Вы когда-нибудь задумывались, глядя на титры любимого старого кино, кто на самом деле стоит за этими знакомыми буквами? Мы привыкли верить афишам, но правда часто оказывалась куда горше и сложнее. У одних смена имени была капризом судьбы, а у других - вопросом выживания, безопасности и даже страха за жизнь близких.
«Сыну лучше быть Мироновым»: тихий подвиг матери Андрея Менакера
Андрей Миронов. Само это имя звучит как символ легкости и искрометного таланта. Но мало кто из зрителей знал, что до третьего класса в школьном журнале будущий кумир миллионов значился как Андрей Менакер.
Почему же мать, властная и проницательная Мария Миронова, пошла на этот шаг? Конец сороковых - время тяжелое, душное. В воздухе пахло грозой, «делом врачей» и борьбой с «безродными космополитами». Фамилия отца, талантливого Александра Менакера, могла стать для мальчика клеймом, закрывающим все двери.
Это был не просто выбор фамилии, это была попытка матери спасти будущее сына, - шептались позже в театральных кулуарах. И она не прогадала. Но какой ценой далось это решение семье, где традиции всегда были на первом месте?
Из аристократов в Бабу-Ягу: тайна Георгия Милляра
А вот тут вообще история как из кино. Вы знали, что «главная старуха» советского экрана, неподражаемый Георгий Милляр, по рождению был... французским аристократом?
Его настоящая фамилия - де Мильё. Сын золотых приисков, он рос в роскоши, с гувернантками и знанием языков. Но пришел 1917 год, и замок превратился в тыкву. Чтобы не попасть под каток репрессий, семья превратилась из «де Мильё» в скромных «Милляров».
Представляете этот контраст? Человек, который мог блистать в Париже, всю жизнь прыгал в лохмотьях по болотам в образе нечисти. Может, именно эта внутренняя боль и аристократическое достоинство сделали его сказочных злодеев такими глубокими?
«Неудобный» Фердман: как родился Семён Фарада
С Семёном Фарадой ситуация вышла еще обиднее. Он никогда не собирался отказываться от своих корней. Но система решила за него.
На съемках фильма «Вперед, гвардейцы!» (да-да, это было задолго до «Гардемаринов») дирекция студии буквально поставила ультиматум: фамилия Фердман в титрах не появится. «Придумай что-нибудь... наше, советское», - намекнули актеру.
Семён Львович, человек с невероятным чувством юмора, «наиграл» себе псевдоним от слова «фара». Так Фердман стал Фарадой. Позже он официально поменял паспорт, но до конца дней в его глазах читалась эта тихая грусть человека, которого заставили стать кем-то другим.
Чеховская душа Фанни Фельдман
Фаина Раневская. Женщина-скала, женщина-цитата. Но в документах она долго была Фанни Гиршевной Фельдман.
История ее псевдонима - это смесь ностальгии и театральной романтики. Когда ее богатая семья уезжала из страны, Фанни осталась одна. Говорят, однажды она выронила деньги из кошелька, а ветер их подхватил. «Как красиво они летят!» - воскликнула актриса. Сосед по прогулке заметил: «Да вы прямо как Раневская из "Вишневого сада"».
Так родилась легенда. Но за этой красивой сказкой скрывались годы одиночества и полный разрыв с семьей, которая не приняла ее выбора стать «лицедейкой».
Ошибки, которые стали судьбой: Вицин и Пуговкин
Иногда в дело вмешивался его величество случай. Георгий Вицин по всем канонам должен был писаться через «ы» - Вицын. Но ленивая паспортистка в свое время перепутала букву. Актер не стал спорить. Ему вообще была чужда суета вокруг собственного имени.
С Михаилом Пуговкиным история еще более запутанная. По легенде, он был Пугонькиным, и на фронте или в госпитале фамилию «сократили» по ошибке. И хотя его вдова позже это отрицала, в народе эта версия живет до сих пор. Ведь нам так хочется верить, что даже в именах наших любимцев есть какая-то тайна, скрытая от глаз.
Разбитые семьи и новые имена
У многих смена фамилии была попыткой забыть боль прошлого. Зинаида Кириенко (Широкова) и Александра Яковлева (Иванес) взяли фамилии отчимов или дедушек после того, как их родные отцы исчезли из жизни - из-за разводов или репрессий.
Я не хотела носить имя человека, которого не было рядом, - как будто читалось в их решительных жестах. Для них новые титры стали билетом в новую жизнь, где нет места старым обидам.
Вадим Андреев: выбор между любовью и карьерой
Вадим Фейгельман мог бы так и остаться актером эпизодов, если бы не жесткий совет Татьяны Лиозновой. Когда он женился, режиссер прямо сказала:
«Вадик, с такой фамилией на афишу не попадешь. Бери фамилию жены, пока не поздно».
Так Фейгельман стал Андреевым. Правильно ли это? С точки зрения карьеры - безусловно. С точки зрения души... Кто знает, о чем он думал, впервые увидев свое «новое» имя на огромном плакате?
Я смотрю на этот список и понимаю: за каждой буквой в титрах - драма. Разводы, страх перед системой, попытка защитить детей или просто нелепая ошибка. Мы любили их за талант, а они выходили к нам, как на бой, прикрывшись псевдонимами, словно щитами.
А как вы считаете - должен ли артист оставаться верен своей фамилии, несмотря на запреты и «неудобство»? Или ради большой роли можно пожертвовать даже именем предков?