В тихом Сосновоборске разгорелся правовой скандал, невольно напомнивший общественности о резонансных делах из мира шоу‑бизнеса. Сюжет развивается по сценарию, который журналисты уже окрестили "схемой Долиной": продавцы, оформив сделку, позднее пытаются её расторгнуть, заявляя, что действовали под давлением мошенников или не до конца понимали суть происходящего.
На сей раз в эпицентре юридической бури оказалась пожилая жительница города - её попытка через суд вернуть проданную квартиру обернулась чередой неожиданных поворотов.
Истоки конфликта уходят в октябрь 2024 года, когда 76‑летняя женщина решила реализовать своё жильё. Покупателями выступили молодые супруги, которые в полном объёме перечислили за квартиру 3,6 млн. рублей. Процедура купли‑продажи была выстроена с максимальной прозрачностью: к сделке привлекли опытных риелторов, все документы прошли проверку госорганов, а денежные средства разместили на защищённом счёте.
На каждом этапе участники процесса подтверждали, что пенсионерка полностью осознаёт свои действия и находится в ясном уме. Тем не менее уже вскоре после переоформления прав собственности женщина заявила в компетентные органы, что стала жертвой обмана.
История началась с типичной схемы: правоохранительные органы завели уголовное дело о мошенничестве, однако злоумышленники так и не были выявлены. Несмотря на тщательные попытки правоохранителей отыскать загадочных организаторов преступления, якобы склонивших женщину к отчуждению собственности, усилия не принесли результатов - в итоге следствие пришлось приостановить.
В этой ситуации пострадавшая пенсионерка выбрала иной путь защиты своих прав: она обратилась в гражданский суд с требованием аннулировать договор купли‑продажи.
В качестве главного довода истец указала наличие когнитивных нарушений, из‑за которых, по её словам, не смогла в полной мере осознать суть совершаемой сделки при подписании документов.
Для семьи, купившей недвижимость, подобный иск обернулся серьёзной угрозой: существовала реальная опасность лишиться и жилья, и уплаченных средств, которые уже оказались на анонимных счетах. Чтобы отстоять права новых собственников, был привлечён квалифицированный юрист, взявшийся методично опровергать утверждения о недееспособности продавца в день заключения сделки.
Адвокат собрал свидетельства ключевых участников процесса - банковских работников, риелторов и нотариуса. Все опрошенные единодушно подтвердили: женщина демонстрировала полную адекватность, проявляла активность, интересовалась деталями сделки и производила впечатление энергичного человека, соответствующего своему возрасту.
Ситуация достигла переломного момента в судебном заседании: разбирательство застопорилось из‑за расхождения в медицинской документации. Чтобы окончательно прояснить состояние здоровья истицы, судья вынес решение о назначении всесторонней психолого‑психиатрической экспертизы.
Процедура предполагала обязательное пребывание в специализированном диспансере - судья в сдержанной, но категоричной форме объяснил 76‑летней женщине: для подтверждения её заявлений о "непонимании реальности" потребуется провести несколько недель в закрытом медучреждении под врачебным надзором.
Новость о возможной госпитализации в психоневрологический диспансер произвела на пенсионерку ошеломляющий эффект - её лицо мгновенно изменилось. Мысль о необходимости доказывать свою недееспособность в больничных стенах, среди пациентов с серьёзными психическими нарушениями, повергла женщину в шок.
В этот миг стало ясно: страх лишиться свободы и привычного уклада жизни перевешивает стремление вернуть квартиру.
Та, кто ещё недавно сетовала на провалы в памяти и спутанность сознания, внезапно проявила полную осознанность, мгновенно оценив все последствия своих прежних утверждений.
В зале суда, сразу после того как судья разъяснил порядок проведения экспертизы, пенсионерка неожиданно заявила о намерении прекратить процесс: она полностью отказалась от исковых требований, фактически признав сделку законной и не подлежащей оспариванию. Страх перед перспективой оказаться в медицинском учреждении среди "белых халатов" и в казенной обстановке оказался сильнее любых юридических аргументов - в тот же день иск был официально отозван, а дело прекращено.
Друзья, что думаете об этом?