Если сейчас мир в восторге от астрологии и гаданий, то в конце 19 века мистификации были так же популярны! Тем же таро баловались в салонах с 15 века. Так что можно сказать, что в 21 веке человечество вернулось к привычному хобби - искать знаки судьбы там, где их нет. Книга же «Поворот винта» настолько хрестоматийный образчик «правдивой мистической истории» своего времени, насколько это возможно. Но обо всем по порядку.
Следует упомянуть, что рассказ «Поворот винта» - не типичное произведение автора, а эксперимент, проводимый в творческих изысканиях, более того, написанный на заказ, поэтому для полноценного знакомства с автором все же стоит прочитать его лучшие романы.
Издание
В 2025 году было выпущено переиздание рассказа «Поворот винта» издательством «МИФ». Как же мне нравится их серия «Вечные истории». Для «Поворота» подобрали потрясающее оформление с атмосферными иллюстрациями.
Огромная благодарность издателю, что сопроводил текст пояснительными сносками, благодаря которым человеку, далекому от глубин психо-мистических сообществ 19 века, проще восстановить пазл повествования. Погружение в атмосферу становится не в пример проще.
Сюжет
Умещается в 2 предложениях.
Компания людей рассказывают друг другу страшные истории перед Рождеством. Рассказчик после слаженных уговоров начинает рассказ о самой страшной и самой реальной истории о приведениях, в которой молодая гувернантка рассказывает нам историю о двух одержимых детях и призраках мерзких слуг.
Но в этих двух предложениях кроется большой культурный и психологический пласт распутать который автор отдает нам, читателям.
Так, не секрет, что подобные собрания молодежи, соревнующихся в рассказе историй, были популярны, и часто произведения, написанные «шутки ради» дошли до нас литературной классикой. Мери Шелли, помнится мне, написала Франкенштейна» как раз для подобного кружка.
Литературные приемы
Здесь интересны литературные приемы, которые использует Генри Джеймс, для построения структуры повествования.
Двухактность
Рассказ можно поделить на 2 части (прием "рассказ в рассказе"). Первая, где анонсируется история, и вторая с самой историей.
В первой части автор использует привычную нам цепочку «Рассказчик - друг рассказчика с интересной историей - лицо, действующее в истории».
С точки зрения психологии это определение тоже применимо. Внешняя рамка рассказа — рациональный, социальный мир, где люди читают рукопись у камина. Внутренняя история — спуск в ад индивидуального сознания. Джеймс показывает нам, как разум, предоставленный самому себе в плену собственных конструкций, создает целую кошмарную вселенную.
Первый акт заманивает нас в ловушку эмпатии. Второй акт захлопывает крышку, оставляя нас наедине с вопросом: что страшнее — призраки или та психическая реальность, что способна их породить и уничтожить живое во имя их изгнания?
Прием «ненадежный рассказчик»
Основное повествование ведется от «ненадежного рассказчика». Этот прием широко применялся в мистической литературе.
Собственно, Джеймс мастерски расставляет ловушку, ограничивает восприятие читателя мнением одной лишь гувернантки. Даже ее единственные диалоги с экономкой преломлены мнением одного персонажа. В результате мы ставим под вопрос саму природу истины.
Персонажи
Гувернантка — одинокая, впечатлительная, с подавленными романтическими чувствами к хозяину, начитавшаяся готических романов. Видит ли она призраков на самом деле? Или она, сама того не сознавая, проецирует свои страхи и подавленные чувства на детей, создавая кошмар, чтобы почувствовать себя героиней? Джеймс не дает ответа. Весь ужас должен быть — в этой принципиальной неразрешимости.
Майлз и Флора. Дети под опекой гувернантки. Они отражают не свои собственные мысли, а страх, любовь, подозрения и одержимость взрослых, которые их окружают.
Миссис Гроуз. Рассказ и так не прост для восприятия, и как же раздражала эта сплетница! Добрая, простая экономка видимо задумывалась ориентиром «нормальности». Но нет! Она как будто только подначивает ГГ в ее одержимости, накидывая компрометирующей информации о Квинте и Джессел, но её рассказы эмоциональны и лишены конкретных деталей. Из-за чего мы, читатели, вместе с гувернанткой домысливаем худшее.
Призраки: Питер Квинт и Мисс Джессел лишены собственного голоса, мотивов и почти не действуют. Их сущность полностью конструируется через рассказы гувернантки и миссис Гроуз: истории о разврате, власти, возможно, насилии. Призраки показаны проекцией зла. Какого? Непонятно. Все их «зло» — это зло, которое приписывает им гувернантка, основываясь на слухах.
Возможно, они являются материализацией подавленных желаний, классовых страхов и вины гувернантки. Они — прошлое, вторгающееся в настоящее, но чье прошлое? Блая? Или самой гувернантки, её собственные вытесненные демоны?
Хозяин (Дядя из Харли-Стрит) появляется только в завязке. Его единственное условие к соискателю — «никогда не беспокоить его». Возможно символизм персонажа в том, что он воплощает рациональный, светский Лондон, который отказывается иметь дело с иррациональным мраком сельской усадьбы?
Момент Перелома (Поворот того самого «винта»)
Сначала гувернантка лишь — наблюдатель. Женщина фиксирует странности (появление фигуры на башне), реагируя с любопытством, смешанным со страхом. Повествование стремится к хроникальности. Она даже пытается вести расследование: расспрашивает миссис Гроуз, ищет материальные подтверждения.
И призрак обретает имя - Питер Квинт. Получив «имя», призрак затягивает Гувернантку в гущу сюжета, заставляет ее стать активным действующим лицом. Он становится частью её идеей-фикс. Её миссия меняется с «наблюдения и защиты» на «спасение и изгнание». Винт её психики закручивается на один опасный оборот.
Язык повествования тоже меняется кардинально. Он становится лихорадочным, эмоционально перенасыщенным.
Стоит ли читать
При всей своей композиционной изящности текст читается тяжело. Дело ли в переводе, или в целом погружаться в чужое безумие - сложный опыт для разума. Для того, чтобы насладиться чтением здесь придется приложить усилия. Продираться сквозь специфический язык английской литературы. Разбираться в иносказаниях и недосказанностях. Перечитывать предложения по несколько раз, чтобы понять как одно событие вылилось в другое.
Книга выводит на эмоции, бесспорно. Только не заявленный страх. Недоумение, любопытство, раздражение. Постоянные восклицания «Да как так вообще получилось?".
Для меня Поворот винта 9/10 с точки зрения литературной концепции и Основы написания классического психологического триллера и 6/10 с точки зрения читателя. На любителя. И если и стоит прочитать эту историю то ради финала. Таких поворотов (оценили каламбур?) не часто не встречала.
А если хочется что-то мистическое, мне интереснее читать рассказы Эдгара Аллана По.
#поворотвинта #Готика #ГенриДжеймс #мистика #отзывнакнигу #книганавечер #короткаяпроза