Дорогие друзья, время от времени и в небольшом количестве я буду публиковать на своем канале отрывки из будущей книги с рабочим названием «Непридуманные истории. Записки из глубинки» причем только небольшими отрывками, не всегда связанными друг с другом.
Часть IV. Валаамский Спасо-Преображенский мужской монастырь. Глава первая
Пожар в Валаамском монастыре
Соловецкий монастырь я покинул по благословению духовника соловецкой братии архимандрита Германа (Чеботаря) в сентябре 2015 года, а уже в Валаамский Спасо-Преображенский монастырь я прибыл в конце ноября 2015 года. Это было аккурат перед Рождественским постом.
Сойдя вечером 27 ноября с Валаамского пароходика «Святитель Николай», я направился в службу благочиния Валаамского монастыря. Меня встретили в небольшом помещении послушник Максим Зайков (ныне монах Марк) и инок Александр Михайлов (ныне иеродиакон Аристарх). У меня на плечах был мой «афонский», как я его называл, рюкзак, литров на восемьдесят.
– Валерий, что у вас в таком огромном рюкзаке? – спросил улыбаясь послушник Максим.
– Половина – мои вещи, а остальное – книги, – ответил я.
– Ах, вы любите читать книги! – сказал Максим. – Ну тогда я вас поздравляю! Будете проходить послушание в гостинице «Мансарда» вахтенным дежурным по гостинице. С завтрашнего дня поступите в распоряжение послушника Андрея Строкина.
Тихо и размеренно спокойно проходила моя жизнь в Валаамском монастыре: службы, чтение неусыпаемой Псалтири, послушание, пешие прогулки по острову. Но только до Светлого Христова Воскресения – Пасхи Христовой! В 2016 году она пришлась на первое мая…
Первого мая 2016 года, в Светлое Христово Воскресение, около восьми утра, меня разбудил вахтенный дежурный гостиницы «Мансарда» Валаамского Спасо-Преображенского монастыря, где я проходил послушание в качестве помощника коменданта, и сообщил, что в здании начался пожар. Как впоследствии выяснилось, пожар в монастырском здании начался с пьяной ссоры жильцов, проживавших на втором этаже еще с советского времени. После того, как примерно в это же время была вызвана пожарная охрана, я начал срочную эвакуацию паломников, рабочих и волонтеров из переполненной гостиницы. Отдав необходимые распоряжения администраторам вахты паломнической гостиницы, в течение первых минут я доложил о пожаре и начавшейся экстренной эвакуации людей своему непосредственному начальнику – послушнику Андрею Строкину. После этого принялся эвакуировать людей, коих в 24-х келиях гостиницы находилось около 95-100 человек.
Пожарная сигнализация, к сожалению, не сработала. Эвакуация паломников из гостиницы была затруднена еще и потому, что люди вернулись с ночного пасхального богослужения уставшими и они в большинстве своем не собирались на вторую монастырскую пасхальную литургию, которая была назначена на десять часов утра. Поэтому к восьми часам утра практически все проживавшие в гостинице «Мансарда» на последнем четвертом этаже рабочие и паломники спали. По счастливой случайности, а правильней сказать, по Божьему промыслу в восемь утра в нашей гостинице происходила утренняя смена дежурных администраторов, поэтому оба они в момент возникновения пожара на втором этаже здания оказались на вахте гостиницы. Попросив двух братьев начать незамедлительную эвакуацию людей, попутно отключая нагревательные приборы в правом крыле гостинице, сам начал эвакуировать центр и левое крыло гостиницы «Мансарда».
Запасной (пожарный – прим.) выход гостиницы уже с первых минут пожара был охвачен огнем; это место было одним из главных очагов пожара. Поэтому оставалось единственная возможность – выводить людей через центральный вход. Ситуация усугублялась еще и тем, что среди паломников были пожилые люди, которым нужна было помощь в выходе из гостиницы.
Времени на эвакуацию практически не было из-за сильного задымления, которое могло привести к летальному исходу любого из людей – паломника, рабочего или трудника. Поэтому людей пришлось буквально вытаскивать из келий. Когда люди покидали последнюю келию, задымление было настолько сильным, что они не знали, точнее, не видели, куда бежать. Поэтому их выводили буквально за руку, т.к. видимость была очень плохой. После того как я убедился, что все люди вышли, покинул гостиницу последним. Главная проблема при эвакуации состояла в том, что часть келий, в которых проживали волонтеры и трудницы монастыря, была закрыта. Неизвестно было, оставались ли они в своих запертых келиях или были на утренней или ночной смене на послушаниях. Поэтому, когда, спустившись вниз, я не увидел часть постоянно проживающих людей, снова побежал наверх, на четвертый этаж здания, чтобы еще раз «простучать» все келии. А, вернувшись в «Мансарду», я пробежал по всем закрытым келиям, буквально «вышибая» двери, чтобы убедиться, есть ли там люди, т.к. была надежда: если в них кто-то есть – удастся этих людей спасти.
Но все мои усилия были тщетны: я не услышал признаков нахождения в келиях людей. И в какой-то момент, получив отравление угарным газом, я понял, что могу из «Мансарды» просто не выйти… Тогда перед моими глазами в мгновение ока промелькнули все мои грехи и страсти, на борьбу с которыми уходило много сил, а толку было немного…
После того, как я сумел выбраться из гостиницы, стал помогать другим братьям и пожарному расчету Валаамского МЧС, состоявшему из четырех человек, тушить пожар, потому что пожарных для такого уровня катастрофы очень не хватало… Когда мы помогали развертывать пожарные рукава и приносить спасателям баллоны с кислородом на «Мансарду», один из пожарных, находясь в кислородной маске, потерял сознание и упал на кафельную плитку – его мы с вольнонаемным рабочим Владимиром (имя изменено – прим.) с огромным трудом вытащили за ноги из гостиницы.
Пожар слишком быстро перекинулся на крышу – место, где и находилась наша гостиница «Мансарда», переделанная из чердака в жилые помещения. А там все было из дерева и легко воспламеняющегося пластика. Деревянные перекрытия здания загорелись очень быстро в сухую и теплую погоду, и огонь по крыше перекинулся на другие помещения здания, в котором было несколько гостиниц, служебных помещений и квартир. Была очень хорошая вытяжка (приток) кислорода – поэтому пожар развивался с ужасающей скоростью...
Где-то в половине двенадцатого на большой Валаамский остров судном на воздушной подушке «Марс» прибыла дополнительная группировка сил спасателей. В горящем здании, кроме местных жителей, размещались две паломнические гостиницы – «Мансарда» (4-й этаж) и «Зимняя» (2-й этаж); Валаамская средняя школа (3-й этаж), в которой по случаю воскресного и праздничного не было детей; общежитие «Школа» (3-й этаж) для валаамских трудников. Даже более десятка прибывших спасателей не смогли кардинально изменить ситуацию в лучшую сторону. Через некоторое время на остров прилетел вертолет карельского МЧС, выливший на здание более четырехсот тонн воды.
Единственное, о чем я молился, – чтобы все люди остались живы… На момент возникновения пожара и эвакуации людей из здания Валаамского монастыря я был старшим по должностным обязанностям в гостинице «Мансарда», находясь в ней в обычное время практически 24 часа в сутки, за исключением богослужений и братских трапез, и отвечал за человеческие жизни. После того, как пришло осознание, что пожар пошел на спад, я понял, что в своей келии оставил иконы, все документы, кроме паспорта, книги, ноутбук, средства мобильной связи и другие личные вещи.
Конечно, у этого пожара есть какой-то явный или скрытый промысел. В мире никогда ничего просто так не происходит, а в монастыре и подавно… После тушения основной фазы пожара ко мне подошли две паломницы из Сыктывкара, выбегавшие из 16-й келии гостиницы одними из последних, и сказали мне:
– Валерий, спасибо, что заставили нас бежать в том, во что успели одеться, не позволили нам собирать вещи и этим спасли нас!
Сестры поздравили меня троекратным «Христос Воcкресе!», получили от меня в ответ «Воистину Воскресе!», поклонились до земли и без вещей, в том, в чем успели выбежать из гостиницы, побрели на корабль, отправляющийся с Валаама на материк…
Когда мы с моим непосредственным начальником – послушником Андреем – спустя двое суток поднялись в гостиницу «Мансарда» (раньше туда попасть было просто невозможно – прим.), то увидели, что практически всё сгорело, а нетронутой осталась только средних размеров Валаамская икона Божией Матери, которая всегда находилась в швейной мастерской.
Подпишись:💬Записки провинциального священника в Telegram
Подпишись:📲Записки в МАХ
Подпишись: Записки в VK