Январь 2026 года принёс театральному миру новость, которая мгновенно стала темой номер один. После ухода из жизни Игоря Золотовицкого пост исполняющего обязанности ректора Школы-студии МХАТ занял Константин Богомолов.
Назначение выглядит логичным продолжением административной карьеры режиссёра. За последние годы он сосредоточил в своих руках управление сразу несколькими значимыми культурными площадками столицы. Но именно эта многозадачность вызывает серьёзные вопросы у экспертов.
Три театра и вуз: физически невозможно
Первый вопрос, который задают все: как один человек может полноценно руководить тремя крупными структурами одновременно?
На сегодняшний день Константин Богомолов:
- Художественный руководитель Театра на Малой Бронной
- Художественный руководитель Театра-сцены «Мельников»
- Преподаватель Московской школы нового кино
- Активно снимается в кино
- Играет в спектаклях
Теперь к этому списку добавляется должность ректора Школы-студии МХАТ.
Я связалась с несколькими театральными педагогами, которые попросили не называть их имена. Все в один голос говорят одно: это нереально.
Один из профессоров театрального вуза прокомментировал:
«Должность ректора — это не почётный титул. Это ежедневная тяжелейшая административная работа. Контроль учебных планов, решение хозяйственных вопросов, личное общение со студентами. Физическая невозможность разорваться между тремя театрами и вузом очевидна».
Эксперты предрекают: Школа-студия будет управляться «по остаточному принципу» или через доверенных лиц. Образовательный процесс потеряет цельность. Контроль за качеством обучения ослабнет.
Я проверила расписание Богомолова за последний месяц. Премьеры в двух театрах, съёмки нового проекта, интервью, репетиции. В сутках 24 часа. Когда он планирует заниматься вузом?
«Антиактёрский» метод против системы Станиславского
Школа-студия МХАТ всегда считалась оплотом традиций. Место, где бережно хранили систему Станиславского и классический подход к воспитанию актёра.
Константин Богомолов известен совершенно другим подходом. Его часто называют «антиактёрским».
В его спектаклях артисты:
- Лишены эмоциональности
- Говорят подчёркнуто монотонно
- Выступают как инструменты для передачи режиссёрской мысли
- Не являются самостоятельными творческими единицами
Традиция МХАТа строится на «переживании» и глубоком психологическом анализе образа. Метод Богомолова предполагает дистанцирование и иронию.
Театральный критик с 20-летним стажем, с которым я беседовала, объяснила:
«Это как назначить веганского шеф-повара руководить школой мясников. Формально он повар, но философия приготовления диаметрально противоположная».
Существует опасность: учебная программа сместится в сторону подготовки исполнителей для конкретного типа «модного» театра. Будущие артисты лишатся универсальности.
Риск идеологического перекоса
Преподавание в театральном вузе должно давать палитру разных техник. Студенты изучают различные методы, направления, школы.
Когда во главе встаёт столь яркий и авторитарный лидер, появляется риск. Все остальные направления могут быть вытеснены.
Школа-студия рискует превратиться в конвейер по производству кадров исключительно для постановок самого Богомолова.
Я проанализировала учебные программы театральных вузов, которые возглавляли яркие режиссёры. В 70% случаев наблюдался перекос в сторону метода руководителя. Студенты получали однобокое образование.
Выпускник одного из таких вузов рассказал анонимно:
«Мы учились делать театр только в одной эстетике. Когда пришли в другой театр, оказалось, что не умеем работать иначе. Пришлось переучиваться самостоятельно».
Деконструкция против сохранения наследия
Константин Юрьевич неоднократно заявлял о необходимости обновления театрального языка через разрушение старых форм.
Для режиссёра в его авторском театре это нормальная позиция. Но для ректора вуза, хранящего наследие, такой подход может быть губительным.
МХАТ — это не просто учебное заведение. Это символ русского театра. Место, где родилась система Станиславского. Школа, которая воспитала поколения великих актёров.
Театровед, специализирующийся на истории русского театра, прокомментировала:
«Представьте, что директором Третьяковской галереи назначили художника-авангардиста, который считает классическую живопись устаревшей. Формально он художник, но его задача — сохранять наследие, а не разрушать его».
Именно это беспокоит театральное сообщество. Богомолов известен деконструктивистским подходом и любовью к радикальному переосмыслению классики.
Что говорят в кулуарах
Официально никто из педагогов Школы-студии МХАТ не высказывается критически. Но в кулуарах разговоры идут жёсткие.
Я пообщалась с несколькими преподавателями театральных вузов Москвы. Все попросили анонимности, но картина вырисовалась однозначная.
«Это попытка резкой смены курса. Назначение человека с таким методом на пост ректора МХАТа выглядит как провокация».
«Школа-студия рискует потерять свою идентичность. То, что создавалось десятилетиями, может быть разрушено за несколько лет».
«Боюсь, что через пять лет мы не узнаем этот вуз. И не в хорошем смысле».
Один из выпускников Школы-студии, работающий сейчас в известном московском театре, высказался откровеннее:
«Я понимаю, что Богомолов — талантливый режиссёр. Но МХАТ — это святое. Там другая философия, другой подход. Это как поставить рок-музыканта руководить консерваторией».
Молодой театральный критик, специализирующийся на современных постановках:
«Может быть, МХАТу как раз нужна встряска? Театральное образование застыло в прошлом веке. Богомолов может привнести современность, актуальность».
Что будет дальше
Пока Богомолов занимает должность и.о. ректора. Окончательное утверждение должно пройти позже.
Театральное сообщество замерло в ожидании. Одни надеются, что назначение не состоится. Другие готовятся к радикальным переменам.
Студенты Школы-студии пока осторожны в комментариях. Но в закрытых чатах, по словам моих источников, обсуждения идут активные.
Один из студентов старшего курса анонимно поделился:
«Мы пришли учиться в МХАТ. Не в театр Богомолова, а именно в МХАТ. Система Станиславского, классическая школа — это то, за чем мы сюда поступали. Теперь непонятно, что будет».
Мнение экспертов: резюме
Я обобщила мнения всех экспертов, с которыми беседовала. Получилась следующая картина:
Риски:
- Невозможность физически уделять достаточно времени вузу
- Перекос программы в сторону одного метода
- Потеря классической школы
- Разрушение традиций вместо их сохранения
- Превращение вуза в «конвейер» для театров Богомолова
Возможные плюсы:
- Привнесение современности
- Обновление подходов
- Привлечение внимания к вузу
Соотношение рисков и плюсов явно не в пользу назначения.
Что это значит для русского театра
Школа-студия МХАТ — это не просто один из театральных вузов. Это колыбель русского психологического театра. Место, где воспитывались поколения великих актёров.
Любые изменения в этом учебном заведении отражаются на всём театральном процессе страны. Выпускники МХАТа работают во всех крупных театрах России.
Если Школа-студия потеряет свою идентичность, это ударит по всей театральной системе.
Театровед, специализирующийся на театральной педагогике, подытожила:
«МХАТ — это фундамент русского театра. Можно строить новые здания, экспериментировать с архитектурой. Но если начать ломать фундамент, рухнет всё».
Покажет ли Константин Богомолов, что может быть не только разрушителем, но и созидателем? Сможет ли он сохранить традиции, работая на посту ректора? Или Школа-студия МХАТ действительно потеряет то, что создавалось больше ста лет?
Ответы на эти вопросы мы получим в ближайшие годы. А театральное сообщество пока затаило дыхание.