Кто на фото с избой, снегом, бабушкой в платочке и бородатым священником? Зажиточная семья из народов Сибири? Нет, это канадские метисы. Бабушка – Катрин Ламурё; её держит под руку Жан-Батист Ламурё, второй муж. Сидит её сын от первого брака Жан-Батист Бувье, рядом с ним жена Мари, дочь Элизабет, невестки и внучки. Священник – отец Легуэн из общества миссионеров-облатов Непорочной Девы Марии. Фотография снята в конце 1915 года в деревне Форт-Провиденс на Северо-Западных территориях.
Катрин была незаурядной личностью, как и её отец Франсуа Больё. Его историю рассказал французский миссионер Эмиль Петито в книге “На пути к Ледовитому морю”:
“Вечером того же дня мы разбили лагерь на Солёной реке. Это поток непригодной для питья воды, вытекающий из горы Карибу. Соль, которой насыщена вода, естественным образом оседает на берегах, где её собирают столько, что хватает для снабжения всех фортов и миссий Севера.
Эта река принадлежала её первооткрывателю, французскому метису Больё, который свёл лес на куске земли и устроил красивую ферму, где жил с несколькими своими детьми.
Он был одним из старейших свидетелей событий, которые происходили на Севере. Его отец, француз, был торговцем пушниной на службе у “Компании сиу”. Он поселился в этих отдалённых пустынях, о которых в Канаде никто не знал. Его сын, наш герой, рождённый от женщины из племени чипевайан, в 1780 году видел прибытие первого исследователя Большого Невольничьего озера Питера Понда; потом, в 1789 году, сэра Александра Маккензи. (...) В 1825 году он был переводчиком у сэра Джона Франклина [главы погибшей экспедиции кораблей “Эребус” и “Террор”].
Когда племя Жёлтых Ножей избрало его вождём, Больё стал ужасом догрибов, слэйви и секани, дюжину которых он убил у Форт-Халкетт. Этот метисский султан, сибарит пустыни, который происходил от французов, но был воспитан как настоящий дикарь, имел трёх жён из трёх народов: кри, дене и метиску. Он оставлял детей во всех племенах, которые посещал, не считая живущих с ним десяти детей, которые состояли в браке, были отцами и матерями семейств или уже имели внуков.
В 1845 году Больё увидел первого канадского миссионера, месье Тибо, на сухопутном переходе Ла Лош. Вера его отца, которая дремала в его душе дикаря, пробудилась. Он обратился всерьёз, дал отставку двум жёнам-индианкам и оставил при себе только старую метиску, которой с тех пор был верен. Остальных он одарил и отдал им их детей, чтобы те кормили и содержали матерей. После этого патриарх, как называли Больё в этой стране, поселился на Солёной реке и продавал её продукцию Компании Гудзонова залива. Соли, зерна с его поля, молока его коров, ловли сига в Невольничьей реке и охоты с лихвой хватало, чтобы обеспечить ему и его семье лёгкую жизнь. Также он плодотворно занимался меховой торговлей.
В 1862 году, когда я увидел Больё, ему было восемьдесят пять лет, однако он всё ещё охотился в одиночку; он одолевал сотни льё, следуя бегом за своими собаками. Он умер в возрасте ста одного года и нескольких дней...”
Конечно, нет никаких записей о рождении Франсуа, и невозможно доказать, что он действительно прожил 101 год. Принятые сейчас даты его жизни – 1771-1872, но тогда получается, что Петито неверно оценил его возраст в 1862 году как 85 лет. Во время первой экспедиции Джона Франклина (в 1820 году) Больё сказал ему, что место, которое сейчас является правым рукавом Большого Медвежьего озера, станет лучшей базой для похода к устью реки Коппермайн. Проблемы со снабжением вынудили Франклина отвергнуть этот совет, который, будь он принят, вполне мог бы предотвратить последовавшие трудности и человеческие жертвы (погибло 11 из 20 участников похода).
Катрин Больё родилась около 1832 года. В 1845 году она была крещена и уехала в Сен-Бонифас (совр. Виннипег), чтобы учиться у Серых монахинь. Это было труднейшее путешествие – две тысячи километров на каноэ и пешком. Монахини научили её грамоте и дамским рукоделиям. А жизнь на природе в окружении многочисленных братьев научила ставить капканы, охотиться, как мужчина, и мастерски управляться с собачьей упряжкой и каноэ. Кроме того, Катрин говорила на пяти языках.
Она вышла замуж за Жозефа Бувье, который был лет на 15 старше её, и родила пятерых детей. Бувье служил рулевым на речных судах Компании Гудзонова залива. В 1877 году он умер. Через два года Катрин вышла за плотника Ламурё, своего ровесника.
В Форт-Провиденс, где она поселилась вместе с первым мужем, она прославилась регулярными зимними походами на расстояние 240 километров. По её маршруту потом был проложен отрезок шоссе Маккензи между Форт-Провиденс и Форт-Рей. Она брала с собой двух или трёх женщин и нагружала нарты всем необходимым. Из-за состояния тропы, небольшого количества собак и тяжести груза путешественницы не ехали на нартах сами, а всю дорогу шагали на снегоступах.
Навестив родственников и друзей в Форт-Рей, они возвращались в Форт-Провиденс с грузом оленины. Катрин также возила почту туда и обратно. За быстроту её упряжки её прозвали Ehtsu Naats’i – “Бабушка ветров”.
Семья помогала Серым монахиням, которые основали в Форт-Провиденс больницу и школу. Катрин переводила для них и убеждала индианок лечиться у них. В сезон охоты на водных птиц Бувье поставляли им множество уток и гусей.
Катрин умерла в 1918 году, вскоре после смерти мужа. Память о мудрой и доброй женщине, прозванной “нашей общей матерью”, сохранилась среди метисов Севера. В 2011 году её объявили национальной исторической личностью Канады (её отец Франсуа удостоился этой чести в 2000).
Источники: https://archive.org/embed/enroutepourlamer00peti
Catherine Beaulieu Bouvier Lamoureux - Northwest Territories Timeline