Вы, наверное, знаете, что обожаемая многими "Красотка" должна была быть не романтической сказкой о том, что даже в самом циничном мире может появиться история про Золушку, а неприглядная история об использовании, о выборе между деньгами и "чем-то вроде привязанности", о безнадежности и невозможности выбраться со дна. На днях пересматривали "Красотку" и я впервые столкнулась с такой вот точкой зрения - да было бы гораздо лучше, если бы сняли честную историю об уличной девице, пусть очень красивой и наивной, о ее встрече с таким вот бизнес-акуленком, о том как он потом просто расплатился и выкинул. А не вот эту сказочку, в которой 0 % правды. Вот создатели "Аноры" решились же. Так и не поняла зачем вообще сравнивать эти два проекта. "Красотку" мы пересматриваем, как красивую историю с очень красивыми людьми, ярким солнцем, потрясающими нарядами и песнями. А "Анора"... ну была, получила Оскара. Поздравляем и забыли. И все же - стоило ли изменять сценарий и так изменять историю?
Что хотели снять
Представьте себе Голливуд конца 80-х. Яппи с Уолл-стрит "пожирают" наивных молодых девчонок компанией на завтрак, а по залитым неоновым светом бульварам Лос-Анджелеса бредут жрицы в кислотно-зелёных мини. Именно в эту реальность, пахнущую дорогим одеколоном и дешёвой надеждой, молодой сценарист Дж. Ф. Лоутон засунул историю под рабочем названием "$3000". Не о любви. О сделке. Финансист-стервятник Эдвард Льюис нанимает на неделю уличную девушку Вивиан Уорд. Она получает три штуки баксов, он - живой антидепрессант в юбке. И никто из них не собирался жить долго и счастливо. Это был сценарий о токсичном обмене: он покупает иллюзию простоты, она продаёт иллюзию близости.
А потом они расходятся. Хотя попытка "оставить ее себе" была - но Эдварда быстро спустили на землю (родственники, деловые партнеры) и он выбрал деньги и свою спокойную жизнь. Все было проще - без поцелуя на пожарной лестнице, без лимузина и без оперы. Просто автобус до Диснейленда и пустой взгляд в никуда у Вивиан. А рядом только Кит, которая, несмотря на их положение, воспринимает мир, как ребенок.
Заключительная сцена должна была выглядеть так:
Вивиан и Кит сидят в автобусе. Кит сидит у окна, смотрит в него с теплой, счастливой улыбкой. Она практически невыносимо счастлива.
- Кит: Можно, я куплю один из тех воздушных шариков? Вон тех, с ушами?
Вивиан сидит рядом и отрешенно смотрит в пространство, ее глаза пусты. С ее щеки все еще не сошел синяк. Она в платье мятно-зеленого цвета, но ее волосы плохо уложены, пряди свисают на бледное лицо. Кит кашляет.
- Кит: Ой, наверное, это глупо. Они же для детей.
Вивиан моргает и устало смотрит на Кит.
- Вивиан: Нет, малыш. Ты можешь купить себе шарик. С ушами.
Кит счастливо улыбается и вновь отворачивается к окну. Вивиан смотрит перед собой пустым взглядом
Безнадега и отчаянье. Даже по этой сцене кажется, что Вивиан выйдет, прогуляется с Кит по Диснейленду, а потом возьмет, да и закончит эту жизнь сама. Но у Лоутона Вивиан - не "девочка с добрым сердцем", а профессионалка с синяком на щеке, которая за недельный контракт хочет вырваться из своей реальности хоть куда-нибудь. За 3000 можно сгонять на автобусе в Диснейленд. А потом назад - на улицу. Никакого преображения. Никакого искупления. Только цена в три тысячи долларов и осадок.
Так не пойдет
Сценарий купили. Но на студии Disney, которой он достался, был режиссёр Гэрри Маршалл. Человек, смотревший на мир через розовые очки, смоченные в шампанском. Он увидел в мрачном тексте Лоутона... сказку.
«Джулия Робертс - Рапунцель, Ричард Гир - принц, а Гектор Элизондо - фея-крёстная», - позже объяснял он.
Так началась операция по превращению "циничного флирта с последствиями" в "историю о спасительной любви".
Лоутона заставили переписать сценарий. Потом его правил сам Маршалл. Потом ещё несколько наёмных авторов. Потом что-то добавили актеры, которые уже прошли кастинг и были готовы сниматься. Коллективный разум Голливуда методично выскребал из истории всё неудобное и непродаваемое. Оставив лишь конфетную оболочку.
Звёзды, которые отказались
Кастинг на роль Эдварда напоминал перепись всех знаменитых актеров Голливуда. Прочли сценарий и вежливо отказались: Аль Пачино (почти репетировал, но передумал), Берт Рейнолдс, Дензел Вашингтон, Дэниел Дэй-Льюис, Кристофер Рив. Роль падала от одного к другому, как горячая картошка. Ричард Гир сначала сказал "нет", но его уговорили встретиться с кандидаткой на Вивиан. И вот тут - химия. Не та, что между персонажами, а та, что между актёрами. Гир увидел Джулию Робертс. И согласился.
С Робертс была отдельная история. В 1989 году она была "никем": пара ролей, ни одной главной. На её месте могли быть Мег Райан (отказалась), Карен Аллен (отказалась), Мишель Пфайффер (сказала, что сценарий - эээ... плохой), Дэрил Ханна (заявила, что он унижает женщин), Дженнифер Джейсон Ли (посчитала проститутку отвратительной для комедии). От кого-то отказались сами создатели. Вайнону Райдер сочли слишком юной, например. Джулию взяли потому, что все остальные - разбежались. Ирония? Именно эти двое - Гир, не желавший сниматься, и Робертс, взятая "на безрыбье", - создали на экране ту самую химию, которая заставила продюсеров выкинуть мрачный финал и прилепить хеппи-энд. Не было бы этой пары - возможно, Вивиан до сих пор смотрела бы в окно автобуса пустым взглядом.
В фильме не хотели сниматься даже "звездные" автомобильные бренды - Porsche и Ferrari отказались предоставить свои авто и запретили использовать свои бренды. Никто не хотел ассоциации с продажной любовью. свое согласие дали представители Lotus - для съемок выбрали модель Esprit. И она стала звездой после выхода картины - продажи утроились.
Что было бы, если бы оставили оригинал?
Давайте начистоту. Если бы фильм сняли по первоначальному сценарию, мы бы получили не ромком, а психологическую драму с налётом социального триллера. Место действия - не сказочный Беверли-Хиллз, а грязный, жадный до наживы Лос-Анджелес эпохи рейганомики. Эдвард не "спасал" бы Вивиан. Он использовал бы её как живой щит от собственного эмоционального банкротства. Она не преображалась бы. Она бы просто отработала свою неделю, получила деньги и ушла.
Финальная сцена в автобусе - это не открытый финал. Это приговор. Кит с её детской мечтой о шарике - это пародия на "мечты сбываются". Вивиан с пустым взглядом - итог. Диснейленд как пункт назначения? Не ирония, а цинизм высшей пробы. Поездка в мир искусственных улыбок и пластмассовых замков - вот всё, что она может себе позволить на заработанные три тысячи. Это честно. Это правдиво. И это - абсолютно непродаваемо для широкой аудитории, которая приходит в кино, чтобы верить в чудеса, а не в то, что жизнь - это серия оплаченных транзакций.
Сказка победила. И заработала полмиллиарда
"Красотку" сняли, слепив из обрывков оригинала и сладкой ваты Маршалла. Робертс на съёмках страдала от крапивницы и паниковала перед любовными сценами (ей делали массаж лба поочерёдно то Гир, то режиссёр, то массажист, чтобы не вздулась вена). Но когда фильм вышел в марте 1990-го, он не просто стал хитом. Он стал культурным феноменом. Бюджет - 14 миллионов. Сборы - 463 миллиона. Третий результат года. Самый кассовый фильм Disney с рейтингом "18+" на тот момент. Робертс из никого превратилась в сверхзвезду и получила номинацию на "Оскар". А сценарий Лоутона, из которого вырезали душу, лёг в основу этой машины по печатанию денег.
И теперь туристы платят по 80 долларов в ресторане Cicada (бывший Rex II), где Вивиан давилась улитками. Фотографируются у отеля Regent Beverly Wilshire. Мечтают. Потому что сказка - товар с бешеной маржой. Правда - нет.
Что лучше - честность или фантазии для масс?
Так что же лучше? Мрачный, но честный финал в автобусе? Или лимузин, пожарная лестница и "принцесса спасает принца"?
Оригинальный финал был бы актом художественной смелости. Он сказал бы: "Любви за деньги не купишь. Деньги только конвертируют одну форму одиночества в другую". Это был бы фильм-депрессия, который ставит диагноз: общество больно, и сделка - его базовая валюта. Правда посыл Лоутона был другим - социальным. Он вообще планировал снять фильм о другом - о том, как бизнесмен однажды встречает того, кого разорил, и видит, что это не цифры, а человек. Попутно сюда вписалась героиня Вивиан, как штрих личности героя. Ну и хотелось показать молодежи, что проституция - плохо.
Фильм, который сняли, - это сладкая конфета, вызывающая привыкание. Он часто идет фоном у меня. Но сцену в самом конце, когда она планирует уехать и прощается с Кит, и ждет "а вдруг..." - я смотрю всегда. Да, сказка. Красивая, редкая, но такая уж нереальная? И всех, кто твердит, что у фильма вредный посыл: "Достаточно встретить того, кто заплатит за тебя, и твоя жизнь волшебным образом преобразится", не понимаю. В мире и так сегодня достаточно тех, кто несет это в массы. Вот только бы "Красотку" в этом еще обвинять.
Лоутон продал правду. Ту самую, которой и в жизни выше крыши. Голливуд купил её, перепродал как сказку и обогатился. Публика выбрала сказку. Она всегда выбирает сказку. Потому что в реальном мире автобусы в Диснейленд привозят обратно в ту же самую точку, с которой уехали. А в кино возможно все. Так что я за сказку, которая радует уже более 35 лет. Что думаете - красивая сказка или нужно говорить правду, не создавая ложного ощущения в неокрепших умах?
Спасибо, что нашли время и прочитали статью. Буду благодарна за общение, лайки и подписку.