— Слушай, Роман, а ты точно подписал акт приёмки с «Техносферой»? Просто у меня тут в базе висит неподтверждённый.
Я оторвался от монитора и посмотрел на Дениса. Мой коллега по отделу развития стоял у моего стола, небрежно опираясь на перегородку. Лицо озабоченное, но в глазах что-то неуловимо скользкое.
— Конечно подписал. Ещё в пятницу отправил скан Ирине Львовне.
— Странно, — Денис покачал головой. — Ну ладно, разберусь. Может, секретарша забыла внести.
Он ушёл, а у меня осталось лёгкое беспокойство. Мы работали в одном департаменте большой IT-корпорации, занимались внедрением систем для клиентов. Денис пришёл на полгода позже меня, быстро влился в коллектив и стал незаменимым человеком для руководства. Умел подать себя, всегда знал, что сказать начальству.
Через два дня меня вызвал директор.
— Роман, объясни мне ситуацию с «Техносферой». Клиент утверждает, что не получил документы, а ты говоришь, что всё отправил.
Я растерялся.
— Евгений Николаевич, я действительно отправил. Вот, смотрите — в моих исходящих письмах...
Я открыл почту, но письма не было. Вообще. Проверил корзину, отправленные — пусто. Холодок пробежал по спине.
— Может, сбой системы? — пробормотал я.
— Роман, клиент отказывается платить без документов. Это миллионный контракт. Денис говорит, что ты часто забываешь про формальности.
— Денис? При чём тут Денис?
— Он ведёт резервную работу с клиентами. И, кстати, оперативно решил проблему — съездил к ним вчера с полным пакетом. Так что кризис миновал, но впредь будь внимательнее.
Я вышел из кабинета в полном недоумении. Резервная работа? Денис вообще не касался «Техносферы», это был мой проект от начала до конца. И куда делись мои письма?
Вечером я встретился с Аликой в нашем любимом кафе недалеко от её работы. Она была юристом в небольшой фирме, но мечтала перейти в более крупную компанию. Мы встречались уже третий год, и я присматривал для неё кольцо.
— Ром, ты какой-то напряжённый, — она накрыла мою руку своей. — Что случилось?
Я рассказал про странную историю с документами. Алика слушала внимательно.
— Знаешь, это похоже на целенаправленную подставу. У тебя есть враги на работе?
— Вроде нет. Но теперь задумываюсь...
— А этот Денис? Ты говорил, его недавно прочили на повышение.
— И меня тоже. У нас сейчас конкуренция за место замдиректора.
Алика задумчиво покрутила чашку в руках.
— Тогда всё сходится. Он убирает конкурента.
В следующие недели я стал замечать мелочи. Денис часто появлялся рядом, когда я разговаривал с начальством. Мои идеи на планёрках вдруг озвучивал он, причём так, будто сам придумал. А однажды я нашёл в принтере распечатку моей переписки с клиентом — того самого письма, которое «не отправилось». Оно лежало в папке с документами Дениса.
— Он копался в моей почте, — выдохнул я, показывая листок Алике вечером.
— Нужны доказательства. Пока это просто твои предположения.
— Но как их собрать?
Алика помолчала.
— А ты не торопись. Подожди. Посмотри, что он планирует дальше.
Я последовал её совету. Стал незаметно наблюдать. И вскоре заметил: Денис регулярно задерживался в офисе допоздна, когда никого не было. Как-то раз я специально вернулся за забытым телефоном и увидел, как он сидит за своим компьютером, а на экране — мой проект для нового клиента. Того самого, за который шла борьба между нами.
План созрел неожиданно. На следующем совещании я рассказал о своих разработках для проекта, но намеренно допустил несколько грубых ошибок в расчётах. Денис слушал с едва заметной улыбкой.
Через три дня руководству легла на стол презентация от Дениса. С моими идеями. И с моими ошибками, которые он не заметил, потому что просто скопировал всё.
— Евгений Николаевич вызывает вас обоих, — секретарша заглянула в комнату.
В кабинете директора сидела также Ирина Львовна, начальница нашего отдела. На столе лежали две папки.
— Денис, объясни мне вот эти цифры, — директор ткнул пальцем в презентацию. — Почему стоимость внедрения в три раза выше рыночной? И откуда такие сроки?
Денис побледнел.
— Я... это расчёты на основе предыдущих проектов...
— А на основе каких именно? — директор прищурился. — Роман, у тебя есть что сказать?
Я достал свой ноутбук.
— Да, Евгений Николаевич. Во-первых, вот правильная презентация проекта. Та, которую я готовил. А во-вторых, вот переписка с технической службой нашей компании. Неделю назад я обращался к ним с просьбой проверить, был ли несанкционированный доступ к моей рабочей почте. Оказалось, был. С компьютера Дениса.
Повисла тишина. Денис открывал и закрывал рот, как рыба на суше.
— Ещё вопрос, — продолжил я. — Три недели назад исчезли документы по «Техносфере». Я поднял резервные копии с сервера через IT-службу. Вот подтверждение отправки письма клиенту. Дата и время совпадают. А вот запрос на удаление этого письма из моего ящика. Угадайте, с чьего IP-адреса?
Ирина Львовна смотрела на Дениса с таким видом, будто видела его впервые.
— Что скажешь? — тихо спросил директор.
— Я... я могу объяснить...
— Не надо, — отрезал Евгений Николаевич. — Собирай вещи. Кадры оформят документы.
Когда мы вышли из кабинета, Денис попытался заговорить со мной.
— Слушай, это всё не то, что ты думаешь...
— Знаешь, Денис, — я повернулся к нему. — Самое смешное, что если бы ты просто хорошо работал, тебя бы и так продвинули. Но ты выбрал другой путь.
— У тебя просто связи помогли! Эта твоя Алика из юридического...
— Моя Алика вообще в другой компании работает. Это я сам связи наладил. В IT-отделе. Думаешь, почему после истории с «Техносферой» я никуда не полез? Потому что сразу понял, кто и как действует. И стал готовиться.
Вечером я забрал Алику с работы. Мы шли по набережной, и она вдруг засмеялась.
— Рассказывай, как там всё прошло. Я весь день на иголках.
Я пересказал утреннее совещание. Она слушала, покачивая головой.
— Знаешь, я боялась, что ты сорвёшься и наломаешь дров. Ты же импульсивный.
— Был импульсивным, — поправил я. — Ты меня научила думать на несколько ходов вперёд.
— Не я. Шахматы научили, — она подмигнула. Мы действительно увлеклись этой игрой в прошлом году, играли почти каждый вечер.
— А ещё один человек, — я остановился и повернулся к ней. — Помнишь, ты говорила про доказательства? Я пошёл к своему знакомому из технической службы. Мы вместе учились. Он и помог вытащить всю информацию о несанкционированных доступах.
— Вот видишь, связи — это важно, — она улыбнулась. — Как думаешь, Денис поймёт, что проиграл не тебе, а себе самому?
— Вряд ли. Такие люди всегда винят кого-то другого.
Алика замолчала, потом спросила:
— А тебе не жаль его? Ну хоть чуточку?
Я задумался. Честно задумался.
— Знаешь... нет. Жаль время, которое потратил на эту историю. Жаль, что люди выбирают такие пути. Но его лично — нет. Он сделал выбор осознанно.
— Вот это правильный ответ, — она обняла меня за талию. — Потому что я не хочу, чтобы ты тратил силы на негативные эмоции. Тебе это не идёт.
Через месяц мне предложили должность замдиректора. В день подписания приказа я попросил отгул и вместе с Аликой поехал за город. Нашли тихое место у реки, расстелили плед.
— Есть кое-что, — я достал маленькую коробочку.
Алика замерла, глаза округлились.
— Рома...
— Это не совсем то, что ты подумала. Вернее, совсем не то. Открой.
В коробке лежал флеш-накопитель.
— Что это?
— Помнишь, ты мечтала попасть в большую юридическую компанию? Вот контакты моих знакомых из трёх крупнейших фирм города. Они ждут твоего резюме. А ещё рекомендательное письмо от нашего юротдела. Я попросил их составить.
Она смотрела на меня, и по щекам текли слёзы.
— Я думала, ты предложение сделаешь.
— А я и сделаю, — я достал вторую коробочку, на этот раз настоящую. — Просто хотел показать, что верю в тебя. В нас. И что мы оба можем достичь своих целей, не подставляя других.
Кольцо было простым, без претензий, но именно таким, как она хотела. Алика молча смотрела на него, потом на меня.
— И что я должна сказать?
— Обычно в таких случаях говорят «да» или «нет». Я бы предпочёл первый вариант.
Она засмеялась сквозь слёзы.
— Тогда да. Тысячу раз да.
Мы сидели у реки до темноты, строили планы, мечтали. А когда возвращались в город, Алика вдруг спросила:
— А знаешь, что самое ценное во всей этой истории с твоим Денисом?
— Что?
— Ты не озлобился. Не стал таким же, как он. Вот это по-настоящему важно.
Может, она и права. В конце концов, победа без потери себя — это и есть настоящая победа.