Ну что ж, уважаемые зрители, дождались? Четырнадцатый сезон «Голоса» наконец официально стартовал. Формально всё на месте: сцена всё так же сияет всеми цветами радуги, новые лица выходят под свет софитов, кресла наставников привычно вращаются, зритель затаил дыхание. Казалось бы, вот он - очередной музыкальный праздник, ради которого мы и включаем телевизор. Но после первого выпуска почему-то не отпускает ощущение внутреннего дискомфорта. Как будто тебе торжественно вручают подарок, а внутри - давно знакомая вещь, просто завёрнутая в блестящую бумагу. Всё вроде бы правильно, но радости нет. Участники выглядят напряжёнными, словно боятся поверить, что удача действительно может быть на их стороне.
Если отбросить всю мишуру и сказать откровенно: мы с вами включаем «Голос» не ради декораций и не ради очередного «вау-образа». Мы ждём момент, когда звук пробирает до костей, когда голос цепляет так, что хочется на следующий день найти новый выпуск в Сети и заново пересмотреть. И именно здесь создатели проекта сделали поистине ход королевского уровня — пригласили в наставники Ильдара Абдразакова. Казалось бы, вот он, шанс вернуть шоу ощущение настоящей, большой музыки.
Подарок судьбы, который остался невостребованным
Ильдар Абдразаков - это не просто ещё одно имя в кресле наставников. Это мировой бренд, артист, которого знают и уважают на главных оперных сценах планеты. Ла Скала, Метрополитен-опера - для него это не мечты, а рабочие будни. Человек с таким багажом знаний и опыта способен не просто «подсказать», а буквально пересобрать вокалиста заново. Логично предположить, что любой участник должен был бы бежать к нему, не оглядываясь.
Но реальность оказалась куда прозаичнее и, честно говоря, печальнее. Когда 17-летняя Юлия Гаврилова получила развороты от всех наставников, перед ней открылся уникальный выбор. С одной стороны - маэстро, который может вывести голос на международный уровень. С другой - привычная эстрадная траектория. Итог мы знаем - она выбрала Владимира Преснякова.
Аналогичная история случилась и с Еленой Дородных: сильная, фактурная, с большим потенциалом - и снова отказ в сторону Абдразакова.
В этот момент невольно задумываешься: а участники вообще осознают масштаб личности, сидящей в красном кресле? Или в их системе координат предел мечтаний - это стабильные выступления под фонограмму, а не большая сцена и настоящая карьера? Да, выбирать «по зову сердца» красиво звучит в интервью. Но иногда разум обязан вмешаться. Отказаться от работы с Абдразаковым - это всё равно что променять стажировку в космическом городке на кружок астрономии в провинциальном Доме культуры.
Самый болезненный момент выпуска: провал наставников
Но выбор участников - это полбеды. Их можно списать на возраст, неопытность и эмоции. Гораздо тревожнее то, что произошло по другую сторону сцены.
Настоящим шоком стало выступление Егора Фёдорова. Он вышел с материалом, который не про «модно» и не про «форматно». «Вдоль по Питерской» - песня, требующая характера, силы и внутреннего стержня. Это не шёпот в микрофон и не игра в полутона - здесь голос должен держать пространство. И что мы видим? Полная тишина. Ни одного разворота.
Да, Егор нервничал. Да, не всё было идеально выстроено. Но когда он позже спел вместе с Абдразаковым, стало очевидно: перед нами редкий типаж. Настоящий мужской голос с благородной окраской, которые сегодня исчезают как вид. И проект просто прошёл мимо него, не моргнув глазом.
Нам годами говорят, что «Голос» - это поиск уникальных талантов. Но как только появляется нечто действительно ценное, начинаются разговоры про «сырость», «неактуальность» и «неформат». Парадокс в том, что технику можно отточить, стиль - адаптировать, а вот природный тембр не создашь искусственно. В очередной раз артист был принесён в жертву удобству.
Когда форма громче содержания
Ольгу Ступину забыть невозможно - и это факт. Золотой наряд, массивный цветок на голове, контрабас, который она с лёгкостью вращала, словно детскую игрушку. С точки зрения визуала - чистый восторг. Камера её любила, сцена ей подчинялась.
Но если убрать антураж, остаётся вопрос к вокалу. Эксперимент с джазовой «Кармен» выглядел смело, но создавалось ощущение, что инструмент и образ работают как дымовая завеса. Голосу было тяжело тянуть оперную фактуру, и это было слышно любому.
Тем не менее Абдразаков её взял и за это ему отдельное уважение. Возможно, он увидел в ней потенциал, а возможно, просто понял, что проекту не хватает безумия и колорита. Фраза Ольги «Представьте, что вы подарок миру» прозвучала дерзко, даже вызывающе. Но, похоже, в этом сезоне без такой внутренней брони действительно не выстоять.
Сюрреализм в чистом виде: зачем «Кватро» этот путь
Очередным неожиданным ударом стал выход Леонида Овруцкого, человека, которому, казалось бы, вообще не нужно никому и ничего доказывать. Один из основателей группы «Кватро», артист с выстроенной карьерой, узнаваемым стилем и верной аудиторией. Это не начинающий вокалист с улицы и не «тёмная лошадка», а профессионал, прошедший долгий и успешный путь. Его исполнение песни «Ещё минуты» прозвучало почти учебно идеально: благородный, мягкий тембр, безупречная фразировка, чувство меры и вкуса. Всё на своих местах, без попыток понравиться дешёвыми эффектами.
И именно поэтому дальнейшее развитие событий вызвало лёгкое когнитивное замешательство. Когда Леонид направился к Анне Асти, в воздухе повисла пауза. Казалось, зрители в этот момент синхронно приподняли брови.
Потому что, давайте честно, это выглядит как настоящий сюрреализм. Артист, который годами формировал интерес публики к неоклассике, сложным гармониям и академической культуре, вдруг выбирает наставника, ассоциирующегося с ночными барами, клубной поп-сценой и радиоформатом. Это что - стратегический ход? Желание выйти за рамки собственного амплуа и зайти на территорию массового слушателя? Или холодный расчёт, где ставка сделана на ротации, охваты и новую аудиторию?
Однозначного ответа здесь нет, и именно это подлило масла в огонь обсуждений. Комментарии под выпуском мгновенно превратились в поле боя. Одни восторженно аплодируют смелости и открытости к экспериментам, считая такой выбор признаком гибкости и современного мышления. Другие же безжалостно обвиняют в компромиссе с принципами и попытке «переписать» себя под формат.
В любом случае, этот шаг точно не остался незамеченным. И, возможно, именно в этом и был расчёт: напомнить, что даже состоявшиеся артисты могут и хотят играть по правилам большого шоу - пусть даже ценой споров, недоумения и громких обвинений.
Когда автор - не исполнитель
История Елизаветы Гринкевич наглядный и, надо признать, довольно болезненный пример того, что талант автора и талант артиста, это далеко не всегда одно и то же. Да, именно она написала песню «Море» для Полины Гагариной, и в чужом, звёздном исполнении этот материал зазвучал масштабно, драматично, по-настоящему сильно. Но когда Лиза вышла на сцену с собственной версией, контраст оказался слишком очевидным. На фоне вокальной мощи и эмоционального напора Гагариной её исполнение выглядело скромно, почти акварельно, словно эскиз рядом с законченной картиной.
При этом нельзя сказать, что номер был плохим. Напротив, он был честным, очень личным, лишённым фальши и показной игры. В нём чувствовался автор, который рассказывает историю так, как чувствует её сам, без надрыва и театральных эффектов. Но проблема в том, что сцена «Голоса», это не пространство для тихих признаний. Это большая арена, где нужен конфликт, напряжение, внутренний взрыв. А вместо этого зритель получил аккуратную, тёплую лирику, которая скорее подошла бы для камерного концерта, чем для прайм-тайма федерального шоу.
Итог оказался предсказуемым: кресла остались неподвижны. Наставники не повернулись, и с точки зрения формата проекта их можно понять. «Голос» требует не просто хорошей песни, а яркого артиста, способного удержать внимание миллионов. Было ли это решение справедливым? Скорее всего, да. Было ли оно безжалостным? Безусловно. Потому что в такие моменты особенно остро понимаешь: даже если ты создал хит, сцена не обязана принимать тебя как исполнителя. И это, пожалуй, один из самых жестких уроков этого сезона.
Шоу продолжается, но вопросы никуда не делись
После первого выпуска остаётся ощущение, что «Голос» запустил не старт сезона, а скорее открытую дискуссию - и вопросов в этой дискуссии оказалось куда больше, чем ответов. Похоже, создатели шоу опять попали в ту самую точку, где талант и формат сталкиваются лоб в лоб, а зритель вынужден выбирать: верить в искренность проекта или в его коммерческую логику. Вот главные вопросы, которые теперь не дают покоя:
Почему молодёжь так настороженно относится к академической школе?
Возможно, потому что академическая музыка кажется слишком строгой, слишком «серьёзной», и с ней сложно, что называется, «выбиться в люди». Но ведь именно она даёт фундамент, на котором потом можно строить любой стиль. Почему же многие участники выбирают путь, где важнее вау-эффект, чем настоящее музыкальное искусство?
Неужели наставники действительно ищут только «коммерческие» голоса, отсекая настоящие таланты за невостребованностью в нынешних реалиях?
Быть может, их задача не в том, чтобы воспитать нового артиста, а в том, чтобы найти того, кто будет «работать» в эфире и давать рейтинги, и, соответственно, приносить доход? И если это так, то где же место для настоящего вокального дара, который не всегда укладывается в рамки современной поп-музыки?
Станет ли Абдразаков лишь «красивой декорацией», или он сможет переломить тренд и доказать, что классика может быть актуальной?
Очень хочется верить, что маэстро не станет «свадебным генералом», то есть просто красивым элементом шоу, который присутствует для статуса. Но пока что складывается впечатление, что его присутствие больше символическое.
Сейчас «Голос» всё больше напоминает арену, где сталкиваются два мира: мир высокой культуры и мир шоу-бизнеса, который не щадит никого. И по итогам первого выпуска кажется, что шоу-бизнес ведёт уверенную игру, пока что счёт 3:0 в его пользу.
А вам, дорогие читатели, понравился первый выпуск? Согласны ли вы с выбором участников? Или, как и многие, считаете, что Егор Фёдоров был незаслуженно обделён вниманием? И кто вам больше запомнился: яркая «дива с контрабасом» или профессионал из «Кватро», который выглядел как готовый артист мирового уровня?