Дверь скрипнула и вошёл новый посетитель.
— Что, опять? - Иннокентий деловито откашлялся, — что ж, этот хотя бы с гостиницами. А то некоторые совершенно невоспитанные приходят мало того, что в грязной обуви, так ещё и с пустыми руками!
— Тебе лишь бы побухтеть. В твоей-то молодости было по-другому, небось? Смотри, а вот Валера уже наметил жертву.
И действительно, Валера ловким неслышным движением спикировал и захватил целый стакан угощения. Взял внезапностью. Он начал метаться по комнате, не в силах разрешить ребус: и на ёлку влезть, и жопку не ободрать. Если выпустить стакан из лап - непременно отберут. А если не выпускать, то как же угоститься?
Никому доверять нельзя... Так и летал Валера, пока не рассыпал всё до последнего зёрнышка.
— Народ! А вы сегодняшнюю новость слышали? В соседний магазин завезли..., — но Лариска не успела закончить фразы, как со всех углов на неё зашикали. Все уже настолько устали от этого бесконечного дня, что выслушивать очередные сплетни Лариски ни у кого не было желания. Она обиженно насупилась.
Аркадий и Мариша сидели рядышком и смотрели, как туда-сюда снуют люди, птицы, всем им куда-то постоянно было нужно. А они сидели и поглядывали на всю эту суету, словно на программу по телевизору. Натуральные пенсионеры.
Петруха подбирался к очередному посетителю с самым невинным видом. Кажется, даже тихонько присвистывал, предвкушая удовольствие. На протянутую руку с угощением он набросился как бездомный кот на сосиски. Но вовсе не ради зёрен, а чтобы от всей своей хулиганской душонки клюнуть в палец, в самую подушечку и попробовать ещё перетереть в клюве. Ну кайф же! Хоть какой то выход накопившегося раздражения.
Вот таких персонажей успела я заметить при посещении Попугайни. У каждой птицы свой характер и свои способы взаимодействия с миром в предложенных обстоятельствах.