Ты, выметаешься из квартиры! - заорал Юрий, брызжа слюной. - С такой хамкой я жить не буду! Ты обидела мою маму.
Встретились Юрий и Василиса на выставке экзотических кошек. Он, завороженный, рассматривал бенгальских леопардов в миниатюре, а она, гордая владелица огромного мейн-куна по кличке Князь, рассекала толпу, словно фрегат волны. Князь, решив, что Юрий недостаточно почтительно смотрит на его хозяйку, молниеносно запрыгнул ему на плечо, оставив царапину на щеке.
"Ой, простите! Он у меня… темпераментный," - залилась краской Василиса, отцепляя когтистую бандуру от Юрия. Тот, потирая пострадавшую щеку, усмехнулся: "Да ладно, бывает. Мой дома, сиамский хулиган, еще и не такое вытворяет." Так и завязался разговор о любви к шерстяным разбойникам, перетекший в телефонные звонки и свидания.
Свадьбу решили отметить тихо, по-семейному, чтобы избежать лишней суеты и, чего греха таить, пристального внимания Юлианы Федоровны, властной мамы Юрия, известной в их окружении как "королева драмы". Жить молодые стали в квартире Василисы, в новеньком ЖК с видом на реку. Квартира честно заработанная, с модной мебелью и ковром с высоким ворсом, в котором так любил валяться Князь.
Юлиана Федоровна, едва переступив порог "этих апартаментов", скривила губы. "Слишком современно, без души," - промурлыкала она, окидывая взглядом минималистичный интерьер. Василису она с первого взгляда невзлюбила: слишком независимая, слишком уверенная в себе, да еще и с квартирой! "Наглая девица, - шипела Юлиана Федоровна Юрию в телефонную трубку, - сначала приманила тебя квартирой, а потом и к ноге привяжет!"
В день, когда Юлиане Федоровне исполнилось шестьдесят, Василиса проснулась затемно. Свекровь попросила приехать , и помочь со столом. Вася, поехала к свекрови. Свекровь, окинув ее взглядам как плебейку, что залезла на Олимп к самым богам, дала понять, что в ее обязанности входит подготовка праздничного пиршества на пятнадцать персон.
Юра, получив наставление, катал мамулю по салонам красоты, чтобы в свой торжественный день она выглядела "на все сто".
Василиса, как загнанная лошадь, носилась между плитой, мойкой и столом, нарезая салаты, жаря мясо и выпекая пироги. К, шести вечера, когда первые гости начали звонить в дверь, она еле стояла на ногах.
Вечер превратился в кошмар. Юлиана Федоровна то и дело находила к чему придраться: жаркое недостаточно горячее, нарезка кривая, скатерть мятая.
Потом началось: Васька принеси, Васька отнеси....
Под взглядом наглой свекрови, и косыми взглядами гостей Василиса почувствовала себя бесплатной обслугой на чужом празднике жизни.
Я, конечно, понимаю, день рождения, все дела, - прошипела достаточно громко она, выходя на кухню отдохнуть, - но я что, здесь прислуга?"
В столовой воцарилась тишина. Юра подавился куском курицы, гости замерли с вилками наперевес, словно солдаты по команде "Смирно!". Юлиана Федоровна гордо выпрямилась, подошла к Василисе и с размаху влепила ей пощечину.
Как ты смеешь, девка, огрызаться на старших! Где твое воспитание?
Искра вспыхнула в глазах Василисы. Ах, так? - ядовито тихо проговорила, чувствуя, как внутри поднимается волна ярости. Схватив со стола огромный торт "Наполеон", она с силой швырнула его в лицо Юлианы Федоровны. Кремовые коржи с хрустом врезались в "бабетту", заляпав дорогущее платье.
На кухне разразился хаос. Юлиана Федоровна, с лицом, измазанным кремом, заорала как раненая чайка и бросилась на Василису. В ход пошли тарелки, вилки, фрукты, прихватки и даже огромная ваза с искусственными цветами. С визгом и руганью дамы катались по полу, то и дело сталкиваясь с мебелью.
Юра, остолбеневший от увиденного, пытался разнять разъяренных фурий, но безуспешно. Получив локтем в глаз и пинком под зад, он ретировался, оставив кухню на растерзание враждующим сторонам.
Василиса, вся взъерошенная и в креме, сумела выбраться из кухонного пекла. Она, собралась и уехала домой, на последок ушла в хлопнув дверь.
Утром Юрий примчался в квартиру, словно смерч, размахивая руками и выкрикивая оскорбления. "Ты чудовище! Ты обидела мою мамочку! Ты должна немедленно извиниться!"
Василиса молча выслушала его гневную тираду. "Или что?" - спокойно спросила она, когда тирада иссякла.
Ты выметаешься из квартиры! - заорал Юрий, брызжа слюной. - С такой хамкой я жить не буду! Ты обидела мою маму.
Ледяной взгляд Василисы пронзил его насквозь. "Ах, вот как? немалый, квартира моя, а выметаюсь я?" Она усмехнулась. "Ну что же, - сказала она ядовито, - раз такое дело…"
Схватив Юрия за шиворот, Василиса с силой выволокла его в коридор. "С вещами на выход!" - рявкнула она, швырнув ему под ноги его любимый свитер с оленями. - "И мамочку свою забери! Мне такие родственники не нужны!"
Хлопнув дверью так, что задрожали стены, Василиса оставила Юрия в растерянности стоять на лестничной площадке. Он оглядел свои вещи, разбросанные по полу, и с ужасом подумал: "Что же я скажу маме?" А Князь, мурлыча, терся о ноги Василисы, словно говоря: "Правильно, хозяйка! Нечего тут всяким хамам делать!"
Всем самого хорошего дня и отличного настроения .