- Ты Риск смотрел? Там про Олега… - сказала Даша. – погиб Олег…
Я открыл сайт. Первое сообщение было о том, что на спуске с Ама-Даблама погиб Олег Новицкий. Я просто сел. И не встал…
С Олегом мы познакомились уже на спуске с горы. Проболтали целый вечер. Он поил нас чаем и кормил медом. Предложил гречки, но мы не стали брать. Хотелось пить и абсолютно не хотелось есть. Олег рассказывал нам о своих экспедициях. На Эверест, на Гурла Мандату, на Победу… Он рассказал, как организовал экспедицию на Ама-Даблам весной. Завез веревки и снежные якоря, еду и другое снаряжение. Но весной не было погоды долго, и он с друзьями отступил. Осенью он вернулся на гору, чтобы остаться на ней навсегда. Я вытащил из кармана обрывок бумажки с записанными самим Олегом его адресом и телефоном, повертел его в руках и выкинул. Слишком много в этом году в горах осталось знакомых и друзей.
- Давай сходим на гору… - идея принадлежала Даше. Я был не в восторге от нее. Не от Даши, от идеи. За последний месяц мы дважды сходили на пирамиду Карстенз в Новой Гвинее, пройдя к ней и обратно через джунгли 12-дневным треком, сделали перелет в Непал и поднялись на Мера пик, а теперь Даша тянула на Ама-Даблам. А через 10 дней нам надо было быть на Шри Ланке, и сразу же после нужно было лететь на месяц в Африку… в общем я чувствовал, что нужен отдых. Но Даша смотрела с надеждой, и я сдался. В наших рюкзаках было по минимуму всего, но на 4 месяца экспедиций от экватора до семитысячных вершин. Оставив все лишнее в лоджии в Лукле, мы стартовали к Ама-Дабламу. Первую ночь провели в Намче базаре, на вторую разбили палатку, не доходя с полкилометра до базового лагеря под Ама-Дабламом.
Было время полнолуния и погода стояла ясная. На это мы и рассчитывали. А еще мы рассчитывали на скорость. В час ночи было неохота вставать. Быстро собрались, попили чаю… Вышли в два утра. Остатки ночи заполнили мир, зябкостью пробирались за воротник, растекались по земле предрассветным туманом, сгущаясь в низинах, и за камнями причудливыми черными тенями. Демоны ночи, встревоженные нашими фонарями, съеживались и, ворча, отступали в стороны, освобождая дорогу. Быстро прошли все косогоры и сыпухи, набрали высоту первого лагеря и встали на гребень. Дальше пошли связанные. Дашка лидировала. Я не видел ее в темноте, до меня долетали только отсветы ее фонарика, шкрябанье кошек по скалам и иногда я слышал всхлипывания. Но на мое предложение встать первому она отказалась.
Мы имели полный автономный запас снаряжения. По два ледовых инструмента на каждого, ледовые и скальные крючья, две веревки - 60 и 40 метров, расходные петли… По всему маршруту висят кучи старых перил. Что-то повмерзало, что-то настолько размахрилось, что даже использовать страшно. Когда взошло солнце, мы были уже возле Гриба - второго высотного лагеря. Здесь так мало мест для палаток, что они стоят в буквальном смысле друг на друге, врытые в снежную шапку скального выступа.
Все восхождение прошло в ритмичном режиме. Веревка за веревкой. Практически без отдыха. Попили чаю с шоколадками только на снежной полке-карнизе, который очень узнаваем на стене горы уже под вершиной. Выглядит он из долины как карниз, который держится непонятно по каким причинам. Ама-Даблам – «Ама» – означает мать или бабушка, «Даблам» – это особая подвеска, в которой пожилые женщины-шерпы носят драгоценные вещи. На горе есть висячий ледник, который напоминает даблам, а расходящиеся в стороны гребни горы представляются как материнские руки, разведенные для объятий.
Несколько лет назад часть этого карниза - даблама обрушилась лавиной, похоронив несколько шерпов. Сверху же он выглядит вполне надежным и размером с пару-тройку футбольных полей.
С вершины открывается замечательный вид на Эверест и Лхотзе, на Макалу и Нупцзе, на Чо-Ойю. Совсем вдалеке над горизонтом плыла Канченджанга. Трое американцев поднялись вслед за нами. Пофотографировали друг друга и пошли на спуск. Так же веревка за веревкой, страхуя друг друга связочной веревкой. В базовом лагере мы и познакомились с Олегом.. поговорили обо всем - о погоде и о знакомых, о горах и о планах. Договорились о реализации совместных идей и планов, обменялись адресами. А в 8 вечера мы пили чай уже в своей палатке. Я предложил Дашке свалить вниз до Пангбоче - поселка, от которого начинается тропа в базовый лагерь Ама-Даблама. Это еще на час работы. Но Дашка отказалась.
Обратный путь занял два дня. На входе в Луклу слева есть гостиница, которая принадлежит компании Йети эйрлайн. Там, сразу за воротами, слева стоят весы. Мы порой пользовались этими весами, чтобы проверить, сколько груза тащат наши носильщики. Сейчас мы были без носильщиков, но завернули к весам. 34 и 26 кг были наши рюкзаки… Пять дней из Луклы в Луклу, 18 часов из базового лагеря в базовый лагерь. Третья серьезная гора за месяц…
А тут как назло из Луклы уже 4 дня не летают самолеты в Катманду из-за непогоды. А у нас через 4 дня самолет на Шри Ланку… Сбросив рюкзаки в лоджии, мы устроились в одной из кафешек с интернетом и проверили прогноз. Вся неделя вперед была забита облаками. Рисковать было нельзя. 4 дня занимает трек до Джири. И у нас только 4 дня. Если остаться еще на день, выжидая окно в погоде, то можем не успеть, учитывая, что такое же окно ждут еще тысячи 3-4 человек в Лукле… Мне жутко не хотелось никуда. Хотелось отлежаться. На Дашку жалко было смотреть. Она с надеждой смотрела на меня, а делать-то было нечего. На следующее утро мы рванули в Джири. Когда-то этим путем заходила первая экспедиция на Эверест. Этим же путем шли и все остальные экспедиции на Эверест до тех пор, пока не построили в Лукле аэрополосу… Этим путем уходили мы. Вот банановые плантации, а потом вверх, вверх, вверх… и уже снег лепит в лицо на перевале… Четыре перевала с набором высоты на каждый до 2000 метров. Дашкин рюкзак нес шерп. Через день он сдался и ушел. Я взял другого. Другой начал жаловаться, что у него болят колени и рюкзак тяжелый. Я забрал часть груза у него. Мы проделали весь путь за три дня. Какое же было счастье сесть в конце пути в автобус до Катманду…
В Катманду мы узнали две новости. Погиб Олег Новицкий. Еще ни один самолет не вылетел с туристами из Луклы. А впереди была снова дорога.
А в августе следующего года не стало Даши. Музтаг-Ата без акклиматизации, Коммунизма в одиночку, Пирамида Карстенз за 2 часа из Базы в Базу, Амадаблам за 18, последний ее забег на Ленина за чуть более чем 8 часов…
Порой в почте и телефоне находишь письма от тех, кто уже ушел…
Максим Богатырёв