Их мир сузился до радиуса действий вокруг лагеря, но глубиной стал измеряться законами магии. «Вспомним все аниме про магию, — предложил Дима. — Должно же что-то работать». Помощник, его голос потерявший формальность и звучавший почти задумчиво, активировал протокол экстраполяции. «Рискованно, но логично. Если мир реагирует на наши шаблоны мышления... Попробуйте. Сосредоточьтесь на ощущении энергии внутри». Дима сел у костра, пытаясь почувствовать «ману». И у него получилось. Не сразу, не как в сказке, но мир откликнулся. Он обнаружил «Охотничий взгляд» — способность видеть ауру живого, подсвечивать следы и слабые места, как в любимой игре. Это была не заученная магия, а инстинктивная, часть его новой звериной природы. С ней он выследил и подстрелил первого зайца, ощутив странную смесь восторга и отвращения. Но был и другой дар — активный, творящий. Измученный и потратив почти все силы, он, сквозь зубы произнеся заклинание из аниме и до боли ясно представив результат, превратил горст