«Доктрина Донро»
Если в свой первый срок Трамп часто спотыкался о саботаж собственной бюрократии, то теперь ситуация иная. Взяв не только Овальный кабинет, но и большинство в Конгрессе, он получил полный карт-бланш на реализацию своих максималистских желаний – как минимум до выборов 2026 года. За его спиной теперь стоит сплоченная армия республиканских идеологов и прагматичных бизнесменов, для которых «глобализм» демократов – ругательное слово. Именно с их подачи Вашингтон начал масштабный разворот, цель которого – превращение всего Западного полушария в неприступный форт имени Соединенных Штатов.
В прессе для этого курса уже нашли меткое название – «Доктрина Донро». Аналогия с «Доктриной Монро» 1823 года прозрачна. Суть декларации внешней политики США, провозглашенной Джеймсом Монро, была в том, что Вашингтон не вмешивается в дела Европы, а Европа – в дела молодой страны. Теперь США объявляют обе Америки своей исключительной зоной влияния, оставляя за бортом всех лишних. Но если 200 лет назад это касалось европейских империй, то сегодня принцип защиты Западного полушария направлен против Китая и России, которые якобы слишком активно вели дела на американском «заднем дворе». Россия поставляла оружие в Венесуэлу, а КНР вольготно почувствовала себя в регионе: Пекин скупал 80% венесуэльской нефти, инвестировал в инфраструктуру и даже планировал альтернативу Панамскому каналу в Никарагуа.
Но новая «Донро» предполагает жесточайшую зачистку региона от любого иностранного вмешательства. И ключевыми точками для реализации этой доктрины, как отмечает в разговоре с Readovka политолог-американист Кирилл Бенедиктов, стали Гренландия и Венесуэла.
Дипломатия спецназа
Когда появилась первоначальная «Монро», Штаты не были сверхдержавой и не могли воплотить свои амбиции в жизнь. «Дипломатия канонерок» XIX века с демонстративной переброской флота к берегам оппонента теперь стала дипломатией похищений президентов.
То, что случилось в Каракасе, не было похоже на лощеные сцены из боевиков с Томом Крузом или Джеймсом Бондом. Это была грубая, кровавая и демонстративная акция устрашения. Ночью американский спецназ вломился в резиденцию Николаса Мадуро. В ходе штурма были безжалостно перебиты несколько десятков человек – и охрана, и ни в чем не повинная прислуга. Самого президента Венесуэлы вместе с женой, как трофей, вывезли в Штаты, где они теперь ожидают показательного судилища.
Но аппетит приходит во время еды. Следующей целью Белого дома оказалась Гренландия. В условиях таяния льдов и битвы за Северный морской путь этот остров становится стратегическим призом, который Трамп не намерен уступать ни России, ни Китаю. И здесь Вашингтон не стал утруждать себя дипломатическими реверансами, перейдя к прямым угрозам Дании с требованием отдать территорию.
«Сейчас ситуация коренным образом изменилась [с XIX века – прим. Readovka]: если США решат аннексировать Гренландию силовым путем, Европе нечего будет им противопоставить», – подчеркнул эксперт.
И судя по тому, как прошел Всемирный экономический форум в Давосе, Трамп пользуется своим положением – в ходе выступления президент США резко высмеивал французского коллегу Эмманюэля Макрона, а также других европейских лидеров, угрожал пошлинами и «последствиями». Несмотря на такую дерзость в отношении, казалось бы, «великих держав», ЕС пошел на уступки по вопросу Гренландии. В западной прессе уже обсуждается некий план из пяти пунктов, по которому Штаты, пусть и не получат новый штат, но смогут разрабатывать ресурсы острова и строить военную инфраструктуру.
«Мы сможем делать все, что хотим», – прокомментировал будущую сделку Трамп.
По разные стороны Атлантики
Отношения между Вашингтоном и Брюсселем пробили очередное дно, продолжает Бенедиктов. Для команды Трампа, и особенно для «ястребов» из Пентагона вроде Пита Хегсета, современная Европа с ее леволиберальной повесткой – это уже не союзник. Это идеологический противник и балласт, который тянет Америку вниз.
Еще в сентябре на Генассамблее ООН Трамп прямо заявил, что политический курс ЕС и его самоубийственная миграционная политика ведут Старый Свет к гибели. Произошел разрыв не просто интересов, а ценностей. Как отметил в разговоре с Readovka профессор Академии труда и социальных отношений Павел Фельдман, Евросоюз утратил свой былой вес и как сфера влияния больше не представляет для прагматичных американцев никакой ценности.
Такое же пренебрежение Трамп испытывает к ООН, о чем, не скрываясь, он заявил с трибун Генассамблеи. По его словам, организация утратила свою роль в урегулировании глобальных проблем. Ответ президента США – создание «Совета мира», который изначально задумывался лишь как временная администрация в секторе Газа. Однако Вашингтон видит новое формирование, как орган, решающий мировые конфликты. Именно это, по словам Трампа, ООН делать разучилась. По сути же «Совет мира» – созданный США, курируемый США и регулируемый ими же – еще одна попытка Америки завязать мировые дипломатические процессы на себе. Евросоюз отрыто дистанцировался от нового формата, но Трамп и 18 других мировых лидеров все равно устроили подписание устава организации прямо в Давосе.
В этой циничной конфигурации мира самая незавидная роль досталась Украине. Тот самый конфликт, который Трамп обещал закончить чуть ли не за сутки, перестал быть ему интересен как миротворческий кейс – Белый дом понял, что не сможет «продать» этот мир избирателю как победу. Поэтому у Киева появилась новая, сугубо утилитарная функция. Теперь останки украинской государственности, чье существование оплачивается из карманов европейцев, используются Штатами с одной целью – максимально ослабить Евросоюз и размыть мнимое единство НАТО.
«Европейцы сами поставили себя в ситуацию, когда принцип защиты Украины от России для них стал важнее принципа защиты суверенитета Дании от США. И нельзя сказать, что их не предупреждали», – добавил Бенедиктов.
Американцы и лично Трамп в свою очередь получили от Киева желаемое – ресурсы. Украина, все еще находясь в тяжелом конфликте, уже успела отдать разработку крупного месторождения лития «Добра» некому Рональду Лаудеру и компании TechMet. Как утверждает The New York Times, бизнесмен является другом Дональда Трампа еще со студенчества. А предприятие TechMet принадлежит инвестиционному агентству правительства США, созданному во время первого президентского срока республиканца.
Президент энергетики
Охота нынешнего Белого дома за месторождениями по всему миру стала другим стратегическим направлением, которое продавила новая администрация, – смена самого принципа глобального доминирования. США с тем же упором стремятся сохранить статус гегемона, но теперь в качестве инструмента выбран контроль над энергетикой и ресурсами. Больше никакого «экспорта демократии» через фонды вроде USAID и содержание бесцельных военных баз во всем мире ради престижа.
Венесуэльская нефть (пятая часть мировых запасов) и недра гренландского шельфа рассматриваются администрацией Трампа как топливо для грядущей технологической революции, которую ожидают инвесторы и бизнесмены во всем мире. Белый дом сделал ставку на гонку искусственного интеллекта, пообещав вложить в отрасль астрономические 500 млрд долларов. Ради этого «светлого будущего» Трамп готов перешагнуть через любые старые союзы и договоренности.
Второй шанс
Сам Дональд Трамп – никакой не великий идеолог или мыслитель. По своей натуре он скорее обычный, классический популист, считает профессор Павел Фельдман. И лучшее тому подтверждение – его болезненная фиксация на собственном образе «миротворца». Он постоянно жонглирует цифрами, заявляя о якобы завершенных 7, 8 или даже 9 конфликтах (число меняется от выступления к выступлению), и без устали продает публике свои бесконечные «победы».
Однако, по словам Фельдмана, у такого подхода новой администрации есть жирный плюс – сугубо материальные интересы для команды Трампа стоят куда выше любых абстрактных ценностей. С такими циничными политиками договариваться куда проще, чем с идеологически «упоротыми» демократами, которые были одержимы идеей переформатировать весь мир по своим либеральным лекалам. Трамп и его окружение опираются на вещи понятные и осязаемые – на деньги и ресурсы. А самого президента, с высокой долей вероятности, сейчас больше всего волнует не судьба демократии в мире, а вполне конкретные грядущие выборы в Конгресс.
Во времена Барака Обамы придворные политологи всерьез разрабатывали концепции «постамериканского мира», готовясь к закату гегемонии, напоминает Кирилл Бенедиктов. Но с возвращением Трампа в Белый дом эти пораженческие настроения улетучились. Америка передумала растворяться в глобализации – в Вашингтон вернулась вера в шанс удержать статус первой и единственной сверхдержавы.
Впрочем, в администрации Трампа сидят реалисты. Трезво оценивая свои силы, они готовы пойти на глобальный размен и разделить сферы влияния. Формула проста: Западное полушарие безраздельно отходит Штатам, а Восточное – Москве, Пекину и Дели. Но есть одно «но», которое для Вашингтона принципиально важно. Даже при таком разделе мира главные энергетические вентили планеты все равно должны контролироваться людьми с Капитолийского холма.