Для тех, кто в первый раз читает мои публикации, будет полезно знать, что в телеграм-канале @soberger_ru и MAX https://max.ru/soberger, я теперь публикую все скидки на одежду, обувь и аксессуары, а также обзоры и истории. Ну и еще будет много чего нового и эксклюзивного. Если Вам интересно быть в курсе последних новостей, предложений и новинок, обязательно подпишитесь, – у меня для Вас много полезного контента.
Задолго до того, как джинсы стали всемирной иконой, их история началась в средневековой Европе. Среди портовых городов, текстильных гильдий и развития торговых путей бумазея и фланель положили начало тому, что мы сегодня называем денимом. Отправляемся в Геную, Ним, Кьери, Лондон и Сан-Франциско, чтобы вновь открыть для себя происхождение денима и разобраться, почему мы так любим джинсы.
Назад в средневековье: как деним зародился в Европе
Многие наверняка знают, что деним произошел от одежды, которую носили в Генуе портовые рабочие. Эта одежда производилась из бумазеи - износостойкой и доступной ткани, которая была популярна в средневековой Европе. Она производилась из смеси шерсти, конопли, льна и хлопка и окрашивалась с помощью местного растения вайды красильной, использовавшейся для производства синей краски. При этом каждый город использовал собственные технологии для производства бумазеи, поэтому ткань часто называлась в честь города, в котором производилась.
В Генуе бумазея производилась с 16 века из чистого хлопка с использованием основы, окрашенной вместо повсеместно использовавшейся вайды с помощью индиго. Индиго больше подходил для окрашивания хлопка, чем вайда, а получавшийся в результате темно-синий цвет помогал хорошо маскировать пятна. Все материалы, необходимые для производства ткани, были легко доступны в Генуе, поскольку она в то время была одним из самых популярных и прогрессивных портов в мире. В Геную импортировались товары с других континентов, а после открытия Васко да Гама нового маршрута в Индию в 1498 году поток импорта только возрос. Бумазея из Генуи использовалась моряками и портовыми рабочими, чтобы укрывать грузы, делать паруса и долговечную рабочую одежду.
Значимость Генуи, как порта, позволила ей в свою очередь наладить экспорт товаров, выпускающихся в городе, по всей Европе. Ключевую роль в торговле бумазеей сыграла Англия, где существовал большой спрос на красивые и недорогие ткани, особенно в период между 16 и 17 веком. Предпочтение отдавалось бумазее из Генуи и немецкого Ульма. И несмотря на то, что немецкие ткани чаще всего были тоньше, чем генуэзские, последние были более износостойкими и при этом менее дорогими. И хотя сначала казалось, что эти свойства не были на руку генуэзской бумазее, в долгосрочной перспективе они помогли этим тканям обрести успех.
Джинсы против денима
Генуэзская ткань стала настолько популярной, что термины jean или jeans (от Genoa (Генуя)), появившиеся в английских документах для описания импортируемых из Генуи тканей, стали использовать для всех тканей с похожими качествами. Также считается, что термин blue jeans (синий деним) происходит от французского blue de Genes, состоящего из названия цвета генуэзской ткани и наименования генуэзской столицы.
Сегодня джинсами называется конечный продукт, а ткань, из которой они изготавливаются, называется деним. Это название происходит от названия французского города Ним, который был известен производством саржи, называвшейся как serge de Nimes. Первоначально эта ткань окрашивалась с помощью вайды и производилась из шерсти, а позднее в нее стали добавляться волокна хлопка и конопли. В отличие от современного денима, имеющего в основе 3 окрашенных в цвет индиго нити и белую нить в утке, эта традиционная бумазея имела в основе 2 нити и окрашенную в синий цвет нить в утке.
На роль родины денима претендует также итальянский город Кьери. Найденный в 1945-м году манускрипт описывает технику производства бумазеи, выпускавшейся в Кьери с 1347 года и сформировавшей экономику города на века вперед. В XV веке Кьери был основным конкурентом Нима в производстве синей бумазеи, и скорее всего продавал ее генуэзским портовым рабочим до того, как ткань начала производится в самой Генуе.
Миф ковбоев и Дикого запада
Несмотря на то, что корни производства денима уходят в европейскую текстильную промышленность, культура денима сформировались в США, став американским достоянием. В XIX веке бумазея прибыла в Америку из Англии, где была приобретена немецким бизнесменом Леви Страусом, переехавшим в Сан-Франциско, чтобы продавать рабочую одежду. Знакомое имя?
Одним из клиентов Страуса был Якоб Дэвис — латвийский портной, проживавший в Рено. Он получил от жены дровосека заказ на создание для ее мужа пары удобных и прочных брюк. Для усиления мест, традиционно подверженных износу и разрывам, Дэвис использовал медные заклепки и двойные швы. Его успешная инновация быстро набрала популярность среди рабочих, переезжавших на Запад в период золотой лихорадки, побудив Дэвиса стать партнером Страуса для организации производства и защиты своего изобретения. Двадцатого мая 1873 года они зарегистрировали патент под номером 139,121, ознаменовавший официальное рождение современных синих джинсов — мужских рабочих брюк, усиленных в районе карманов и других подверженных износу мест, и изначально называвшихся overalls (роба или комбинезон).
Горнорабочие, фермеры, ковбои и все, кто искал счастья во время калифорнийской золотой лихорадки, стали первыми, кто оценил современные джинсы за их прочность и практичность в качестве рабочей одежды. Новые брюки из ткани с плотным саржевым плетением были созданы, чтобы противостоять суровым условиям, а их практичности способствовали функциональные карманы и лямки в верхней части. Как и традиционная европейская бумазея, продавались брюки за вполне разумную цену.
С границ на железные дороги и в армию
Вскоре джинсы стали символом американских рабочих, ассоциируясь с прочностью, износостойкостью и абсолютной самобытностью. После того, как джинсы были взяты в оборот двумя самыми большими индустриями Америки XIX- XX века — железнодорожной и военной, каждая из которых служила воплощением дисциплины и прогресса, одежда из денима приобрела флер солидности.
Изначально деним использовался, как стандартная униформа железнодорожных рабочих, включая инженеров, кондукторов и проводников. Он доказал свою профпригодность для долгого рабочего дня в атмосфере, наполненной угольной пылью и смазочными материалами, а темно-синий цвет, полученный благодаря красителю индиго, помогал скрывать пятна, ставшие неотъемлемой частью профессионального образа железнодорожников также, как и в свое время портовых рабочих в Генуе.
Впоследствии во время Первой и Второй мировой войны американские военные выпустили джинсовую рабочую одежду для военных, в частности для механиков, инженеров и военно-морского состава. Эти джинсовые вещи ценились за прочность и простоту производства. К 1940-м годам униформа из денима стала привычной для невоенных профессий, где требовалось противостояние суровым условиям с сохранением комфорта.
Как джинсы стали глобальным модным символом
Глобальная популярность современных джинсов не может быть обусловлена одной единственной причиной. Это было последствием череды серьезных событий, трансформировавших их из рабочей одежды в модные скрепы.
Сначала свою роль сыграл Голливуд. В 30-х годах такие звезды, как Гари Купер, Джинджер Роджерс и Кэрол Ломбард облачились в джинсы. В 1939 году Джон Уэйн носил джинсы Levi’s 501 в фильме «Дилижанс», а в 1953-м Марлон Брандо надел джинсы с широкими отворотами в фильме «Дикарь». Мэрилин Монро также носила джинсы причем не только в кино, но и за пределами съемочной площадки.
Вторая мировая война внесла свой вклад в популярность денима. Американские солдаты несли службу в Европе и Азиатско-Тихоокеанском регионе облаченные в деним, который стал символом свободы и прогресса в освобождаемых странах. Кроме того, после войны военная форма начала продаваться или использоваться среди гражданских, что привело к ее широкому распространению в моде и послевоенной молодежной культуре. Одновременно с этим во время войны женщины, занявшие рабочие места мужчин, отправившихся на фронт за океан, адаптировали в своем гардеробе рабочую одежду из денима, которая стала ассоциироваться с женским равноправием. Символом этого перераспределения сил в обществе и экономике стала картина Нормана Роквелла «Клепальщица Рози».
В итоге в эволюции денима ключевую роль сыграло неповиновение. В то время как средний класс считал деним рабочей одеждой, более молодые поколения стремились отделиться от эстеблишмента с помощью одежды. Джеймс Дин в фильме «Бунтарь без причины» стал бессмертным символом этой новой волны перемен. Влиятельные музыканты, такие как Элвис Пресли, Боб Дилан, Джими Хендрикс, Дженис Джоплин и Роллинг Стоунз внесли свою лепту в популяризацию денима. К 60-м годам деним стал основной одеждой участников музыкального фестиваля Вудсток, борцов за гражданские права и свободы, активистов, протестовавших против войны во Вьетнаме, а также модов и рокеров Великобритании.
Финальный прыжок в премиальный сегмент
Деним серьезно развивался все эти годы, пробивая себе дорогу на подиумы. В 1976 году Кальвин Кляйн стал первым дизайнером, добавившим деним в свой показ. Примерно в это же время в индустрии денима произошел настоящий прорыв, связанный с внедрением эластичных волокон. Новые материалы позволяли создавать более облегающие и женственные модели, которые очень быстро стали популярными. Этот период стал началом эры премиального денима, когда джинсы перешли из базовой одежды в люксовый сегмент благодаря эмоциональному маркетингу авторства Адриана Гольдшмида, которого многие называют отцом премиального денима.
В Италии ключевую роль в продвижении денима в высокой моде сыграл Элио Фиоруччи, создавший из инновационного эластичного денима облегающие джинсы, ставшие особенно популярными среди женщин. Его успех вдохновил других дизайнеров, таких как Джорджио Армани, включить деним в свои коллекции. А на сегодняшний день деним остается одной из фундаментальных составляющих коллекций многих брендов и дизайнеров по всему миру без каких бы то ни было строгих ограничений и правил его использованию.
Однако несмотря на свою эволюцию деним никогда не терял своей демократичности и многогранности. И даже если сегодня может быть трудно проследить его корни, связанные с трудом и потом, он сохраняет свою аутентичность. Именно поэтому в 1999 году Нью-Йорк Таймс провозгласил джинсы Levi’s 501 – современную версию комбинезона Дэвиса и Страуса — одеждой XX века. Действительно, никакой другой предмет гардероба не становился символом поколений, субкультур и социальных классов так, как это сделали джинсы, служившие чистым холстом для самовыражения, новых идей и веяний.