Владимир Семёнович Высоцкий (1938–1980) — не просто бард, актёр и поэт. Он стал уникальным культурным феноменом: его песни звучали в квартирах и во дворах, переписывались с магнитофона на магнитофон, заучивались наизусть — и при этом десятилетиями оставались полулегальными.
Первые стихи Высоцкий начал писать ещё в юности, но поворотным моментом стало знакомство с творчеством Булата Окуджавы. Услышав, как стихи обретают новую силу в сопровождении гитары, Высоцкий понял: музыка усиливает слово.
«Я попробовал это сделать сразу сам: тут же брал гитару, когда у меня появлялась строка, — и вдруг это не ложилось на этот ритм. Я тут же менял ритм и видел, что это даже работать помогает, т. е. сочинять с гитарой».
Он не считал себя певцом — скорее автором текстов, исполняемых под гитару. Его манера была нарочито «примитивной»: простые аккорды, рваный ритм, надрывный голос. Но именно это делало его песни узнаваемыми и живыми.
Творчество Высоцкого — энциклопедия советской жизни. В его репертуаре:
военные песни («Он не вернулся из боя», «Чёрные бушлаты», «Мы вращаем Землю») — не парадные, а пронзительно личные, о цене победы;
песни о дружбе и чести («Песня о друге», «Если друг оказался вдруг…») — ставшие гимном искренних отношений;
юмористические и сатирические («Диалог у телевизора», «Милицейский протокол») — с острым социальным подтекстом;
философские монологи («Кони привередливые», «Баллада о любви») — о смысле жизни, свободе, судьбе;
ролевые песни («Штрафные батальоны», «Тот, который не стрелял») — где автор перевоплощается в разных героев, от солдата до уголовника.
Его тексты отличались:
драматизмом — часто это монолог человека на грани;
языковой свободой — смешение просторечий, арго, высокой поэзии;
метафоричностью — даже в «блатных» песнях скрывался общечеловеческий смысл.
При жизни Высоцкий не получил официального признания. Его песни:
не выпускались на пластинках (кроме редких исключений, как саундтрек к «Вертикали»);
не звучали по радио;
критиковались в прессе как «блатные» и «аморальные».
Но именно это делало их ещё более желанными. Люди:
переписывали магнитофонные ленты друг у друга;
устраивали «квартирники» — домашние концерты;
запоминали тексты слово в слово.
Его концерты проходили в ДК, институтах, иногда даже в шахтах и воинских частях. Зал всегда был переполнен. Люди приходили не просто послушать — прикоснуться к правде, которую нельзя было услышать в официальных СМИ.
Почему его обожали
Искренность.
Высоцкий не играл — он проживал каждую песню. Его голос дрожал, срывался, но в нём была неподдельная боль и страсть.
Смелость.
Он говорил о том, о чём молчали другие: о лагерях, войне без пафоса, о лицемерии системы.
Универсальность.
Его герои — от вора до космонавта — были понятны всем. Он умел говорить на языке улицы, но с глубиной поэта.
Харизма.
Даже на плёнке чувствуется его магнетизм: он захватывал внимание с первой фразы.
После смерти Высоцкого (25 июля 1980 года) его творчество начали постепенно легализовывать:
в 1981 году вышел первый сборник стихов — «Нерв»;
в 1986 году ему посмертно присвоили звание Заслуженного артиста РСФСР;
в 1987 году он получил Государственную премию СССР за роль Жеглова и песенное творчество.
Сегодня:
его песни поют новые поколения;
музеи и памятники Высоцкому есть в России и за рубежом;
строки из его песен стали крылатыми выражениями.
Он остался голосом тех, кто не умел сказать за себя, — и потому его слушают до сих пор.
Владимир Высоцкий ушёл из жизни слишком рано — но его голос не затих. Спустя десятилетия после его смерти песни продолжают звучать: в квартирах, на концертных площадках, в наушниках случайных прохожих. Они не стали «музейным экспонатом» — они живут, дышат, находят новых слушателей.
Высоцкий пел не для эпохи — а для человека. Для того, кто любит, страдает, сомневается, борется. Его тексты — как зеркало: каждый видит в них что‑то своё, но всегда — правду. Правду о страхе и мужестве, о предательстве и верности, о смехе сквозь слёзы и о свете, который пробивается даже в самой тёмной ночи.
Высоцкий не ушёл. Он просто перешёл в другой формат — в формат вечной песни.
Пока люди будут влюбляться, терять, искать ответы, его голос будет звучать. Потому что его поэзия — это не прошлое. Это настоящее. И, кажется, будущее.
Спасибо, Владимир Семёнович. Мы вас слышим.