковым и является государство. Т.е. не нация создает государство, а государство создает нацию, давая народу простор для творчества и возможность эффективного осмысленного существования.
С философской точки зрения фашизм является антипозитивистской концепцией. Но при этом остается гуманистической, отрицая существование центра жизни вне человека.
Это сочетание утверждения свободы воли в сочетании с анти-экономизмом выводит массы из под гипноза потребительства, возвышая человека до способности к некоммерческому служению.
Как писал весьма далекий от фашизма писатель, историк и философ Эрнст Ренан
«Принцип, что общество существует только для благополучия и свободы индивидов, его составляющих, не представляется согласным с планами природы, где принимается во внимание только вид, а индивид приносится в жертву. Нужно весьма опасаться, что последним словом так называемой (спешу прибавить, что ее можно понимать и иначе) демократии станет такое социальное общество, в котором выродившаяся масса будет заниматься одним: предаваться гнусным наслаждениям грубого человека»
Для фашизма человек - это индивид, единый с нацией и Отечеством, подчиняющийся моральному закону, связующему индивидов через традицию, историческую миссию и характер нации. Только так можно парализовать животный инстинкт, ограничивающий человека кругом мимолетного наслаждения и создать высшую жизнь, преодолевающую границы времени и пространства. В этой жизни индивид путем самоотрицания, жертвы частными интересами, даже подвигом смерти осуществляет чисто духовное бытие, в чем и заключается его человеческая ценность.
Понятно, что не всякое государство достойно служения и тем более жертв. Например, бездушное чучело, служащее для обогащения одних и подчинения остальных их животным хотелкам – это или тюрьма или дисциплинарный санаторий, как описывал его Лимонов.
Под государством фашизм априорно полагает систему, защищенную от политического и морального влияния плутократии и уже одним этим неизбежно становящуюся волей всей нации.
Сохраняя народную природу, оно является формой коллективной личности, носителем и проводником национальной воли народа.
Такое государство невозможно ограничить задачами порядка и охраны, как этого хотел либерализм. Это не простой механизм, разграничивающий сферы предполагаемых индивидуальных свобод. Государство есть внутренняя форма и норма, дисциплинирующая всю личность и охватывающая, как ее волю, так и разум.
(Да, кстати! Именно фашизм дал «второе дыхание» термину плутократия, но уже не как обозначению режима с высоким избирательным цензом, а как такое положение вещей, когда собственники основных состояний не имея формальных преимуществ фактически пользуются своими финансовыми возможностями для осуществления преобладающего влияния на выборы и вообще на ход государственной жизни)
Как же практически реализовывался механизм политической стерилизации капитала?
А для этого использовалась на ходу придуманная австрийским экономистом и социологом Отмаром Штанном хитроумная конструкция под названием вертикальная профессиональная корпорация.
Больше всего это походило на обязательные и всеобщие профсоюзы с расширенными правами, в которых были объединены и сотрудничали друг с другом и рабочие, и предприниматели, и даже обслуживающий персонал, в идеале вырабатывая взаимоприемлемые трудовые отраслевые договоренности, формулируя средневзвешенные интересы и продвигая их реализацию на государственном уровне.
Так, в Италии переход к корпоративному устройству государства был провозглашен «Хартией труда» 1927г. Были созданы 22 корпорации по отдельным отраслям экономики (включая самозанятых).В 1938 году парламент вообще был распущен и вместо него функции представительной власти осуществляла «Палата фасций и корпораций».
Фактически возникла система, которую можно назвать корпоратократия.
Не сказать, что в результате наступила идиллия, но в 20-30-е годы Италия демонстрировала темпы роста ВВП порядка 5% в год (это с учетом периода Великой депрессии) и общий рост качества жизни населения.
Вторая мировая пресекла итальянский эксперимент, зато продолжил существование испанский фашизм, вождю которого генералу Франко хватило ума оказаться в стороне от мировой бойни.
Схема политической и экономической организации была схожей - 26 отраслевых профсоюзов-корпораций, имевших вертикальную структуру – т.е. объединявших владельцев предприятий, административный персонал, служащих и рабочих, обладали административными полномочиями и направляли своих представителей в состав парламентов - Кортесов всех уровней.
Так вот. Испанский фашизм спокойно просуществовал до самой смерти каудильо (вождя) Франсиско Франко и даже дальше – до референдума декабря 1978 года и новых выборов в Кортесы весны 1979-ого.
И надо сказать, что испанская корпоратократия благополучно пережила блокады, санкции и непризнание мировыми плутократиями, выдав мощный экономический рывок 1959-1973 годов, заставивший мир закрыть глаза на «преступное прошлое» испанского фашизма, назвать его франкизмом и вернуть в чисто рукопожатных европейских государств.
Корпоратократия (назовем это так, ведь слово «фашизм» до сих пор имеет некоторую остаточную негативную окраску) в том или ином формате периодически проявлялась и проявляется даже сегодня, особенно в динамичном Третьем мире. От Латинской Америки и до Южной Кореи.
Со стороны либеральных кругов можно услышать «обвинения» в фашизме даже в адрес российского цезаризма, что является политическими спекуляциями.
Цезаризм нисколько не ограничивает власть капитала, сохраняя абсолютно противное фашизму общество потребления с его эгоистически-гедонистской установкой. Он только формирует состав этих «хозяев жизни», концентрируя в руках ближнего круга все ресурсы государства. Ни о каком балансе интересов правящего круга и народа или о возможности защиты трудящими своих прав на государственном уровне тут нет даже речи.
А вот минусы у режимов почему-то схожи. И главный – сильнейшая завязанность политической системы на личности вождя, уход которого (или просто отход от власти) приводит к обрушению всей системы.
Оставим корпоративизм себе на заметку. Однако поиск Третьего пути на нем не завершился, а породил, пожалуй, самое спорное и самое противоречивое, самое трагическое и самое притягательное явление XX века.
Но это совсем другой разговор...
P.S. Почему фашизм - это гуманизм? По определению. Ведь гуманизм — система взглядов, стремящаяся понять мир и место человека в нём без привлечения концепции сверхъестественного.