В детстве мною было пролито много слез из-за несправедливости родителей! Брату после школы и сделанной домашки можно было смотреть телевизор, гулять с друзьями и заниматься другими приятными вещами.
А вот я была обязана помогать маме с мытьем посуды, уборкой и другими бытовыми делами. Со своими подружками я гуляла крайне редко — только в дни, когда мне каким-то чудом давалось не так много поручений.
Впрочем, брат временами что-то делал по дому Например, под руководством отца менял лампочки или что-то чинил. Вот только эти задачи не требуют ежедневного выполнения!
Кроме того, некоторые из этих задач мне казалось очень интересными — к примеру, починка радиоприемника. И я просила папу тоже научить меня орудовать отверткой. Но он всегда отвечал, что девочкам не положено этим заниматься
Я видела несправедливым такое разделение труда и спрашивала, почему брат чаще отдыхает, чем я. А мне старательно вдалбливали, что есть мужская работа, а есть женская.
Мол, брату и отцу не к лицу заниматься готовкой, уборкой и глажкой, а мне и маме незачем лезть на стремянку с лампочкой или ковыряться в электронике. Я все равно не понимала, почему так. Да и сейчас, честно говоря, не въезжаю в эти стереотипы.
Поэтому свою семейную жизнь построила совершенно по иным принципам. С мужем на берегу договорилась, что быт будет делиться поровну, тем более, что мы работаем.
Мужа такой расклад устроил, поскольку у него в семье не было жесткой дележки обязанностей, как ни странно. Его родители оказались прогрессивными в этом плане.
Мы с мужем по очереди готовим, запускаем и развешиваем стирку. Мужу несложно пришить пуговицу, а мне — поменять лампочку.
Только во время двух моих декретов мы возвращались к более традиционной модели семьи. Но это было логично: кто больше времени проводит дома, тот и занимается бытом.
И то муж позаботился, чтобы я несильно разрывалась между детьми и домом. Купил много разной техники, облегчающей труд. А после работы он обязательно брал присмотр за детьми на себя, чтобы я могла отдохнуть.
У меня, как и у родителей, тоже родились мальчик и девочка. Мы их назвали Димой и Дашей. В этом году Диме исполнилось одиннадцать лет, а Даше — восемь.
Мы их постепенно приучаем к быту и, естественно, без привязки к древним стереотипам. Наши дети без проблем меняют лампочки в настольном светильнике под нашим присмотром, пришивают оторванные пуговицы, моют за собой тарелки, варят яйца и делают бутерброды.
Надо сказать, что родителей я особо не посвящала в наш семейный уклад. Но приходя в гости, они сами все видели и были этим недовольны, судя по их лицам. Особенно это касается детей.
— Чему вы их учите?! Так ведь вообще не понятно, где мальчик, а где девочка! — отчитывала меня мама в сторонке.
— Мы их учим тому, чему надо, — коротко отвечала я, чтобы побыстрее завершить эти глупые разговоры.
Отец тоже подтрунивал над нашими воспитательными методами. Дескать, почему Дима помогает накрывать на стол? Пацану не пристало этим заниматься!
Насчет дочери он тоже не то удивлялся, не то возмущался, когда заставал ее за починкой какой-нибудь игрушки. Это же совсем не девчачье занятие, по его мнению.
Мы с мужем старались спокойно реагировать на эти выпады, чтобы не превращать семейные праздники в безобразные разборки.
Но в какой-то момент мои родители переступили черту, и решать все миром стало попросту невозможно. Они повадились как бы в шутку путать между собой наших детей.
Если им навстречу выходила Даша, они восклицали:
— Ой, Димка, что-то ты как-то странно выглядишь, волосы отрастил. Скажи маме, чтобы она подстригла тебя!
А когда родители видели нашего сына, то называли его Дашей и картинно изумлялись:
— Ничего себе, как ты вымахала!
Дети поначалу принимали за чистую монету поведение своих бабушки и дедушки. Пытались объяснить, кто есть кто. А мои родители весело отвечали, что они пошутили.
Потом Дима и Даша стали злиться из-за этих шуток. Мы же были недовольны такими приколами с самого начала и жестко отвечали моим родным, что в нашем доме так не шутят.
Но им по-прежнему было плевать на наши чувства. А когда я на днях поинтересовалась у родителей, отведя их в другую комнату, к чему весь этот второсортный цирк, они ответили:
— К тому, что детей надо воспитывать по нормальному. А с вашим воспитанием непонятно, кто внук, а кто внучка!
Муж услышал этот спор и вошел в комнату. Он тоже был очень недоволен шуточками моих родителей. Муж на повышенных тонах объяснил, что мир давно изменился, и выполнение тех или иных дел не влияет на развитие первичных и вторичных половых признаков.
А меня буквально прорвало, и я припомнила родителям свои детские обиды. Родители так и не поняли, в чем они не правы, поэтому нам пришлось их выпроводить раньше, чем обычно.
К сожалению, я по-прежнему помню то, что у меня творилось в душе от их тараканов. И совершенно не хочу, чтобы то же самое испытывали мои дети, в особенности дочка.
Поэтому пока что общение с моими родителями мы поставили на паузу. Дети совершенно не расстраиваются по этому поводу, поскольку им надоело слушать тупые шуточки. Вдобавок у них есть другие, более вменяемые, бабушка и дедушка.