Представьте себе Санкт-Петербург пару-тройку веков назад. Город только строится, земля — на вес золота (да ещё и на болотах, что добавляет пикантности). И тут великий комбинатор Пётр I выдаёт гениальный указ: «Строить дома сплошной фасадой!» То есть — впритык друг к другу, чтобы улицы выглядели как парадный строй гвардейцев.
Ну а дальше… Дальше включилась святая русская смекалка и жажда наживы. На сцену вышли владельцы доходных домов — эти ребята понимали: чем больше квартир, тем больше денег. А как впихнуть невпихуемое? Элементарно!
Шаг первый: застраиваем участок по максимуму. Ни сантиметра пустоты!
Шаг второй: надстраиваем этажи. Пять? Шесть? А почему бы и не семь, если соседи не против (а они, конечно, против, но кто их слушает).
Шаг третий: добавляем хозяйственные пристройки, галереи, переходы — всё, что влезет.
Шаг четвёртый: любуемся результатом — вот он, двор-колодец, таинственный и немного зловещий.
Так и получилось, что вместо просторных дворов с клумбами и лавочками появились эти архитектурные «шкатулки» — с высокими стенами, узкими проходами и небом где-то там, далеко вверху.
А зачем так сложно? Да всё ради выгоды!
Экономия земли. В центре города каждый метр — сокровище.
Максимум квартир. Чем плотнее застройка, тем больше арендаторов.
Дополнительные метры. Галереи, мансарды, подсобки — всё идёт в дело.
В итоге Петербург обзавёлся целой сетью этих загадочных двориков. Одни — пятиугольные, как «Двор Ангела», другие — круглые, как дом купца Устинова, третьи — с воздушными галереями, как у дома Бака. И каждый со своей историей, легендами и, конечно, атмосферой.
Так что если вдруг окажетесь в одном из таких колодцев — не пугайтесь. Это не лабиринт, это просто… экономика в чистом виде. С налётом романтики, разумеется.