Говорит миссис Хьюмор:
Да, я благодарна лорду Маккейну за то, что после смерти моего незабвенного Генри он дал мне приют в своём доме. Также я всегда любила воистину материнской любовью молодого Эндрю. Однако, я не могу молчать, когда вижу, как молодой человек подпадает под тлетворное, ужасное современное влияние! Например, то, как относится сын лорда к дворецкому — это просто уму непостижимо! Научил пользоваться компьютером, разрешил ему входить в комнату в своё отсутствие. Мэтью и рад! Не понимаю, зачем ему вообще компьютер? Ни лорд, ни я даже не подходим к этому аппарату…
И еще — как я радовалась тому известию, что Эндрю прибудет на Рождество со своей невестой, и это после ссоры с отцом. И вот … Какой удар для отца!Обучаясь в таком месте, как Оксфорд, Эндрю мог бы найти там приличную девушку из своего круга, из нормальной семьи! Но нет… Меня вообще удивляет, что в английском учебном заведении могут учиться такие, как эта Франциска. Нет, в моё время темнокожие знали свое место. Но лорд Маккейн — настоящий джентльмен, и виду не показал, насколько он огорчён. Он, казалось, даже был рад невестке.
Во время ужина лорд обратился и к теме наследства. "Сейчас, — сказал он, — когда ты собираешься жениться, Эндрю, я пересмотрю завещание и увеличу твою долю …" Да, осенью лорд переписал завещание и определил мне больше, чем планировал ранее, за счет доли Эндрю. Не означало ли нынешнее заявление лорда, что он опять отнимет у меня деньги? Я и без того осталась практически нищей после того, как мой бедный Генри разорился и умер, и я считаю, что лорд Маккейн должен был бы по совести отнестись ко мне — ведь Генри вступил в свои гибельные авантюры не без его влияния! Мне было больно слышать такие слова лорда… Как все-таки он переменчив!
Говорит горничная Сара:
Ах, это Рождество! Лорд Маккейн так радовался приезду сына! И его девушка, это было видно по всему, ему понравилась. Да, Франциска — обворожительна! Мы с ней немного поболтали, она помогла мне на кухне… и такая красавица! Наконец-то молодой Эндрю нашел ту, которая его достойна. Она сказала, что изучает эти… информационные технологии. Бедный лорд Маккейн! До сих пор не могу успокоиться… Ведь лорд… он… ведь мы… этого никто никогда не знал, но он был первым моим мужчиной, бедный, бедный Чарльз! Я так его любила всю жизнь! А вы знаете, что такое тайная любовь? Вы знаете, что это за мучение?! Я так хотела иметь семью и детей, но лорд был категорически против. Боже мой, у меня могло бы быть трое малышей, если бы не его запрет…
Говорит дворецкий Мэтью:
Сумасшедшее Рождество. Юный Эндрю привез невесту—мулатку! Что бы ни было, я знаю, что решение сэра Эндрю — правильное! Он на редкость умный и благородный молодой человек, мой племянник… Да, мой племянник. Ведь я — сводный брат лорда Маккейна, и эта тайна была самому сэру Чарльзу известна. Я случайно наткнулся на неё, обнаружив дневник старого лорда, моего отца!Нашего с Чарльзом отца! Помню, я сидел минут пятнадцать, не в силах прийти в себя. Это открытие меня убило. Я был братом лорда Маккейна и при этом служил ему дворецким! Вместо того, чтобы вести с ним дела, я подавал ему сюртуки!
Я как-то намекнул лорду, что знаю о своём происхождении. Он посмотрел на меня удивленно… "Мэтью, — сказал он спокойно, — не будем будить спящих собак. Я не хочу ничего менять в своей жизни." Он — не хотел. А я — да. Теперь, конечно, всё в руках лорда Эндрю, и это… неплохо.
Говорит молодой лорд Эндрю:
Удивительно, как ожил старый дом в тот момент, когда в него вошла Фрэнс! Я никогда не любил это семейное гнездо, в нём нет ни одного уголка, где я был бы счастлив хоть один миг. Когда в доме появилась эта миссис Хьюмор со своим вечно недовольным видом и лицемерными глазами, стало вовсе невмоготу. Неужели отец не видел, что она тянет из его деньги, пользуясь его отношением к сэру Генри? Ужасная дамочка, готовая на всё ради денег… Вообще странно, что являясь представителем вырождающегося рода, в котором все мужчины — сластолюбцы до семидесяти лет, а все женщины не доживают до пятидесяти, я оказался ещё способен на человеческие чувства!
Я как будто родился заново, встретив Фрэнс. Она захотела познакомиться с отцом… и вот такие события. Получилось, что мы приехали на похороны. Не буду врать, будто смерть отца меня повергла в горе. Мы с ним не были близки. Более того — мы с ним никогда не понимали друг друга. Я знал о его связи с Сарой. Ему не приходило в голову даже огласить их связь, не говоря уже о том, чтобы жениться на ней. А осенью я узнал и вовсе сенсационную вещь —оказывается, мой дедуля грешил со служанками (ну, это известно), но одна из них родила сына, и этот сын оказался никем иным, как нашим дворецким Мэтью!
Мэтью — мой дядя! Я потребовал от отца признать этот факт и совершить какие-то действия в пользу старого слуги, но нет… Отец ничего не хотел слышать, и это подлило масла в нашу ссору, которая произошла из-за моего недовольства тем, как он вел дела фирмы. Что ж… По крайней мере, мы помирились до его смерти. Теперь я — хозяин этого дома, этого поместья и фирмы по производству приспособлений для верховой езды. Теперь всё будет по-другому!
Говорит Франциска:
Ничего себе Рождество! Буду кратка. За ужином лорд Маккейн, который, кстати, несмотря на мои опасения, принял меня весьма приветливо, вдруг почувствовал себя плохо и … умер. Прибывший врач констатировал сердечный приступ. Учитывая то, что у лорда было слабое сердце, это печальное событие не вызвало никаких подозрений. После похорон Эндрю был занят делами наследства, я в основном гуляла и сидела за компьютером. И в какой-то момент поняла, что в автозаполнении что-то явно не то. Там было слишком много ссылок на фармацевтические сайты. Зайдя по ним, я обнаружила явный интерес юзера к сильнодействующим сердечным препаратам, имеющим побочные эффекты. Странно…
"Кто мог пользоваться компьютером в твое отсутствие?" — спросила я Эндрю. Он сказал, что только дворецкий Мэтью мог это делать. "Вообрази, старик увлекся интернетом!" — сказал он, смеясь. Мне было не до смеха… Порывшись в основных почтовых порталах, я обнаружила адрес Мэтью. Особо не лукавя, он просто написал своё имя. Вскрыть или нет его ящик? Этический вопрос… В душе у меня было муторно и тревожно. Я пыталась забыть об этом, но не могла — возвращалась мыслями к странному интересу дворецкого. В конце концов, не выдержав, я вскрыла ящик…
Судя по всему, Мэтью переписывался с каким-то химиком, у которого консультировался по поводу опасности некоторых сердечных лекарств, интересовался, в каком сочетании они становятся смертельными. Мне стало зябко, когда я поняла, что дворецкий Мэтью зачем-то убил лорда Маккейна. Притом убил хладнокровно, подготовленно и тонко. Единственное, что он упустил — это то, что в компьютере сохраняются все данные, даже уничтоженные.
Говорит дворецкий Мэтью:
С тех пор, как я узнал о своем происхождении, я возненавидел лорда Маккейна. И его отца, своего отца! И снобизм, которым они оба были переполнены. Они не хотели признавать меня, высокомерные идиоты! Когда я услышал ссору между лордом и его сыном, то понял одно: молодой Эндрю совсем не такой, как его отец. Стань он хозяином, всё бы переменилось! И я решил убить лорда.
Хорошее дело — интернет! Там можно найти всё. Я и нашел. Всё было продумано. Всё было проведено отлично. Лорд принимал нужные лекарства, пил нужные вина и ел нужные продукты. Рано или поздно это должно было сработать. Сработало под Рождество… Как назло, невеста Эндрю оказалась неглупа.
Что ж. Мне 62 года. 44 из них я прослужил дворецким у собственного брата. Сейчас, когда молодой лорд Эндрю признал мое родство и освободил от обязанностей слуги, я не знаю, что мне делать. Он мне сказал, что не может видеть меня, и что этот дом для меня отныне закрыт. Его губы дрожали, когда он это говорил. Он сказал, что будет платить мне пенсию, которой хватит, чтобы дожить старость. Он просил меня больше не являться ему на глаза. Он не хотел сдавать меня полиции, он просто меня выгнал.
Куда я пойду из этого дома?! Это мой дом. Нет, Эндрю, из этого дома меня можно только вынести мёртвым. И ты это сделаешь, мой мальчик! Уже завтра.
Автор: Каролина Ронакали
Рассказ был опубликован ранее в моем блоге на Мейл.ру, там же в сообществе "Маленькое прозаическое произведение". Я тогда творила под псевдонимом Каролина Ронакали.