Горы. Величественные исполины, которые первыми приветствуют солнце и ведут неспешные беседы с облаками. Укутанные снежным одеялом, они хранят немало тайн.
Маленькая Марина любила ходить вдоль горного, шустрого ручейка, что протекал вблизи ее деревни, которая располагалась прямо у подножья высокой горы.
В тяжелые послевоенные годы жители деревеньки жили довольно неплохо. Несмотря на суровый климат, земля была плодородной и давала хорошие урожаи, а луга и поля, что раскинулись на километры, обширные территории для выпаса скота и заготовки сена и зерна. Жили люди дружно. Вместе работали, вместе встречали большие праздники. Всегда с радушием привечали туристов и путников.
Однажды в доме Марины и ее семьи остановилась на постой молодая пара, что присматривала в этой деревне место под строительство дома… Несколько дней они ходили по округе, удивлялись и восторгались видами, даже вроде нашли идеальное место, но затем уехали и больше не вернулись. Марина спрашивала у родителей почему, но они лишь пожимали плечами. Это были далеко не первые люди, которые мечтали поселиться в этом замечательном месте, но потом уезжали с концами. Уже в детстве девочка понимала, что здесь что-то странное, а взрослые лишь отмахивались и говорили загадками, мол, не принимает их земля и что не человек выбирает место, а место выбирает человека. Лишь спустя годы Марина поняла смысл этого выражения...
Марине исполнилось семнадцать. В тот год лето выдалось особенно погожим. Прохладные ливни сменялись теплыми, влажными днями. Луга пестрили красками цветов до самого горизонта. Птицы пели всеми голосами. Всё было хорошо, вот только мать с отцом ходили задумчивые и даже мрачные. На все вопросы девушки отвечали, что ей кажется, что всё хорошо...
– Кто это? – спросила Марина отца, увидев мужчину, что проходил мимо их дома.
– Турист вроде, – ответил отец. – У тети Поли остановился.
Вот только на туриста он был мало похож. Стоптанные сапоги, непонятного цвета плащ, больше похожий на балахон. Волосы черные, как смоль, и такие же глаза, черные и недобрые, что, казалось, прожигают душу, обветренная кожа, видимо, видавшая множество ветров и жаркого солнца.
Какое-то странное ощущение овладело Мариной после того, как она увидела этого мужчину. Это было ощущение тревоги и даже опасности. Как будто над их деревней нависло что-то страшное и вот-вот произойдет нечто непоправимое. К своему сожалению, она оказалась права.
На следующий же день погода стала ухудшаться. Подул ветер, да такой, какого девушка не помнила на своем веку. Дальше — больше. Пошел мощный ливень. Несколько дней небо извергало потоки воды, ветер завывал, сверкали молнии, гул и грохот слились в какофонию.
На третьи сутки, когда ливень поутих, а молнии стали сверкать реже, в дом к Марине и ее семье пришли старики, что жили на окраине. Дед Матвей и баба Нюра. Они были старейшими жителями, и никто не знал, сколько им лет. Поговаривали, что уж больше сотни каждому.
– Здравствуй, Игнат. Здравствуй, Елена. Надеялись мы, что не переступим ваш порог с плохими вестями, но, видимо, судьба иначе думает... – произнес старик, откашлявшись.
– Вы знаете, зачем мы пришли. Понимаете, что на кону.
Мать Марины побледнела, а отец сжал кулаки.
– Мам, пап, что происходит? – девушка стояла в замешательстве, переводя взгляд со стариков на родителей.
– Все хорошо, дочка, иди к себе. – произнес отец.
– Зачем гонишь девку? Знать ей надо всё, ведь её это ноша. Давно нужно было рассказать, подготовить, — сказала баба Нюра и пристально посмотрела на Марину.
– Да о чем вы все говорите? Что я должна знать? Какая ноша? — Марина вспылила, ее трясло, она ощущала злость, тревогу, страх и... безнадежность, сама не понимая, откуда все эти чувства в ней взялись.
– Вы все знаете. Знаете, что должны сделать, должны отпустить. Завтра новолуние и сила к ней придет. Ничего не сможете вы поделать. – дед Матвей снова обратился к родителям и вдруг мама заплакала, а отец тяжело опустился на лавку, как будто силы разом его покинули.
– Садись деточка. Разговор долгим будет, – произнесла старушка, обращаясь уже к Марине и рукой приглашая присесть рядом.
– Семнадцать лет назад твоя настоящая мать оставила тебя около входа в ведьмины пещеры, – начала рассказ старушка.
– Что?! – перебила ее девушка. – Но... Этого не может быть! Это моя мама!
– Не перебивай. Дослушай и всё поймешь, – мягко осадила ее баба Нюра. – Так вот. Мать твоя настоящая – Зинка – силой обладала, как и ее мать, и бабушка, и все женщины в ее роду. Вот только, обретя силы, ожесточилась она, всё искала ведьмин глаз, хотела силу свою увеличить, вот и прогнала ее земля здешняя. Тебя она оставила на произвол судьбы, а сама убежала, и больше о ней никто ничего не слышал. Родителям же твоим Бог не дал ребеночка, вот и взяли тебя под опеку и воспитали как родную. Ты же переняла способности, по крови тебе предназначенные, как только семнадцать исполнилось. Судьба твоя – оберегать места эти, защищать деревню нашу. Только не думали мы, что так скоро придется... – старушка замолчала.
– Видишь за окном что? – продолжил дед. – Понимаешь и чувствуешь, что не спроста это всё... Колдун тёмный и сильный объявился. Ищет он, как и твоя мать, ведьмин глаз, артефакт, что силу дарует великую. А уж на какие дела эту силу использовать, только от человека зависит... – дед тоже замолчал.
– Это тот человек, что у тети Поли остановился? – тихо спросила Марина, пытаясь вникнуть в суть сказанного, осознать. Поверить в подобное было непросто, но она и сама ощущала себя иначе после дня рождения, как будто смотрела на мир другими глазами и видела больше, чем обычно.
– Он, деточка, он самый, – ответила старушка. – Найдет он артефакт – сгинет наша деревня. Наш дом.
Всё сказанное не укладывалось в голове у девушки, но и не верить старейшинам не было повода. Да и вид родителей давал понять, что всё правда. Она им не родная. Хотя за все годы, за всю ее жизнь, они ни словом, ни делом не дали понять, что что-то не так.
Осталось понять, что делать.
– Остановить надобно колдуна. Не дать найти ведьмин глаз, – произнес старик.
– Но что я могу? Даже если всё правда, нету во мне силы остановить колдуна.
– Есть. Нужно лишь осознать и принять ее. Мы поможем, – ответила баба Нюра. – Как новая луна сегодня зарождается, так и силы станут доступны тебе.
Марина ушла в свою комнату, а старики остались беседовать с ее родителями. Ей же нужно было крепко подумать. Дождь за окном стал утихать, тучи почти рассеялись. Показался желтый, нежный месяц, который, казалось, заглядывал в окно молодой ведьмы и пытался подбодрить.
Странные ощущения пришли внезапно. Сначала дрожь, затем покалывание в пальцах, а затем шум в голове, который начал разделяться в голоса. Их было много, они говорили, шептали, кричали. Не выдержав этой какофонии, девушка потеряла сознание. Не надолго, может, на пару минут, но, когда она очнулась, голосов больше не было, зато было четкое понимание, что она должна делать.
– Мам, пап, – Марина вышла из своей комнаты. Ей нужно было поговорить с родителями, которые все еще сидели в кухне и общались со стариками. – Я поняла. Всё поняла. И что делать должна – тоже.
Мама ничего не ответила, лишь снова всхлипнула, а отец подошел и, крепко обняв, произнес:
– Прости, дочка. Надеялись мы, что не коснется тебя судьба семьи твоей, но... Человек лишь предполагает...
– Не должны вы извиняться, а вот я должна поблагодарить за всё. За детство безоблачное и счастливое, за доброту и любовь вашу безграничную! – произнесла Марина и обняла мать и отца так крепко, как только могла.
– Видимо, ты знаешь, что должна сделать, – задумчиво произнес старик.
– Знаю. Уйти я должна. Найти вход в глубь горы, найти и защитить артефакт.
– Но в глубь горы нету хода. Кто-то из жителей уже нашел бы его. Есть небольшие пещерки и гроты, но то так, по окраине, – произнес отец.
– Есть. Только скрыт он от глаз людских. Вот его-то и ищет колдун не первый день. И, кажется, он уже близко.
Тучи снова стали сгущаться, ветер засвистел в трубах. Заухало, загрохотало вокруг.
– Пора мне. Не поминайте лихом. – Марина снова обняла родителей, накинула плащ и выскользнула из дома под потоки воды, которые скрыли ее горькие слезы. Знала она, что должна сделать, а также знала, что не вернуться ей к семье, к любимым...
Путь к скрытому входу пролегал по узкой тропе вверх по горной гряде. Несмотря на проливной дождь и бушующий ветер, девушке довольно легко давался подъем, как будто невидимые силы подталкивали ее вперед, а молнии специально били чуть впереди, освещая путь.
Совсем немного оставалось пройти Марине до заветного входа, когда впереди замаячила фигура, размытая в потоках воды. Молодая ведьма поняла, что не ошиблась старики – колдун был близко, и веяло от него отнюдь не добром. Марина видела его ауру, чувствовала его намеренья.
Он тоже ее заметил и остановился в ожидании. Ведьма, не страшась, подошла к нему.
– Тебя-то я и ждал. Поделишься информацией? Ты, видимо, знаешь, как найти и открыть путь к артефакту?
– Знаю. Вот только не по пути нам, – ответила девушка и взмахнула руками, выпуская волну энергии, которая в ту же секунду сбила колдуна с ног. Сама же ведьма что было сил припустила вперед, стараясь быстрее оторваться от колдуна, пока тот не пришел в себя. Вот только сильным оказался он, резво вскочив, бросился за девушкой, на ходу бормоча что-то себе под нос. Ноги девушки стали заплетаться, непонятная усталость и тоска накатывала волнами, но она не остановилась, лишь чуть притормозила, чтобы снова попытаться помешать колдуну. Взмах руками, и несколько крупных камней, оторвавшись от земли, полетели в сторону неугомонного колдуна, Марина же, собрав остатки воли, рванула вперед. До заветного входа оставалось несколько десятков метров. Она чувствовала его, а затем и увидела. Пульсирующее зеленым светом пятно на абсолютно гладком склоне, которое начало двигаться и изменяться, приобретая очертание двери.
Последние шаги, девушка коснулась холодного камня, который подался вперед от ее прикосновения, еще немного... Как вдруг ее резко откинуло от входа, и она упала на камни. От удара у нее сбилось дыхание, и жгучая боль стала разливаться по спине, но Марина не собиралась отступать. Вскочив, превозмогая боль, она ринулась вперед, на ходу пуская волны энергии в колдуна, который был совсем рядом с входом.
Удар, еще один, и вот злодей пошатнулся и сделал несколько шагов назад, Марина же, не теряя ни секунды, заскочила в открывшийся проход и... Полетела вниз.
Через пару секунд она оказалась в воде. Выбравшись, ведьма осмотрелась. Она нашла его, нашла ведьмин глаз. Это не артефакт, не предмет, не человек – это озеро. По форме напоминающее глаз, а вода ярко-изумрудного цвета. Мистический источник силы, дарующий плодородие этим землям, здоровье и благополучие людям, что живут здесь.
Марина закрыла глаза и снова шагнула в воду. Дойдя почти до середины озера, она полностью погрузилась в его воды.
Первые секунды всё было тихо, но затем вода забурлила, заходила рябью, и вдруг из глубины вырвался столп света, который устремился ввысь и в стороны, освещая, казалось, каждый тёмный уголок и очищая всё, через что прошёл. Этот свет распространился далеко за пределы горы, окутал деревню и окрестности, очищая землю и души людей.
Колдун, который добрался-таки до входа, там и остался в виде тёмного облачка, которое сию же секунду растворилось в волнах света.
– Не нужно горевать, Елена. Девочка твоя теперь в самой земле, во всех нас. Оберегает и защищает. Такова ее судьба... – произнесла баба Нюра и, тяжело поднявшись, тихо побрела к выходу из дома, старик молча пошел за ней. В его молчании угадывалось сочувствие и, как будто, облегчение.
Дождь закончился, ветер стих, молнии перестали яростно бить по округе.
Девушка, которая оказалась сильнее своей матери, спасла деревню и ее жителей ценой собственной жизни. Не позволила злу проникнуть к месту силы и осквернить его.
С тех пор все, от мала до велика, в день рождения ведьмы Марины собирались у той самой тропинки, по которой бежала девушка, по пути сражаясь со злым колдуном, и приносили охапки самых красивых цветов, благодаря храбрую девушку за ее жертву во имя их блага.