Вы ждете его. Минута, две, десять. Мороз щиплет щеки, слякоть проникает в ботинки. Вы смотрите на опустевшие рельсы, уходящие в серую даль спального района. И — ничего. Ни знакомого гула, ни мерцания штанг в зимнем воздухе. А затем замечаете табличку, небрежно прилепленную на остановочном столбе: «С 1 марта движение трамваев отменено.
Для передвижения используйте автобусы маршрута №...». Знакомо? Для жителей многих российских городов — слишком знакомо. Тихая смерть. Без фанфар, без прощаний. Просто — больше не придет.
Пока в Москве, Петербурге, Казани по обновленным линиям бесшумно скользят «Витязи» и запускаются новые трамвайные ветки, в провинции происходит обратное. Троллейбусы и трамваи массово исчезают. Их заменяют автобусы. Почему? Кто выигрывает, а кто проигрывает в этой тихой войне на улицах? И так ли необратим этот процесс? Давайте разбираться. Вместе.
Взгляд из мэрии: простая арифметика сложных проблем
Для городской администрации среднего, а тем более малого города — это не философский вопрос о выборе транспорта будущего. Это — ежедневная головная боль. Голая, беспощадная экономика.
- Капвложения? Колоссальные. Контактная сеть, рельсовое полотно, тяговые подстанции — всё это инфраструктура, которая не просто стоит денег. Она изнашивается, требует постоянного, дорогостоящего ремонта. А автобусу нужна лишь более-менее ровная дорога. Которая, как ни крути, уже есть.
- Гибкость? Нулевая. Трамвайную линию не перенесешь. Не расширишь. Новый спальный район построили на окраине? Для автобуса — вопрос нового маршрута. Для трамвая — годы проектирования, согласований, миллиарды на строительство. В условиях дефицитного бюджета выбор кажется очевидным.
- Субсидии? Дыра. Электротранспорт — классический естественный монополист, всегда дотируемый. А доходность падает: население беднеет, автомобилизация растет, пассажиропоток тает. Автобус же можно отдать частнику. Пусть он несет риски, закупает топливо, ремонтирует технику. Город лишь регулирует тарифы и контролирует выполнение соцмаршрутов. Красота!
И вот звучит железный, казалось бы, неопровержимый аргумент: «На автобусах город экономит до 40% расходов!» Цифра красивая. Убедительная. Ее легко положить на стол отчетов и предъявить избирателям. Но что стоит за этой экономией? Давайте посмотрим под другим углом.
Экономика vs. Экология: короткий рубль против долгого будущего
Арифметика мэрии — короткая. Она считает деньги здесь и сейчас. Но есть другая экономика. Экономика общих затрат.
С автобусом все просто: купил, заправил, поехал. Топливо — в цене. Ремонт двигателя — на операторе. Но кто платит за выбросы в атмосферу? За сажу, окислы азота, углеводороды, которые оседают в легких горожан? Эти издержки экстернализированы — то есть, переложены на всех нас. На наши здоровье, лекарства, качество жизни. Город не видит этих счетов в своем бюджете. Но они есть. И они астрономические.
Троллейбус и трамвай — экологически чистые в месте эксплуатации. Это не просто лозунг. Это чистый воздух в переполненном транспортом центре. Это тишина. Отсутствие вибраций, разрушающих фундаменты исторических зданий. Это — потенциальная возможность перевести энергетику на возобновляемые источники. Будущее, в конце концов!
Но в провинции будущее отложено. На потом. Пока же — угрожающий шепот: «А кто будет платить за модернизацию подстанций, заменивших хрущевские? За новые рельсы? За импортные комплектующие, которых теперь нет?». Вопрос в тупике. И кажется, что выход один — резать по живому.
Голос пассажира: комфорт, который ушел по рельсам
А теперь — самое главное. Взгляд того, ради кого, в теории, всё и затевается. Пассажира.
Для него замена — это не цифры в отчете. Это — личное, ежедневное поражение.
- Пунктуальность и предсказуемость. Трамвай привязан к рельсам. Он не объедет пробку, не свернет в двор, чтобы «срезать». Он — как часы. Пусть нечастые, но ходящие по расписанию. Вы можете рассчитать время. Автобус? Он в плену у трафика. Он зависит от лихачества или, наоборот, медлительности водителя. Он — лотерея. «Придет — не придет. Влезу — не влезу».
- Комфорт и пространство. Трамвай — это пространство. Высокие потолки, широкие проходы, плавный ход. Можно зайти с коляской, с велосипедом, с тяжелой сумкой. В автобусе же — давка. Духота. Качка на поворотах. «Заходи-заходи, проезжай дальше!» — и вы втиснуты, как сельдь в бочке, в мир чужих запахов и раздраженных взглядов.
- Стабильность и душа города. Трамвай — каркас города. Его нервная система. Он задает ритм. Его маршруты — это история. Его исчезновение — это ампутация памяти. Город без звонка трамвая становится безликим, обездушенным. Просто набором улиц, по которым снуют одинаковые автобусы.
— А у нас троллейбус был! — вспоминает пожилая жительница Белгорода, Астрахани, Костромы, Тамбова, Перми, Майкопа... — Тихий, чистый. Летом — прохладно, зимой — тепло. А теперь? Грохот, вонь, трясет... И никогда не угадаешь, когда он будет.
Эмоция? Да. Но в ней — сухая экономика качества жизни. Которая не измеряется в рублях на километр, но напрямую влияет на желание людей жить в этом городе. Или уезжать из него.
Столичная реверсия: почему там — возвращают?
И здесь — самый болезненный контраст. В крупных городах, переживших в 2000-е годы похожую моду, сегодня — хоть и частичный, но разворот.
Москва тоже отказалась от троллейбуса, но при этом сохранила трамвай, и не просто сохранила — она сделала его символом модернизации. «Лондонский» дизайн, приоритетные выделенные линии, интеграция с другими видами транспорта. Петербург развивает скоростной трамвай. Почему?
- Предел автомобилизации. Пробки в мегаполисах достигли критической массы. Личный автомобиль из символа свободы превратился в обузу. Нужна эффективная альтернатива. А пропускная способность рельсового транспорта несопоставима с автобусной.
- Экономика масштаба. На больших, стабильных пассажиропотоках высокие первоначальные инвестиции в электротранспорт окупаются. Его эксплуатация становится дешевле автобусной.
- Имидж и инвестиции. Современный трамвай — это бренд. Признак умного, прогрессивного, заботящегося об экологии города. Это фактор привлечения туристов, квалифицированных специалистов, бизнеса.
- Долгосрочное планирование. Мегаполисы могут себе позволить стратегию на 30-50 лет вперед. Они считают общую стоимость владения, включая экологию и социальный эффект.
Парадокс: то, что для провинции — неподъемная роскошь, для метрополии — выгодная инвестиция и инструмент выживания. Пропасть между «центром» и «периферией» растет даже в транспортной политике.
Что в итоге? Тупик или временная стоянка?
Массовое исчезновение электротранспорта в провинции — это симптом. Глубокого системного кризиса.
- Финансового: хроническое недофинансирование городов, вынуждающее принимать сиюминутные, разрушительные в долгосрочной перспективе решения.
- Управленческого: отсутствие стратегического планирования, капитуляция перед сложностью.
- Ценностного: публичные интересы, экология, комфорт рядового гражданина проигрывают кажущейся простоте и кассовой «экономии».
Но тупик ли это навсегда? Не обязательно.
Зарождаются — робко, с трудом — обратные тенденции. Где-то сохраняют сети благодаря энтузиастам-мэрам. Где-то рассматривают модели электробусов — гибрид автобусной гибкости и экологичности электротяги. Ищут инвесторов. Бьют в федеральные фонды. Потому что приходит понимание: город, убивший свой электротранспорт, не просто становится беднее. Он становится второсортным. Без будущего. Шумным, грязным, зависимым от цен на нефть.
Окончательный выбор — не между троллейбусом и автобусом. Он — между сиюминутной легкостью и ответственностью за завтрашний день. Между городом, как местом для жизни и городом, как местом для выживания.
Тихо уходящий с рельсов вагон — это не просто техника. Это — индикатор. Индикатор того, куда мы, в конечном счете, едем. Все вместе.
Спасибо за лайки и подписку на канал!
Поблагодарить автора можно через донат - кнопка доната справа под статьей, в шапке канала или по ссылке. Это не обязательно, но всегда приятно и мотивирует на фоне падения доходов от монетизации в Дзене.