В российской судебной системе начался редкий и противоречивый эксперимент, где роли следователя, прокурора и судьи стремительно меняются, а зрители гадают, кто сегодня на сцене вершит правосудие, а кто уже готовится занять место на скамье подсудимых. Правовой перформанс нам подарила Самара, где дело о нападении на политика Михаила Матвеева превратилось в наглядное пособие по фарса Фемиды.
Дело в том, что судья Керосирова, рассмотревшая дело, вынесла оправдательный приговор троим обвиняемым в покушении на убийство, переквалифицировав их действия на менее тяжкие статьи. Результат? Следственный комитет в ярости, прокуратура подает кассацию, депутат – с последствиями побоев намерен подавать апелляцию, а подсудимые – свободны. Формально всё безупречно: суд независимо принял решение. Но создается стойкое ощущение театра абсурда.
Казалось, кульминацией этого спектакля стала просьба судьи Керосировой о защите от травли в интернете. И адресована она была тем, чью работу она, по сути, обнулила, – Следственному комитету. Дескать, очень неприятные для моей части и достоинства вещи пишут в соцсетях, помогите-защитите. Круг замкнулся, и цинизм стал очевиден всем.
Глава СК Александр Бастрыкин, изначально потребовавший доклад по делу, теперь сделал следующий шаг. 24 января он поручил подготовить обращение в дисциплинарную коллегию Верховного суда для привлечения самой судьи к ответственности. Таким образом, система, не сумевшая добиться осуждения обвиняемых, переключается на того, кто это решение вынес. Ведомство, чье обвинение суд счел несостоятельным, теперь само выступает в роли обвинителя по отношению к судье, которая в этом самом СК просила защиты!
Вот такой он, самарский казус. Запасаемся попкорном и следим, что будет дальше.