В ночь на 29 января 1945 года, преодолевая ожесточенное сопротивление гитлеровцев, 11-й гвардейский танковый корпус форсировал реку Обра и оказался на территории Германии. Тем самым, советские танки вышли к подступам Мезеритского укрепленного района. До Берлина — 60 километров. Но этот укрепрайон возводился немцами ещё с конца 30-х годов и являлся мощной оборонительной системой.
Советская разведка докладывала, что по планам гитлеровцев этот район должны были занять отступающие войска и резервы, а усиленного гарнизона в нём нет. Между тем, эта оборонительная система состояла из двух укреплённых линий, которые находились в междуречье, прикрытые системой озёр, соединительными каналами и плотинами. Там, где не было естественных преград, гитлеровцы отрыли противотанковые рвы и установили металлические ежи из рельсов и железобетонные надолбы ("зубы дракона"), врыли в землю трубы с рельсами внутри.
Немцы на этих участках отлично врылись в землю. На всех командных высотах располагались подземные железобетонные казематы глубиной в 2-4 этажа (толщина стен — 2,5м.), с броневыми колпаками (толщина брони — 350мм.), миномётными и огнемётными установками на поверхности.
Глубоко под землей размещались штабы, узлы связи, склады боеприпасов, продовольствия, госпитали, электростанции, насосные станции. В главной 30-км потерне был оборудован подземный завод авиамоторов (в районе Хохвальде). Для подъема и спуска использовались лифты и специальные подъемники.
Днём 29 января гвардейские танковые бригады 11-го гвардейского танкового корпуса овладели районами севернее и южнее Шерцига и остановились. С начала их ввода в прорыв шли девятнадцатые сутки. Они наступали без передышки, днем и ночью, в туман и снегопад.
Главным тормозом продвижения вперёд на запад была нехватка горючего и боеприпасов. Коммуникации растянулись на расстояние свыше 400 километров, базы снабжения остались на восточном берегу Вислы. Кроме того, советские войска был нужен отдых, танкисты валились с ног, они наступали без передышки.
А нужно спешить, чтобы опередить гитлеровцев, не дать им возможности занять главную полосу укрепрайона. И тут разведка корпуса информирует, что в системе гитлеровской обороны (вблизи городка Калау) обнаружен проход с нетронутыми мостами через противотанковые рвы.
Ловушка? Вполне возможно. Но если нет, то это отличная возможность помешать немцам занять вражеский укрепрайон. Быть может, это специально оставленный проход для контрудара танками гитлеровцев, которые выдвигаются из резерва Восточного фронта? Командир танкового корпуса А.Бабаджанян решает, что для проверки вполне возможно пожертвовать силами силами одной из своих танковых бригад и вызывает на КП комбрига-44 гвардии полковника Иосифа Гусаковского.
Поставленная задача — перерезать пути, ведущие к Хохвальде, и не допускать подхода резервов противника для занятия главной полосы Мезеритского укрепленного района.
29 января в 14.00 по сигналу комбрига головной отряд прошел исходный пункт и, набирая скорость, устремился к Линдову, а за ним на установленной дистанции следуют главные силы бригады. По пути приходится преодолевать вражеские заслоны между Баухвитцем и Калау, но к 20.00 головной отряд достигает западной окраины Калау. Но разведдозор сообщает, что шоссе впереди перекрыто ежами из железнодорожных рельсов, вставленных в специальные колодцы. Полковник Гусаковский с группой командиров и сапёров прибыл на участок и лично обследует путь прорыва. Об этом сразу же было доложено комбригу.
В это время основные силы 5-го горно-стрелкового корпуса СС спешно выдвигаются с запада к Калау и находятся всего в нескольких часах хода до городка. Но Гусаковский об этом не знал. Он приказывает сапёрам извлечь деревянные клинья, которыми были закреплены ежи, а бригаде следовать дальше. Расчистка шоссе от ежей заняла несколько часов. Танковая бригада двигается дальше.
В это время немцы выдвигают вперёд для занятия Хохвальденского рубежа боевую группу "Рейнгард". Завязывается ночной бой. В течении полутора часов эта группа разгромлена, а бригада Гусаковского продолжает идти вперёд. Вместе с тем Гусаковский понимает, что его танковую 44-ю бригаду "затягивают" в "котёл", горловину которого в любой момент могут перекрыть прибывающие силы гитлеровцев. Тем не менее, 44-я танковая бригада рвётся вперёд, к утру 30 января овладевает районом Тауэрциг, Мальсув, оставляя Мезеритский укрепленный район позади, упирается в боевые порядки гитлеровцев и занимает круговую оборону.
Связи со штабом корпуса нет, ведь танкисты Гусаковского вырвались вперед на запад на 50 километров. Танковая бригада подвергается ожесточенным контратакам. Для установления связи из корпуса отправляют два самолета У-2 с радистами. Но один из них подбили зенитчики гитлеровцев, а другой в сплошном тумане сбился с курса и вернулся.
Тогда Иосиф Гусаковский принимает решение отправить группу автоматчиков с радистом на высотку восточнее своего расположения и установить там промежуточную радиостанцию. Связь с корпусом была налажена, что позволило координировать усилия. Фронтовая авиация начала наносить бомбоштурмовые удары по противнику, контратаковавшему передовой отряд корпуса.
Противник впереди рассеян, а 31 января Гусаковский получает приказ наступать в направлении Тауэрциг, Поленциг, Геритц и к исходу 1 февраля форсировать Одер, захватить плацдарм на его западном берегу на рубеже Рейтвейн, Лебус и обеспечить переправу главных сил корпуса. Выполнение боевой задачи начать в 8 часов утра 1 февраля.
И это современному уму непостижимо, бригада уже потеряла значительные силы во время прорыва вперёд и обороны в котле, танкисты уже в боях три недели без отдыха. Тем не менее, части полковника Гусаковского по льду, с боем, пробиваются вперёд и преодолевают реку Одер. К вечеру 2 февраля 1945 года они,сломив сопротивление врага, вышли на рубеж Рейтвейн—Вуден, захватив плацдарм до 5 км по фронту и в глубину 4 км. Тем самым был осуществлён захват Кюстринского плацдарма для проведения последней в истории Великой Отечественной войны Берлинской стратегической операции.
Указом Президиума Верховного Совета СССР полковник Иосиф Ираклиевич Гусаковский был награжден второй золотой звездой Героя Советского Союза. Звания Героя Советского Союза удостоились: майоры А. Карабанов (посмертно), Ф. Боридько, М. Пинский, капитан П. Днепров, старшие лейтенанты А. Орликов (посмертно), К. Никонов, лейтенант И. Кравченко, младшие лейтенанты Н. Виноградов, П. Колесников, А. Меньшиков, механики-водители В. Бенберин, С. Амелечкин.
Командующий 1-й гв. танковой армией Катуков в своих мемуарах по поводу окружения позже крепко ругал Гусаковского, которому следовало оставить в проходе оборонительной линии хотя бы танковую роту. Там были врытые в землю трубы, в которые были вставлены рельсы. Если бы он хотя бы увез эти рельсы с собой... сетовал генерал, а так немецкая пехота просто вставила рельсы назад, села на позиции и 3 дня наносила войскам 1 гв. ТА хороший ущерб. Но победителей не судят, а Гусаковскому в своём наступлении был важен каждый танк.