- Ирина Анатольевна, вы, наверное, ошиблись адресом, красную икру мы едим только на Новый год, - улыбнулась Наталья.
- То есть мой приезд не повод для такого деликатеса, - фыркнула свекровь.
- Ирина Анатольевна, вы, конечно, дорогой гость, но не настолько, чтобы покупать красную икру.
Свекровь захлопнула холодильник и присела на табуретку. Её лицо покраснело, запахло скандалом.
— «Не настолько»? — прошипела Ирина Анатольевна, складывая губы в тонкую ниточку. — Я тебе что, соседская старушка, заглянувшая на минутку? Я мать твоего мужа!
— Я это прекрасно знаю, — голос Натальи дрогнул, но улыбка всё ещё держалась на её лице. — И очень рада вас видеть. Я купила отличный сыр, ветчину, испекла пирог с яблоками…
— Пирог! — выдавила свекровь, махнув рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи. — Мой Дима с детства обожает бутерброды с красной икрой. Я всегда ему намазывала, когда он приезжал из института. А тут его собственная жена даже в честь приезда матери не считает нужным…
— Ирина Анатольевна, Дмитрий и сам не требует икры, — Наталья невольно перешла на повышенные тона. — Мы живём по средствам. Икра — это роскошь, а не повседневная еда.
— Ах, по средствам! — свекровь поднялась с табуретки, её глаза горели. — Значит, я у вас «роскошь»? Ты думаешь, я не вижу, как ты меня встречаешь? Ни цветов, ни угощения особого, на кухне усадила, будто случайную знакомую! В гостиной, что ли, места нет?
— В гостиной ремонт, вы же видите, — Наталья с отчаянием показала на сложенные у стены рулоны обоев. — Там пыльно. Я хотела создать вам уют тут, на кухне.
— Создать уют можно было, проявив уважение! А уважение показывается делами, голубушка. Хоть бы борщ сварила покрепче, а не эту… лёгкую похлёбку. И компот из сухофруктов… Разве это напиток для гостя? Я ведь не просто гость, я — семья!
— Я готовила то, что любим мы с Дмитрием, — в голосе Натальи послышались слёзы. — Я думала, вам тоже понравится. Я старалась.
— Старалась? Да ты даже стол нормально не накрыла! Скатерть повседневная, салфетки бумажные… Всё скупо, буднично, без души. Прямо чувствуется, что ждала меня как тяжкую повинность.
— Это неправда! — выкрикнула Наташа, сдаваясь под натиском. — Я волновалась, хотела угодить! Но угодить вам, кажется, невозможно в принципе!
В кухню, привлечённый голосами, зашёл Дмитрий. Он с недоумением смотрел на покрасневшую мать и жену, которая отчаянно смахивала ладонью предательскую слезу.
— Мам, Наташ, что случилось? Опять про икру?
— Случилось то, сынок, что твоя жена показывает мне моё место в твоём доме! — пафосно заявила Ирина Анатольевна. — На второсортного гостя! Я для неё «не повод»!
— Мама, хватит, — устало сказал Дмитрий, проводя рукой по волосам. — Наташа три дня готовилась к твоему приезду, убиралась, готовила. Икра тут ни при чём. Мы тебя любим и рады тебе. Давай просто сядем и поужинаем спокойно.
— Сядем? С таким приёмом? — свекровь драматично взялась за сумку. — Нет уж, лучше я в гостинице остановлюсь. Чтоб не быть обузой и «не поводом» для лишних трат!
— Ирина Анатольевна, давайте не будем… — начала Наталья, но свекровь её перебила.
— Что «давайте»? Ты уже всё показала. Холодильник пустой, на кухне усадила, пирогом отделалась. Всё ясно. Очень ясно.
Она направилась к выходу из кухни. Дмитрий бросил на Наталью взгляд, полный растерянности и немого упрёка: «Ну зачем ты её раззадорила?»
На пороге Ирина Анатольевна обернулась, сделав паузу для большего эффекта.
— Мой Дима заслуживает большего, — сказала она с ледяным достоинством. — И дом у него должен быть гостеприимным. А не… бережливым.
Свекровь ушла в прихожую, на кухне повисло гнетущее молчание, пахнущее теперь не скандалом, а горькой обидой и испорченным ужином.
На следующий день.
Дима уговорил мать остаться. На обед Ирина Анатольевна попросила Наташу приготовить мясо по-французски. Но у Натальи было своё меню. В итоге на столе стояло картофельное пюре с сосисками.
- Гадость! - крикнула свекровь.
Она собрала свои вещи и уехала, на этот раз Дима её не останавливал.